"Фантастика 2023-119". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Шведов Сергей Владимирович - Страница 129

— Нас не пугают расходы.

— С владетелями договориться можно, — задумчиво протянул Бьерн, — но, боюсь, вохры будут менее покладистыми.

— Все можно превозмочь, опираясь на силу Великого.

— Ты имеешь в виду огненные арбалеты? — встревожился Брандомский.

Как бы ненароком ни впустить в собственный дом силу, от которой потом не избавиться. На чужой кусок у всякого рот до ушей растягивается. Начнут с торговли, вынюхают все ходы-выходы, а потом ударят врасплох так, что из благородных владетелей полетят пух и перья.

— Священное оружие Храма не может быть использовано за пределами наших земель.

— Однако мы уже имели возможность с ним познакомиться.

— Это была ошибка посвященного Чирса, но он ее исправил и прощен Великим.

Судя по всему, это именно Храм разделался с мечеными, и, наверное, им следует сказать за это спасибо, но кто даст гарантию, что чужаки не проделают нечто подобное и с владетелями. Опасные союзники, прямо нужно сказать. Но, с другой стороны, сидеть сложа руки, когда весь мир вокруг зашевелился, тоже довольно глупо. К. тому же, если эти люди способны покорить Лэнд силой, то зачем им вести переговоры?

— Что нужно от нас Храму?

— Безопасный проход по землям Приграничья наших торговых караванов. Безопасный, но не бесплатный.

— Вы могли бы обеспечить свои интересы силой.

— Купить гораздо дешевле.

В этом чужак был прав. Но в любом случае Храму нужен сильный человек в Приграничье, с которым можно договориться и на веское слово которого можно положиться. У Бьерна есть шансы стать именно таким человеком и заручиться поддержкой Храма, не впрямую конечно, а через того же Рекина, скажем. У Лаудсвильского репутация и без того подмоченная, так что грязной воды он уже не боится. Не прогадать бы только. А то ведь запросто можно вернуться из этого похода за шерстью стриженным наголо.

— Что еще?

— Мы собираемся построить крепость на землях духов для защиты караванных путей от стаи, и здесь без вашей помощи нам не обойтись.

— И какой гарнизон вы собираетесь там разместить?

— Пятьсот человек, я думаю, будет достаточно.

Брандомский покосился на Лаудсвильского, но тот сделал вид, что не заметил его вопрошающего взгляда. — Хорошо, — вздохнул Бьерн, — я согласен.

Глава 13

ВЕРОЛОМСТВО

Маэларский с недоумением посматривал на владетеля Лаудсвильского, не понимая, за каким чертом нордлэндскую лису занесло в Ожский замок. Однако неприязнь, столь явно обозначенная на лице благородного Эйрика, не смутила Рекина.

— Вот и еще один замок осиротел, — сказал он, печально оглядывая стены.

— У Тора остался сын, — напомнил Эйрик. Лаудсвильский с готовностью кивнул головой:

— Конечно, но смерть Тора Нидрасского — это большая потеря для Приграничья и всего Лэнда.

Уж этот наверняка сильно огорчился — Маэларский едва не выругался прямо в лицо любезному владетелю, но в последний момент сдержался.

— Что привело владетеля Лаудсвильского в Ожский замок? — не слишком любезно спросил Эйрик, которого печальный вид Рекина стал не на шутку раздражать.

— Увы, все те же трагические события, дорогой друг. Кристин Ингуальдская, как я слышал, возвратилась в родные края.

Маэларский пожал плечами, не совсем уловив, какое отношение к этому имеет незваный гость.

— Не забывай, владетель, что я хоть и дальний, но все же родственник несчастного Фрэя, и мне небезразлична судьба его вдовы, с которой мы были дружны в прошлые, увы, куда более счастливые времена.

О родстве Лаудсвильского с благородным Фрэем Эйрик слышал впервые и только усмехнулся про себя по этому поводу, но Рекин действительно подолгу живал в Ингуальде, и кто знает, какие отношения связывают его с Кристин.

— Быть может, моя помощь будет не лишней.

— У Кристин Ингуальдской остались земли, замок и друзья, которые помогут ей удержать его, — лицо Маэларского расплылось в широкой улыбке. — Впрочем, благородная дама, я полагаю, не откажется от встречи со старым знакомым.

