"Фантастика 2023-119". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Шведов Сергей Владимирович - Страница 282

– Мой отец тоже участвовал в том походе.

– Почему ты мне об этом ничего не рассказывал, – неожиданно обиделась на суранца Ингерна.

– Ты не спрашивала меня о стране Хун, благородная госпожа.

Этот неуместный спор покоробил Леира. Конечно, Ингерна девушка умная и гордая, но ветерок у нее в голове гуляет, того и гляди подхватит подол юбки, и тогда хлопот срама не оберешься. Черт принес в Киммаркию этого смазливого молодчика.

– Как долго ты собираешься расписывать дом?

– Думаю, месяца за три управимся. Со мной два моих брата, они помогут.

– Ну что ж, мазила, показывай свою работу.

Ингерна, конечно, морщится. Благородный Леир и пахнет не как цветочная клумба и выражается не лучше, чем грубый вояка в хальбуржском кабаке, но зато он король и гуяр. А это желторотый суранский цыпленок не более чем раб, забавная игрушка, которую в случае необходимости можно сломать. Ингерне следует усвоить эту истину как можно тверже.

– Что за птицы?

– Это райские птицы.

– Я не про твою мазню спрашиваю, суранец, а про тех молодцов, что сидят под потолком на насесте.

– Мои братья – Оттар и Рагнвальд.

Похожи эти братья были друг на друга, как две капли воды. Господь иногда бывает очень уж щедр к недостойным: этому лэндскому наемнику повезло на сыновей. Волосы у близнецов потемнее, чем у старшего брата и глаза карие, но сходство несомненное. И малюют они изрядно. Кому только нужна эта мазня? Разве что девкам, вроде Ингерны, одуревшим от безделья и скуки.

– Ну и как? – Ингерна с любопытством посмотрела на отца.

– Молодцы хоть куда, – мрачно буркнул Леир, возвращаясь к своему креслу.

– Я про роспись, – недовольно фыркнула девушка.

– А этот Бьерн…

– Перестань, – рассердилась Ингерна, – я не забыла, чьей дочерью являюсь.

Хорошо если так. Благородный Леир повеселел. Действительно, черт знает что иногда лезет в голову: его дочь и этот мазилка, разве можно их даже рядом поставить, а уж тем более положить. Но жениха ей все-таки придется подыскать, да сплавить побыстрее с рук, от греха подальше. Девка прямо жаром пышет.

– Так будешь строить дом или нет?

– Буду, – решительно кивнул головой Леир, – и не хуже, чем у благородного Седрика.

Ингерна захлопала в ладоши. А благородный Леир тут же пожалел о сказанном. Такой дворец будет стоить кучу золота, а в киммаркской казне хоть шаром покати.

– Займи у аквилонцев, – настаивала дочь.

С уважаемыми торговцами только свяжись, враз без штанов останешься. С чего это им так загорелось женить благородного Леира на девице Хилурдской? Наверняка благородный Гольфдан что-то им обещал, даром они и пальцем не шевельнули бы. А вот от Леира они гроша ломанного не получат, скорее уж наоборот: раз аквилонцам выгоден этот брак, то пусть раскошелятся на дворец для киммаркской королевы.

Глава 3

Призраки в ночи

Гунар окинул трактир заинтересованным взглядом: несколько пьяных бродяг, три сильно подвыпивших гуяра и с десяток суранцев из прибывшего только что в Хальцбург обоза. Возможно, нужный ему человек находится как раз среди последних. Гунар присел к столу у выхода и брезгливо отодвинул в сторону грязную посуду. Трактирщик, учуявший выгодного клиента, через секунду уже стоял перед Гунаром, вытирая стол засаленной тряпкой. Вестлэндец вздохнул и бросил на стол пару медных монет. Гольфдан Хилурдский не баловал жалованием даже самых преданных слуг. Да и откуда было взяться золоту в вестлэндской королевской казне. Трактирщик до того был разочарован в добропорядочном на вид клиенте, что почти не среагировал на появление трех молодых людей, одетых достаточно скромно, хотя и опрятно. И, как выяснилось, напрасно. Один из новых посетителей швырнул небрежно на стол горсть серебра:

– Аквилонского, хозяин, и побыстрее.

