Мой слуга Тень (СИ) - Корсарова Варвара - Страница 78

– А вот это будет твоей задачей! – жизнерадостно воскликнула Ирис. – Ты знаешь, как все предусмотреть и заставить вечеринку пройти как по маслу.

– Я польщен твоим доверием. Постараюсь тебя не подвести.

Ирис так обрадовалась его словам, что шутливо ткнула кулаком в его грудь.

– Думала, ты будешь меня отговаривать.

– Нет, Ирис, не буду. Не скажу, что верю в успех этой затеи, но главное – что в него веришь ты. Фантазия у тебя развита лучше, чем у меня, ты умеешь находить необычные решения. Поэтому… – он улыбнулся, – Я тебя поддержу во всем. Делай, что считаешь нужным. А я буду тебя защищать и оберегать. Ну, еще подавать гостям закуски и принимать их пальто в гардеробной.

У Ирис даже дыхание перехватило от восторга. Она и не думала, что на свете водятся такие мужчины – настоящие до мозга костей.

– Итак, что от меня требуется прямо сейчас? Повесить штору, притащить реквизит?

– Mеню составить, отдать распоряжения повару… Но я и сама могу, – спохватилась Ирис.

– Все уже сделано. Со шторами и прочим покончу быстро. На остаток дня я бы хотел отлучиться. Мне опять нужно съездить в Шваленберг встретиться с моим банкиром и нотариусом.

– По поводу…? – Ирис прикусила язык. Дворецкий тоже не отличался излишней откровенностью, а она дала себе зарок не вмешиваться в его жизнь и не проявлять назойливости.

– Я принял решение, Ирис, – ровным голосом сказал Арман. – Хочу открыть свое дело. Школу для помощников по хозяйству. А также службу выездного обслуживания званых мероприятий. Приготовление блюд, украшение помещений, предоставления услуг официантов, лакеев, распорядителей. Не все могут содержать большой штат вышколенных слуг, поэтому спрос будет – я уже составил бизнес-план. Для этого не хватит моих накоплений, придется брать заем.

Ирис лихорадочно облизала пересохшие губы. Сердце дрогнуло и заныло.

Вот и все. Арман готов сам стать хозяином. Бросить обитателей «Черного дуба». Предоставить их самим себе… Уйти в большой, шумный мир, откуда с радостью сбежала Ирис и куда не хотела возвращаться.

– Мне нужно многое с тобой обсудить, – продолжил он после минутной заминки. В его голосе вдруг почудились неуверенные нотки. – Но сейчас, полагаю, не лучшее для этого время.

– Поговорим после приема, когда все закончится, – прошептала Ирис. Глаза вдруг защипало. – Когда мы выведем преступника на чистую воду и отправим его в тюрьму. Разберемся с беременной шантажисткой и до конца разгадаем тайну чертежей барона.

– Рад слышать, что ты уверена в исходе своей затеи, – Арман улыбнулся уголками губ. – Что ж, давай-ка повесим эту портьеру. Пожалуйста, придержи ее снизу, если нетрудно.

***

В день представления Ирис охватило странное настроение. Ей было жутко до мурашек и бурчания в животе. Как человеку, который собирается открыть дверь в темную кладовую, не зная, какие монстры его там поджидают. И все же готов заглянуть внутрь, потому что любопытство сильнее.

Но при этом она чувствовала небывалую уверенность в том, что все у нее получится.

Она казалась себе самой умной, самой хитрой и удачливой девушкой в мире. Словно внутри нее вспыхнуло маленькое солнце и греет всех и вся вокруг. Настоящий артистический кураж, определила Ирис. Тот самый, что превращает заурядного актера в гения и волшебника.

Ей было комфортно и весело, как будто стены самого дома подбадривали ее, шептали ей комплименты и тихо ей восхищались.

Но, пожалуй, так оно и было. Все же Ирис обладала крохами Дара ее предков. Умела чувствовать энергетические потоки людей и предметов. Сейчас это были тени и отголоски тех, кто когда-то жил в этом доме. Сам дом поддерживал ее. И – чем черт не шутит! – может, в эту минуту в углу салона притаился призрак гениального мастера Жакемара и одобрительно кивал ей , хитро посмеиваясь.

