Царица Теней: возвращение Персефоны (СИ) - Ласточка Инна "Ness Quik" - Страница 140

— Что мы имеем в итоге? — Зевс стоял в центре, а вокруг на разном удалении от него стояли Гестия, Гера, Посейдон и Амфитрита. — Каков результат?

— Все заняты восстановлением, Зевс. Собраться сейчас и всё обсудить невозможно по многим причинам, — ответила Амфитрита. Она стояла на удалении от Посейдона и избегала смотреть на него.

Зевс сцепил руки за спиной, ожидая продолжения.

— Нужны подробности? Так вот, все отказались. Аполлон и Артемида выходят из Совета Двенадцати и направляют силы на свои линии власти, к тому же после всего им не мешает отдохнуть. Гермес — вне границ и правил, как всегда, ты можешь сам поговорить с ним, но он остаётся, так же как Дионис и Гефест. Я не знаю, считаешь ли ты целесообразным оставлять в списке Афродиту и Ареса, но я и Посейдон остаёмся.

Зевс покивал своим мыслям.

— А вы? — он устремил взор на Геру и Гестию.

Гера высокомерно изогнула бровь.

— Меня можно было не спрашивать.

— А у меня нет выбора, — сказала Гестия, печально улыбнувшись.

— А Эрос? — снова спросил Зевс.

— Отказался, — Амфитрита взмахнула рукой, собирая волосы в хвост и украшая затейливой заколкой с морской звездой, — но, может, с ним стоит поговорить позже. Сейчас... — она плотно сомкнула губы и прикрыла глаза, так и не продолжив.

Зевс вздохнул, прошёл из стороны в стороны и снова вернулся в прежнее положение.

— Да где он ходит?! — не выдержал он.

— Вот именно, мы тут, между прочим, не молодеем, — раздался насмешливый голос Гермеса, а в следующий миг и он сам спустился на пол Зала Собраний с тихим шорохом. — Впрочем, мы и не стареем, да, отец?

Его внезапное появление развеяло накаляющуюся обстановку, и Зевс хохотнул.

— Как всегда вовремя. Остаёшься в Совете Двенадцати?

— Двенадцати-тринадцати... конечно, нужно быть в курсе всего, — он подпрыгнул и, пойманный крылышками фиолетовых кед, лёг на воздух, подперев голову рукой. — А что, ты ожидал иного?

— От тебя можно ждать чего угодно, — из-за колонны вышел Дионис с виноградной гроздью в руке, и всех окутал терпкий аромат вина, сладкой ягоды и изюма.

— Ну вот, ещё даже не всех дождались, а уже вино на столе, — отмахнулся Гермес и увернулся от летящей в него виноградной косточки.

Зевс отошёл от них в сторону и проворчал:

— Если б не помощь семье Афины в восстановлении городов, я бы подумал на ваш счёт... к слову, о ней. Как она?

— Хорошо. Предана тебе, конечно, и покидать тебя не планирует, но пока... Паллада на первом месте. Афина провожает её тень к источнику бессмертия и на путь перерождения, до решения этого вопроса она не вернётся. Она сказала, ей плевать, если ты против.

Зевс нахмурился и не продолжил разговор. Молчание затянулось. Время шло. Кто-то, устав стоять, создал себе удобное кресло, кто-то стал ходить из стороны в сторону или замер у колонны, глядя на Небесный город, и только Посейдон остался на месте. Он первым и нарушил молчание, обращаясь к Гермесу.

— Ты облетел всех? Кто-нибудь ещё пострадал?

— А почему ты так беспокоишься? — огрызнулся на него Зевс, не позволив Гермесу даже рта открыть. — Мотивы Ареса мне ясны, но ты, как ты додумался привлечь Ареса?

— Мы уже выяснили, что ничья воля тут не имела значение, кроме воли Мойр и Геи...

Зевс приподнял уголки губ в подобии улыбки и прищурился.

— Но ты же понимал, что делаешь?

— Я сказал, что Арес показался мне удачным шансом решить две проблемы одновременно. Он был достаточно силён, чтобы принимать в себя излишки силы, и достаточно умён, чтобы всё сделать правильно. Я хотела защитить вас, спасти хоть кого-то...

— Или возвыситься, — будто случайно обронил Зевс и тут же вскинул руку в предупреждающем жесте. — Ладно, забыли. Я ещё восстанавливаю силы и не намерен бездумно сражаться, когда и так есть куда применить свои способности. Что в твоём царстве?