Лаудсвильский благодарно кивнул. Маэларский указал ему на свободное кресло, решив, что от назойливого владетеля избавиться будет не так-то просто.

— Я слышал, что Брандомский заявил о своих правах на Ожский замок.

— У замка есть законный хозяин, — отрезал Эйрик. — Бьерн поторопился.

Рекин сочувственно вздохнул:

— У Брандомского всегда были длинные руки и короткая совесть.

Маэларский недоверчиво покосился на гостя. Знай он эту серую змею немного поменьше, наверняка поверил бы ему, уж очень искренним сочувствием светилось некрасивое лицо Лаудсвильского.

— Человек я одинокий и небогатый, но готов помочь родственнице, попавшей в беду.

Маэларский решил, что Рекин приехал свататься, и едва не расхохотался от собственной догадки — ну, Лаудсвильский, ну, хват. Впрочем, Ингуальд действительно лакомый кусок, и, надо полагать, недостатка в женихах у Кристин не будет. Рекин как всегда почуял добычу раньше остальных. Маэларский не пожелал бы Кристин такого мужа, но решать придется ей самой, а кто поймет сердце женщины, дважды овдовевшей за столь короткий срок.

Появление дам прервало затянувшееся молчание. Лаудсвильский рассыпался в комплиментах, хотя и косился при этом смущенно на Данну, но та, видимо, не собиралась напоминать владетелю об их последней встрече. Благородный Рекин ожил и даже осмелился пошутить пару раз. Впрочем, на его шутки откликнулась только Кристин, которой встреча с Лаудсвильским напомнила о куда более спокойных временах.

— Владетель Рекин предлагает тебе помощь, благородная госпожа, — сказал Маэларский.

Лаудсвильский скромно опустил глаза и только рукой махнул в ответ на слова благодарности, произнесенные Кристин. Эйрик все более удивлялся поведению незваного гостя. Лаудсвильский вдруг выразил желание провести эту ночь в Ожском замке, сославшись на усталость. Данна в ответ равнодушно кивнула головой, не замечая сигналов, которые подавал ей Эйрик. Маэларскому волей-неволей пришлось уступить желанию настырного владетеля, уж коли хозяйка не возражала. Он без особой радости отдал приказ оруженосцу Тейту, разместить гостей. Тейт, выполнявший в отсутствие Густава обязанности коменданта, только вздохнул в ответ — замок Ож и без того был переполнен людьми.

Владетель Лаудсвильский явился в гости с большой свитой. И хотя дороги Приграничья были небезопасны, такое обилие охраны Тейт считал чрезмерным. А еще говорят, что благородный Рекин человек бедный. Надо полагать, содержание такой дружины влетает ему в приличную сумму. Впрочем, не дело Тейта считать деньги во владетельской казне, хотя размещать всю эту свору приходится именно ему.

Тейт обошел караулы на стенах и остался доволен — часовые помнили о службе. Правда, его слегка удивило присутствие на стене Хафтура, командира дружины Лаудсвильского. Хафтур дружески хлопнул старого воина по плечу и предложил выпить за встречу. Тейт не считал лаудсвильца своим другом, но и врагами они не были, поэтому он согласился с предложением старого знакомого.

Воины двух дружин, Лаудсвильского и Маэларского, оказавшись в чужом замке, времени зря не теряли — стол был заставлен закусками и брагой. Тейт не стал протестовать против такого времяпрепровождения. Дружеская пирушка — не помеха службе, надо же людям ночь скоротать. Лишь бы не передрались во время пира.

К неудовольствию старого воина, обстановка за столом быстро накалялась — нордлэндцы вели себя вызывающе. Хафтур, вместо того, чтобы успокоить своих людей, стал задирать Тейта. Далее терпеть такое положение, не роняя своего авторитета перед дружинниками, было уже невозможно. Выпивка выпивкой, но и правила приличий следует соблюдать.

— Языком молоть — не мечом махать, — сказал Тейт, спокойно глядя в пьяные глаза Хафтура. — Приграничье всегда било Нордлэнд в открытой драке.

— За вас дрались меченые, — вмешался в разговор Эрлинг, грузный и рослый воин Лаудсвильского.