Если рассказать об этих потусторонних ощущениях ее гостям-оккультистам, вот они обрадуются, – подумала Ирис, улыбаясь как всегда хмурому бакалейщику-мистику Вальдемару Кроули.

Но пока она ничего не собиралась им рассказывать. Всему свое время. Попозже они и так получат немало материалов для изысканий и статей.

Ирис встречала гостей и будущих зрителей в холле, играя роль хозяйки дома.

Да нет, никакой игры! Она была полноценной хозяйкой, и все это прекрасно понимали. И тетя Грета, которая тактично держалась позади, и гости, которые приветствовали госпожу Ирис Диль со всем уважением и благодарностью за то, что получили приглашение на волшебный спектакль в «Черном дубе». Не каждому выпала эта честь.

Ирис стояла у подножия лестницы, спина идеально прямая, взгляд и осанка уверенные. Она надела свое старое сценическое платье – красное, короткое, расшитое блестками.

Знакомая портниха Армана из деревни колдовала над ним всю ночь, и платье из вульгарного превратилась в королевское. Магия состояла в атласном поясе, паре новых вытачек в нужных местах и небольшой надставки в груди. Платье все же не соответствовало требованиям к тому, как должна одеваться для приема дочь барона и хозяйка богатого дома.

Но Ирис не была рядовой деревенской аристократкой, да и прием ожидался необычный. А жителям Альсингена пора признать, что теперь одной из них стала уличная артистка с неуемной фантазией и собственными представлениями о том, что прилично, а что нет.

Гости прибывали, дом наполнялся шумом голосов, шагов и смеха.

Дверной звонок вел себя как свихнувшийся оркестр. Каждый играл на нем свою любимую мелодию. Веселая увертюра сменялась военным гимном, затем звучало вступление к модной песенке, за ним – похоронный марш.

Толковое изобретение, однако. Сразу понятно, кто явился, и что он из себя представляет. Кто бы мог подумать, например, что директор школы, унылый и строгий Телеман, предпочитает не вполне приличный кафешантанный шлягер.

Явились аптекарь и трактирщик, полицейская бабуля в вязанном розовом платье и ее упитанный внучок, нотариус Шеффилд, величественная охотница Лара Хунтер и майор Зейц в парадном мундире.

Учитель Барни пришел под руку с Лисси Ойген. За ними, кисло поджав губы, тащилась ее мать. Она не одобряла нового увлечения дочери, а вот Ирис за Лисси порадовалась. Особенно ей понравилось то, что когда Арман принял у нее пальто, Лисси ему даже не улыбнулась, лишь вежливо кивнула.

Доктор Морган явился в числе последних. Ирис не сдержала легкой дрожи, когда пожимала его руку. Было стыдно смотреть в его добрые глаза, спрятанные под стеклами очков, и выслушивать его бесхитростные комплименты.

Потому что доктор был ее подозреваемым номер один. Он не появился в «Черном дубе» накануне, так как, по его словам, ездил в Шваленберг во врачебное управление. У Ирис не вышло расспросить его о цирковом прошлом. Никаких подтверждений или опровержений своей гипотезе она не получила.

Что ж, остается надеяться, что представление все расставит по своим местам и заставит преступника выдать себя. Но вдруг и правда злодеем окажется доктор? Понимающий, немного рассеянный, надежный?

Увы, Ирис слишком хорошо знала, что чужая душа и мотивы – потемки. И что добрые глаза вовсе не зеркало доброй души. В последние недели она училась доверять людям и видеть в них лучшее. Так не хотелось отказываться от своих иллюзий…

– Дорогая, мы больше никого не ждем, – тетя Грета деликатно коснулась ее руки. – Пора присоединиться к гостям.

Ирис отправилась в малый салон, где перед представлением для зрителей открыли буфет.

Арман сделал все по высшему разряду. У стен расставил столики с легкими закусками. Гостям предложили канапе с семгой, оливки, тосты с паштетами, пирожные. В углу солидно поблескивала серебром чаша для горячего вина со специями. Арман наполнял бокалы и почтительно подавал желающим.

Желающих было много. Особенно усердствовал майор Зейц. Немало разочарованный тем, что крепких напитков в этот раз не подавали. Все намеки майора на старый добрый шнапс дворецкий вежливо игнорировал.