"Фантастика 2023-117". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Баранников Сергей - Страница 550

– Одевайтесь, полковник.

Одежда оказалась его собственной – руоссийский пехотный мундир и форменные же брюки. Кто-то ее выстирал и даже погладил. Брюки оказались широки в поясе. Нет, они не растянулись, это сам Алекс похудел на здешней больничной диете. При попытке попасть в рукав мундира спину дернуло болью. Сапоги ему тоже почистили, но носков или портянок не дали, пришлось натягивать их на босу ногу.

– Готовы?

Алекс молча кивнул. Один из жандармов сделал шаг вперед и что-то приказал.

– Вытяните руки перед собой, – перевел Мартош.

Пришлось подчиниться. На запястьях защелкнулись новомодные ручные кандалы, запираемые на ключ. Так, гремя цепью, его и вывели в коридор. На недолгом пути к лестнице им встретился Пиотр. В руках санитар нес чью-то утку, встречная процессия его ничуть не заинтересовала, она находилась за пределами его привычных обязанностей. «Хоть в этом повезло. Но каков актер!» Алекс отвел глаза и постарался придать своей физиономии самый равнодушный вид.

Из госпиталя его вывели через тот самый парадный вход. Там их ждала черная тюремная карета с зарешеченными окнами и кучером на облучке, а также тройка верховых лошадей у коновязи. Двое жандармов сели с Алексом в карету, два оставшихся и подполковник Мартош взобрались в седла. Щелкнул извозчичий кнут, поехали.

Ехали долго, часа четыре, а может, и больше. Грязное мутное стекло, забранное мелкой решеткой, мешало разглядеть пейзаж снаружи, но поначалу он был горно-лесистым, а ближе к концу поездки стал равнинно-сельским. На каждое движение пленника жандармы рявкали что-то угрожающе запретительное. Сами же, более привычные к таким поездкам, сидели почти неподвижно. К цели путешествия добрались как раз в обеденное время, о чем весьма недвусмысленно напомнил заурчавший желудок. Стук копыт по доскам деревянного моста, и дверь кареты распахивается.

– Выходите, полковник.

Судя по открывшемуся виду, угорская тюрьма располагалась в каком-то средневековом замке, построенном из грубо отесанных гранитных камней. Насладиться красотами тюремного двора Алексу не дали, почти сразу отвели внутрь тюрьмы, где его грубо раздели и обыскали надзиратели в черных мундирах. Заглянули в рот, прощупали одежду. Потом пришел еще один, в белом халате поверх мундира. Этот искал вшей в волосах и признаки инфекционных заболеваний. К эпидемиям здесь относились вполне серьезно. За всеми процедурами хмуро наблюдали жандармы, так как время шло, и их обед проплывал мимо носа. Мартош куда-то исчез.

Наконец, Алексу разрешили одеться. Дальше опять кандалы и короткий путь по тюремным лестницам и коридорам. Его привели в допросную, где ждал Мартош. Судя по благодушному виду и запаху табака, подполковник успел не только поесть, но и покурить, отчего тут же стал вдвое более ненавистен.

– Ну что же, молодой человек, отсюда у вас есть два пути. Вы правдиво отвечаете на все мои вопросы и отправляетесь в комфортабельную одиночную камеру или отказываетесь отвечать, и вас ждет тюремный карцер.

– А если еще и покаюсь, то вы меня отпустите, – продолжил мысль Алекс.

– Об этом речи не идет, – нахмурился подполковник. – Ну, так что выбираете? Я бы вам посоветовал первое.

– В таком случае я выберу второе, – уперся пленник.

– Зря, – как-то сразу соскучился угорец. – Сейчас вас отведут в карцер, захотите ответить на вопросы – скажите надзирателю, а я подожду.

– Долго ждать придется!

– Посмотрим, – ухмыльнулся Мартош.