Несмотря на суранский покрой одежды, молодой человек говорил по лэндски очень чисто. Карие глаза его насмешливо смотрели на растерявшегося трактирщика. А растерялся трактирщик потому, что молодых людей оказалось двое, как две капли воды похожих друг на друга, даже небрежные жесты, которыми они выбрасывали на стойку серебро, были одинаковыми. Молодые люди переглянулись и засмеялись. Этот смех и вывел трактирщика из оцепенения. Нет, у него не двоилось в глазах, просто посетители оказались близнецами. Третий посетитель, рослый и широкоплечий, подсел к столу Гунара.

– Берн, – назвал он себя и в ответ на вопросительный взгляд вестлэндца стянул с правой руки перчатку. Стальной перстень холодно блеснул на холеном пальце. Гунар вздохнул с облегчением, перстень был ему знаком, хотя нынешнего его обладателя он видел впервые в жизни. Кого-то он смутно напомнил Гунару, кого-то давно и надежно забытого. Словно пахнуло издалека ветром молодости, бесшабашного разгула и веселого братства.

– Рагнвальд, – вспомнил вдруг Гунар.

– Я его сын, – тихо отозвался Бьерн, – но забудем пока об этом.

Гунар молча осушил кубок. Забыть было не так-то легко. С детских лет он рос рядом с Рагнвальдом в веселой дружине короля Гарольда. Было их четыреста человек, а уцелел только он один.

– А эти молодые люди? – кивнул Гунар в сторону стойки.

– Ярл Оттар Хаарский и владетель Рагнвальд Брандомский.

Гунар оторопело посмотрел на собеседника:

– Я думал, что это просто слухи…

– Нет, – твердо сказал Бьерн, – нас тридцать шесть владетелей, двадцать уже способны сесть в седла.

– Клан двурогих?

– Или меченых, кому как нравится.

– Все-таки меченых? – на лицо Гунара набежала тень.

– Я знаю, как погиб мой дед, – Бьерн пристально посмотрел собеседнику в глаза. – Мы слишком щедро лили кровь друг друга, чтобы не расплатиться за это годами рабства.

– Винить нам некого, кроме самих себя, – кивнул головой Гунар.

Молодой человек, названный Бьерном ярлом Хаарским, поставил на стол кувшин аквилонского и присел на скамью рядом с гвардейцем:

– Пока все тихо. Зуб присмотрит за киммарками.

Рагнвальд Брандомский или Зуб, как его назвал брат-близнец, продолжал пересмеиваться у стойки с молоденькой дочерью хозяина, которой, видимо, льстило внимание богатого гостя, и она глуповато хихикала в ответ на двусмысленные комплименты, отпускаемые по ее адресу.

– Арвид Гоголандский приезжает на днях в Хальцбург.

– Старая сволочь, – неожиданно выругался Бьерн, и Гунар поразился ярости сверкнувшей в его глазах. Похоже, сын короля Рагнвальда помнил то, что помнить никак не мог.

– Он нам мешает в Вестлэнде, – пояснил Гунар.

– А замок Холстейн?

– Замок сейчас в залоге у аквилонца Крула. С Крулом мы договоримся, но нужно золото, даром этот негодяй ничего делать не будет.

– Деньги я привез.

– В замке можно будет спокойно готовить людей, никто нас не заподозрит.

– А Хилурдский?

– Гольфдан мне доверяет. Есть возможность прибрать к рукам еще три замка, и тогда весь юг Вестлэнда будет в наших руках. Деньги нужны.

– А люди?

– Люди есть. Не хватает оружия и особенно пушек. Гуяры берегут их пуще глаза.

– Мы льем пушки в Хароге, но переправить их из Сурана в Лэнд не так-то просто. Чуб займется этим.

Оттар Хаарский, а эти слова, вероятно, относились к нему, кивнул головой.

– Нам нужны по крайней мере пять тысяч опытных бойцов в Вестлэнде. В золоте недостатка не будет.

– Можно набрать и больше, – кивнул головой Гунар. – Люди готовы драться даром, но кормить их надо, да и оружие…

– В Нотенбурге нехватка оружейников?

– Мастера пока есть, но как бы их активность не встревожила октов.

– Попробуем действовать от имени Хилурдского и даже благородного Леира. Я попытаюсь сделать заказ через Ингерну.

– Окты, пожалуй, вообразят, что киммарки и вестлэндцы готовят им большую гадость, – усмехнулся Гунар.

– Нам это будет только на руку. Пусть гуяры цапаются друг с другом.

– А дочка у благородного Гольфдана хороша, – вздохнул Оттар Хаарский. – Жалко отдавать ее надутому индюку Леиру.