Хищник (СИ) - Грей Патрисия - Страница 33

Но тоска по его хозяину просто невыносима. Иногда у меня впечатление, что сердце разрывается просто от боли. Порой так плохо, что слёзы льются сами собой. Иногда и на учёбе тоже. И тогда я торопливо покидаю лекцию или семинар. Типа выхожу в туалет. А на самом деле - поплакать и более-менее успокоиться.

Если Сергей хотел добиться того, чтобы у меня прошли чувства к нему, у него не получилось. И легче мне не становится. И никакие парни другие меня не интересуют. Ни с романтикой, ни без неё. Не нужно мне других...

Просто не нужно.

По сравнению с Серёжей, они вообще ни о чём. Даже красивые, умные и обаятельные.

Всё равно, это всё не то...

Да я теперь даже представить никого рядом с собой не могу...

Кроме Серёжи...

Слеза скатывается по виску на подушку. Лёжа на спине я смотрю в потолок и вижу как иногда на нём мелькает свет фар проезжающей во дворе машины. Это потому что второй этаж.

Сна вообще нет.

Зато воспоминаний полно...

Я пристрастилась к валерьянке и вину иногда. Так и сопьюсь невольно... Превращусь в бомжиху...

Буду страшная, некрасивая и опухшая. Ну и что! Всё равно Серёже я не нужна, а если я ему не нужна, то тогда и плевать...

Что мне толку от того, что он заботится обо мне, когда мне ничего не хочется. Когда его самого рядом со мной нет. Заботится он на расстоянии. Будто я прокажённая какая-то...

Нет-нет, конечно я очень ему благодарна! Он вообще потрясающий человек в плане отношения ко мне. Столько мне помогал и помогает! Дважды вообще меня спас!

Просто я - неблагодарная тварь. Вот и всё.

Новая слеза, по другому виску. Подушка мокрая, это чувствуется, потому что там, где впитались слёзы - там прохладно.

Из этого миллиона на карте я тратила деньги только на еду. А ем я теперь мало. На три килограмма похудела. Стану так не просто бомжихой, а тощей и страшной бомжихой. И сиськи у меня отвиснут. И если вдруг Серёжа захочет увидеть меня голой, то он не узнает меня и уже не скажет, что я соблазнительная...

Ничего во мне уже нет соблазнительного... Унылая и необщительная, и неинтересная.

Ну и пусть... Всё равно я теперь всегда буду одна...

Потому что кроме Серёжи мне никто не нужен. А ему не нужна я.

Вот и всё.

Унижаться я не хочу и не буду. И не потому, что у меня гордыня. А просто это только его расстроит. Да и если он даже и будет со мной после этого, то только из жалости.

А мне так не надо...

Я хочу, чтобы он был со мной, потому что любит меня. И хочет, чтобы я была с ним. Чтобы мы жили вместе.

Как раньше...

Перевернувшись на живот, утыкаюсь лицом в подушку, натягиваю на голову одеяло и тихонько реву.

А устав плакать, незаметно проваливаюсь в беспокойный сон...

Глава тридцать шестая

Солнечный день. Зелень сочная, роскошная, и даже несмотря на то, что вдали шумят машины, явственно слышится птичье пение.

Я останавливаюсь на лестнице финансовой академии, и поправляю на плече сумочку. Вскидываю голову, щурю глаза из-за яркого солнца, и вдыхаю полной грудью свежий, пахнущий зеленью воздух.

Мимо меня сбегают по лестнице студенты, а я стою на лестнице и никуда не спешу.

Экзамены сданы. Впереди два месяца каникул.

Странное чувство. И радостно и грустно одновременно. Мои одногруппники давно уже разъехались по домам, потому что пошла сдавать экзамен последней. Куда торопиться? Планов на вечер у меня нет, как, собственно, и планов на все эти каникулы.

Я подумываю о том, что вполне могу уехать куда-нибудь к морю, но почему-то эта идея не вызывает у меня особенного восторга. Мне как-то всё равно. Что там делать одной? Знакомиться с парнями, ходить в кафе и танцевать в клубах? Я не хочу ни того, ни другого, ни третьего. Загорать на пляже, купаться, есть фрукты и плавать на катамаране? Звучит неплохо, но...

