"Фантастика 2023-117". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Баранников Сергей - Страница 481

– Гранату!

Во второй раз солдаты справились с заряжанием намного быстрее, капитан взял в руку спусковой шнур. Встав так, чтобы при откате пушка не проехалась по его сапогам, дернул за шнур.

Гах!!! То ли уже привык, то ли и вправду грохнуло не так громко. И снаряд этот попал не так удачно, как первый. Граната ударила в стену возле окна, существенно расширив оконный проем. Османийцам внутри также кое-что перепало.

– Навались!

Вновь солдаты вновь накатили пушку. Вскрикнув, один из рядовых завалился на бок. Его спешно оттащили за угол, где начали перевязывать. Открыв затвор, Алекс начал отыскивать следующую цель. Но едва только ствол орудия остановился на доме, из которого османийцы вели ружейный огонь, как разлетелась его черепичная крыша, внутри грохнул взрыв, из окон пыхнуло огнем и клубами дыма. Десять секунд спустя вторая шестифунтовая граната угодила в тот же дом, окончательно добив его защитников. Отбив османийскую атаку на окраине Олумоца, капитан Осигов вновь нацелил свои гаубицы на его центр.

Выждав, пока артиллерия основательно разнесет оборону противника вместе с домами местных жителей, капитан Магу отправил к Осигову посыльного с приказом прекратить огонь, а укрывшимся перед мостом пехотинцам скомандовал:

– Приготовится к атаке!

Несколько расслабившиеся за время короткой передышки солдаты подобрались, по команде унтеров начали сосредотачиваться для броска через мост. Наконец, просвистев над крышами, последняя граната ахнула на левом берегу. Выждав для верности еще секунд десять, Алекс набрал в грудь воздуха и дунул в свисток, подавая сигнал к началу атаки.

– Вперед! В атаку! Ура-а!!! А-а-а-а…

Впереди обтянутые белым сукном спины, и грохот сапог по булыжникам мостовой. Вот и мост! Узкий, по краям старые, изъеденные временем камни, чуть выше колена. А внизу речка, несущая свою воду по каменистому ущелью.

– А-а-а-а!!!

Еще полсотни шагов, и вот он – спасительный берег. Спасительный, если бы опомнившиеся после артобстрела османийцы не открыли огонь по атакующим. К счастью, дома стояли почти вплотную к набережной Сдарки.

Дом, где вместе с солдатами укрылся от обстрела капитан, был частично разрушен попаданием гаубичной гранаты. Крыша провалена, перекрытия второго этажа обрушились на первый. Здесь же Алекс впервые увидел местных жителей, до этого они ему на глаза не попадались, а тут сразу три посеченных осколками, припорошенных пылью и приваленных обломками трупа – один женский и два детских. Офицер торопливо отвел глаза, но в голове мелькнула мысль, что в этих человеческих останках было что-то неправильное.

– Ражин!

– Я, господин капитан!

– Что с этими трупами не так?

Пару секунд унтер пристально рассматривал убитых.

– Крови мало.

Точно! При таких-то ранах крови, считай, почти и нет. Значит, в момент взрыва гаубичной гранаты женщина и дети уже были мертвы. Шагнув ближе, Алекс носком сапога приподнял плечо мертвой женщины, голова ее неожиданно легко откинулась в сторону, открыв страшную рану на горле.

Однако долго сокрушаться о судьбе местного населения было некогда, обстановка требовала решительных действий. Капитан взялся за висевший на груди свисток.

– Вперед!

Перебравшаяся на левый берег пятая рота начала продвижение вглубь Олумоца, выбивая противника из одного дома за другим. Сопротивление было слабым. Подавленные артиллерийским обстрелом и понесшие большие потери османийцы отстреливались вяло, ближнего боя не принимали, сразу же отходили.

Проблема заключалась в другом, сейчас на левый берег переправилась только одна рота, насчитывавшая в данный момент меньше полутора сотен штыков. По мере удаления от моста, фронт наступления растягивался, плюс неизбежные в такой ситуации потери, плотность порядков наступающих катастрофически падала. К тому же с террасы, откуда вела огонь батарея капитана Осигова, левобережная часть Олумоца просматривалась намного хуже, чем правый берег. А значит, на поддержку артиллерии в прежней мере рассчитывать уже не приходилось.