Каменный мешок. Темно, тесно, холодно, сыро. Ко всему прочему сильно воняло экскрементами. Свет проникал через крохотную щель под самым потолком. Если сесть на пол, прислонившись спиной к одной стене, то ноги упирались в стену напротив. Но долго так не усидишь, холод, охвативший Алекса в первую же минуту, становился совсем невыносимым – холодные камни через мундирное сукно вытягивали последние капли тепла из продрогшего тела. Приходилось менять позу, а через несколько минут организм не выдерживал вновь. Крупная дрожь била постоянно, а тут еще эта проклятущая боль в спине! Собственный выбор быстро начал казаться глупой и неуместной бравадой. Кормили два раза в день. Утром и вечером давали по куску черствого хлеба и кружке воды. Большой кружке холодной воды. Утром же надзиратель отпирал дверь карцера, и безмолвный угорец в тюремном балахоне выносил парашу. На четвертое утро пленник не выдержал.

– Передайте Мартошу, я согласен.

На допрос его вывели около полудня и так же в сопровождении четверки жандармов. Ладно, при перевозке из госпиталя в тюрьму, но зачем столько охраны при передвижении внутри самой тюрьмы? Чего они боятся? Побега? Очень смешно.

Мартош своего торжества над жалким видом пленника не выказывал, наоборот, буквально лучился сочувствием, даже приказал затопить печь. От непривычного тепла Алекса начала бить дрожь еще более крупная, чем от холода.

– Л-ладно, ч-чего т-тянуть, с-спрашивайте.

Всю обстановку до начала астро-угорского вторжения на себрийскую территорию Мартош знал ничуть не хуже Алекса, его интересовало то, что произошло позже, когда сам он из штаба коалиционных сил успешно сбежал. Не имело смысла что-либо скрывать, дело прошлое и вряд ли эта информация могла кому-либо повредить. Все ответы Мартош аккуратно записывал, не иначе для отчета, а потому дело затягивалось, пленник даже согрелся и его начало клонить в сон.

– Не спите, полковник! Совсем немного осталось и вас отведут в камеру.

Алекс разлепил глаза и приготовился выслушать следующий вопрос.

– Почему для последнего прорыва из окружения вы выбрали именно боградское направление, там ведь было не самое слабое место в нашей обороне?

– Да потому что вы нас там не ждали, – усмехнулся Алекс. – Ведь не ждали, признайтесь, Мартош.

– Не ждали, – признался угорец.

– Вас подвел стереотип – бить нужно в самом слабом месте, на Каму, по князьям. Но там вы бы нас догнали и уничтожили, а здесь было кратчайшее расстояние до нейтрального государства, где вы нас уже не достали бы и вполне приличная дорога. И они ведь дошли? Дошли, я знаю, иначе у вас было бы много пленных и без меня. Ну что вы молчите, Мартош? Это не какая-то великая тайна.

– Да, не успели мы, – признался угорец. – Пока поняли, какой из ударов главный, а какой отвлекающий, уж больно отчаянная атака была на камском направлении. Потом из-за обвала на дороге задержалась переброска резервного полка, потом ночь… В общем, нашли с полсотни отставших, из них половина успела за ночь замерзнуть.

– А вторую половину вы прикончили.

– Эксцессы исполнителя, – отмахнулся Мартош, – командир полка уже понес строгое наказание.

– Ну, да, очень строгое, – скептически хмыкнул Алекс.

Угорец поспешил съехать с этой неприятной темы.

– А вас-то почему бросили?

– Приняли за убитого. Сумерки, обстрел, много крови, любой мог ошибиться. Есть еще вопросы?

– Есть, – кивнул Мартош, – Какие приказы вы отдали для действий после выхода из окружения?

– Да никаких! Так далеко я не заглядывал. Прорваться, укрыться на территории княжества Боградского, всё.

– То есть указаний на начало партизанских действий вы не давали?

– А что, уже начались?! Не успели прийти, а в вас уже стреляют! Реквизициями нужно меньше заниматься. А традиции у местных четников весьма богатые!

Последние слова руоссийца не на шутку разозлили угорца.

– С вашими друзьями четниками мы справимся! У Астро-Угорской империи тоже большой опыт в этом деле, знаете ли. Лучше о собственной судьбе подумайте!

– Ваша империя – лоскутное одело, которое норовит хапнуть все, до чего может дотянуться. Но на Палканах вы себе шею свернете, не сейчас, так потом, помяните мое слово. А что касается моей судьбы, то дело свое я сделал, как смог и как сумел. И сейчас ко всему готов, вот только в карцер возвращаться не хочется.

– Не беспокойтесь, для вас уже приготовлена совсем другая камера.

– Одиночка?