Вот это "но" упирается в то, что я как-то плавно и незаметно для себя стала ещё большей одиночкой, чем была до весенних событий, итогом которых стала моя недолгая совместная жизнь с Сергеем Крутым.

Да, я перестала плакать. И, наверное, перестала страдать. Однако это нисколько не отменяет того, что я люблю этого мужчину, и действительно, без всякого кокетства, просто не хочу встречаться с кем-то другим. И совершенно неважно, короткий ли это роман, или что-то более серьёзное, ведущее к замужеству. Да даже просто ради прикола сходить на свидание - мне совершенно не хочется. Просто не вижу смысла в этом.

Перед экзаменами я немного подтянула учёбу, но сдала их всё равно слабовато. Пару зачётов мне откровенно натянули. Просто преподаватели пошли мне навстречу.

Вновь поправляю сумочку и, вздохнув, неторопливо спускаюсь по лестнице. Тихо стучат каблуки босоножек. Тёплый ветер легонько треплет мою плиссированную бело-красно-жёлтую юбку. И солнечное тепло чувствуется даже через жёлтый топик.

Пойти, что ли, погулять куда-нибудь? Позагораю немного: руки и ноги до колен - голые. Может в центр? На Манежку? Или поехать на Арбат? Можно побродить там, посмотреть картины художников, послушать уличных музыкантов...

Домой не хочется, это всё что я понимаю. Что там делать сейчас? Смотреть фильмы? В такой классный солнечный день? Глупо как-то. Сейчас надо гулять.

Иду по асфальтированной дорожке мимо практически пустой, за исключением пары автомобилей, парковки, и решаю просто пройтись по улицам. Куда глаза глядят.

Петру я написала утром, чтобы он сегодня меня не забирал, потому что не знала во сколько закончу, да и не хотела после экзаменов ехать домой. Но сейчас немножко жалею. Потому что если бы его машина стояла в ожидании меня здесь, скорее всего я попросила бы его всё-таки отвезти меня на старый Арбат. И на Камергерский. Или на Пушкинскую площадь. Или на Манежку.

Можно, конечно, вызвать такси, но мне сейчас не хочется общаться вообще ни с кем. И именно по этой причине к метро я тоже не пойду.

И вообще, пойду-ка я в кафе. Выпью кофе, съем круассан и придумаю там, чем заняться вечером.

Сейчас мне хочется только идти вперёд, слушать, как поют птицы и наслаждаться солнечным днём.

В своём задумчивом состоянии я не сразу понимаю, что мимо проезжающая машина притормаживает рядом со мной. Услышав звук тормозов, отскакиваю в сторону, собираясь возмутиться.

Но я не успеваю этого сделать.

Зато успеваю испугаться.

Потому что синхронно открываются задние двери белого тюнингованного "BMW" и оттуда резво выпрыгивают двое короткостриженных мужчин в синих джинсах и белых футболках. Оба спортивного телосложения, оба с хмурыми бандитскими лицами.

Пячусь назад, на газон, и едва не спотыкаюсь о бордюр.

Эти двое идут прямо ко мне. И их вид не предвещает мне ничего хорошего.

Быстро оглядываюсь по сторонам. Блин, как назло в этом сквере поблизости совершенно никого. Если не считать стайку расхаживающих по асфальту голубей.

Двое мужчин, оба в тёмных солнечных очках, стремительно подходят ко мне и моментально обступают с обеих сторон. Сбежать явно уже не получится. Если они захотят, схватят сразу.

Нервно сглатываю. Что происходит вообще?!

На вид им обоим лет по тридцать. Один - белобрысый, с явно сломанным когда-то носом, а второй - черноглазый брюнет с тёмной щетиной.

- Дарина, здравствуйте, - басом произносит он. - У нас к вам очень важный разговор.

- В каком смысле? - испуганно спрашиваю я.

- В прямом, - жёстко отвечает блондин и хватает меня за локоть.

- Что вы дела... - договорить я не успеваю, потому что он тут же зажимает мне ладонью рот, и, прижав к себе, принимается тащить в машину. Второй, нервно оглядываясь по сторонам, сопровождает нас и помогает затолкать меня в салон.

Я отбрыкиваюсь, но перестаю, потому что брюнет гаркает на меня так, что у меня от ужаса волосы на голове шевелиться начинают.

Почти одновременно гулко захлопываются двери и машина срывается с места.