Только сейчас капитан начал осознавать всю авантюристичность своего плана. Расчет на то, что османийцы в панике побегут в результате лихого наскока, оправдался лишь частично. На правом берегу почти так и произошло. На левом же, несмотря на довольно вялое сопротивление противника, наступление вот-вот должно было захлебнуться по причине нехватки сил и отсутствия резерва. Алекс уже начал подумывать над тем, чтобы отдать приказ остановиться и закрепиться на уже достигнутых позициях. Однако по здравому размышлению он пришел к тому выводу, что останавливаться ни в коем случае нельзя. Османийцев в городе оставалось слишком много. Если поймут, какими силами руоссийцы сейчас наступают, то непременно опомнятся и контратакуют. А сдержать их с такими разреженными порядками было решительно невозможно. Поэтому капитан отправил на правый берег посыльного с абсолютно противоположным приказом.

– Передай капитану Гаплыку приказ – всем переправиться на левый берег! Всем, кроме кавалеристов. Эти пусть продолжают на правом османийцев гонять!

– Слушаюсь, господин капитан!

Посыльный солдат хотел было уже направиться к мосту, как был остановлен капитаном:

– Стой! Пусть трофейную пушку сюда прикатят. И предупредите капитана Осигова – быть в готовности к немедленному открытию огня по указанным целям.

Собственно, цель вырисовывалась только одна – шверпунктом обороны противника стала церковь, красотой которой недавно успел восхититься Алекс. Очень не хотелось уродовать такую красоту, но жизни своих подчиненных капитан Магу ценил намного выше. Вражеские стрелки засели за высокими прочными стенами, с которых подходы к церкви отлично просматривались и простреливались. К тому же для того, чтобы добраться до входа, требовалось пересечь площадь перед церковью.

Еще одного посыльного капитан отправил к командиру третьего взвода.

– Приказываю взять вон тот дом.

Указательный палец Алекса уперся в небольшой двухэтажный домик, стоявший справа от церкви. Там можно было накопить силы перед штурмом.

Возникшую паузу капитан Магу заполнил многочисленными распоряжениями об эвакуации раненых, подсчете потерь и количестве оставшихся у солдат патронов. А еще предстояло позаботиться о доставке с правого берега боеприпасов, воды и продовольствия. В бой пришлось вступать с ходу, сразу после длительного марша, с последнего приема пищи больше восьми часов прошло.

– Господин капитан! Господин капитан…

На этот раз новости были хорошими – с правого берега начали переправляться солдаты шестой роты.

– Где ваш ротный командир?

– Ранен, господин капитан! Еще в самом начале…

– Тяжело?

– Не могу знать!

Алекс невольно выругался, в самый неподходящий момент рота осталась без командира! Однако из сложившейся ситуации надо было как-то выкручиваться.

– Как фамилия?

– Старший унтер-офицер Евгразов, господин капитан!

– Я принимаю командование ротой, а ты временно назначаешься исполняющим обязанности субалтерн-офицера.

На несколько секунд унтер-офицер впал в ступор, затем вбитый годами службы рефлекс все-таки взял верх над изумлением.

– Слушаюсь, господин капитан!

– Отведешь своих на левый фланг, сменишь солдат из пятой роты и отправишь их сюда.

Самую важную и трудную задачу по штурму городской церкви Алекс решил взять на себя. Буквально через пару минут его план был безжалостно разрушен, столкнувшись с реальностью – вернулся посыльный, отправленный к капитану Осигову.

– Господин капитан, капитан Осигов сообщает, что гранат на батарее осталось всего по три на орудие, есть еще три десятка шрапнелей!

Двенадцати гранат для штурма явно недостаточно, а шрапнель в таком деле бесполезна, это не по не укрывшейся пехоте в поле палить. А без артиллерийской поддержки можно половину роты положить, и не факт, что церковь удастся взять. А что, если…

– Где Горанович?! Ко мне его! Бегом!