— Ничего хорошего! — проворчала Амфитрита.

— Соглашусь, — кивнул Посейдон, — нам не хватает сил усмирять толпы взбунтовавшихся монстров, но помимо них есть ещё и обычные божественные и даже простые существа, пребывающие в состоянии агрессии из-за пережитого страха и боли.

— Даже армия «Протекта» не справляется? — удивился Зевс.

— Суша и Небеса, которыми ты правишь, по размеру несопоставимы с глубинами океана. Этого слишком мало.

Зевс задержал на Посейдоне долгий испытывающий взгляд, а затем сказал:

— Я помогу, но сначала смертные. Необходимо стереть любое упоминание о тех событиях, никто не должен помнить, что случилось. Планета в безопасности, об остальном им не зачем знать.

— Мы стараемся, — сказала Гера, разглядывая супруга, но, когда он повернулся к ней, отвела взгляд, — со стороны Атлантического океана материк был густо заселён, и то, что произошло там, сложно исправить за пару месяцев. Нужно время.

В глазах Зевса мелькнула теплота, и он склонил голову, чтобы спрятать улыбку.

— Надеюсь, теперь оно у нас точно есть.

***

— Почему ты ему не сказала? — Танатос шёл на шаг позади Макарии, чтобы беззастенчиво любоваться ею.

— О чём? — удивилась она и остановилась у раскидистого дуба. Пусть здесь, в Элизиуме, всё было не по-настоящему, не так, как на Земле, но зато здесь был её дом и те, кого она любила.

Он остановился очень близко к ней и коснулся плеча, чуть отодвинув прядь белоснежных волос.

— О Персефоне?

Макария прерывисто вздохнула, погладив пальцами выступавшие над вырезом платья ключицы, и повернулась.

— Сам узнает. Я не Вестник, моё дело было сказать про Сердце Геликона, остальное в его руках...

— И в тонких пальцах Мойр, — понизив тон голоса до шёпота, произнёс Танатос, заглядывая ей в глаза.

Макария нежно улыбнулась и потянулась рукой к его лицу, провела едва ощутимым касанием от виска к уголку губ.

— Твои силы восстановились, я очень рада.

— А я бы предпочёл получить наказание или вовсе лишиться их, — он перехватил её руку и поцеловал. — Я не защитил тебя, не спас! Как я могу быть достоин тебя? Как я посмел просить твоей руки?

— Ты бы погиб, если бы оказался в том ужасном месте... Мойры отправили тебя мне на защиту в путешествии к Борею, но их дальнейшее решение спасло тебе жизнь. Мойры спасли тебя...

Его взгляд блеснул отголоском боли, и он склонился к её губам — его дыхание обожгло её кожу:

— А что Мойры приготовили для нас?

Макария сделала движение, будто собиралась его поцеловать, но вместо этого обхватила его руками и прижалась к груди:

— Если хочешь, — улыбаясь, ответила она, — мы узнаем об этом вместе.

***

Боги в Зале Собраний изнывали от ожидания. Гермес и Дионис перебрасывали божественной силой каплю вина, условившись, что тот, кто не поймает, будет в проигрыше, Гестия и Гера любовались взошедшей на небо луной, Посейдон и Амфитрита о чём-то спорили в отдалении, Зевс дремал на одном из трёх тронов в центре, когда полыхнула лазурная вспышка, и из неё появился Аид. Он без зазрения совести переместился сразу в Зал Собраний, не утруждая себя церемониями. Гермес отвлёкся, и алая клякса вина окрасила пол, которую, впрочем, тут же убрал Дионис.

— Наконец-то! — Зевс поднялся с места и спустился к остальным, но, не сделав и двух шагов через зал, остановился. — Один?

Аид выглядел усталым и бледным, но очень старался это скрывать.

— Я представляю нас обоих, она не будет присутствовать.

— То есть не отказалась? — с облегчением выдохнул Зевс.

— То есть, нет, но пока... — Аид оборвал себя на полуслове и сменил тему, — что ты решил?

— Мы договорились решать вместе и ждали тебя. Пока у нас есть список для расширенного Совета Богов, Совета Двенадцати, если угодно... Посейдон предложил оставить Совет Триединства.

— Мудро, — кивнул Аид, — разумеется, если все согласны.

— Работа проделана большая... Полагаю, что никто уже не будет возражать.

— Хорошо, — Аид указал рукой в сторону выхода, — предлагаю пройтись. Нам есть, что обсудить.