Босс с причудами (СИ) - Корсарова Варвара - Страница 5

Но столы уставлены такими аппетитными вещами, что я забываю о своих претензиях к вкусу дизайнера.

Чего тут только нет! Квадратные тарелки с канапе. Закуски на шпажках. Мини-сэндвичи, брускетты, крохотные, на один укус, бургеры. Лосось, буженинна, сыры, мидии! Тарталетки — котлетки — креветки!

Ох, святая диета, прости меня, отступницу…

Осторожно проталкиваясь сквозь толпу оголодавших бизнесменов, подхожу к столу. Бизнесмены не теряются: накладывают себе всего и помногу, как будто их дома не кормят.

Меня мучит жажда, поэтому первым делом добываю бокал с трехслойным напитком: розовый, голубой и лимонный слои плавно переходят друг в друга, сверху — тонкие, почти прозрачные ломтики фруктов! Выглядит сказочно.

На тарелку выкладываю тарталетку с крабами, отхожу в сторонку, закрываю глаза и нюхаю коктейль. Надо знать, что я собираюсь пить. Мало ли что туда намешали для бизнесменов.

Аромат отличный — свежий, цитрусово-клубничный.

И только примериваюсь сделать первый глоток, как меня толкают под локоть.

— Осторожнее! — охаю я. Но часть напитка уже на моем платье, часть — на полу.

— Виноват, — бросает сочный баритон. Поднимаю голову: меня ослепляет небрежная белозубая улыбка в обрамлении черной пиратской бородки и усов.

У обладателя бородки худое, как у идальго, лицо, блестящие черные глаза и брови с выразительным изломом.

Образ мелькнул и пропал.

Через секунду я вижу его спину в синем пиджаке. Он как ни в чем не бывало подходит к столу и начинает изучать тарелки.

Вот скотина! Из-за него я испортила платье, заляпала пол, лишилась коктейля, и вместо покаянного извинения с расшаркиванием получила лишь небрежное «Виноват»!

Хуже всего: прямо передо мной на полу липкая лужа, посреди лужи — долька киви и долька апельсина. Беспорядок никто не спешит убирать, официантов поблизости нет.

На моем платье — мокрое пятно. Проходящие мимо бизнесмены и миллионеры брезгливо смотрят на лужу и, с той же брезгливой миной, — на меня.

А бородатый набирает себе спокойненько еду в тарелку и в ус не дует.

Хоть бы салфетку предложил, сопроводил в дамскую комнату!

Но ему плевать на меня и мою беду!

Пока ошеломленно прикидываю, куда поставить стакан и блюдце, чтобы метнуться в туалет, бородатый поворачивается и смотрит сквозь меня.

В руке у него тарелка, на ней сэндвич и гора салатных листьев.

У тут в кармане у типа звонит телефон. Грозный и тревожный саундтрек из «Пиратов Карибского моря».

Телефон надрывается, бородатый стремительно шагает вперед, копаясь во внутреннем кармане пиджака.

Лужи он не видит — смотреть под ноги ниже его достоинства.

И через миг я получаю возмездие!

Дорогой ботинок наступает на дольку киви. Долька смачно хлюпает, ботинок едет вперед.

Бородатый теряет равновесие. Пытается удержаться, но наступает на дольку апельсина и опять поскальзывается.

Нелепо взмахивает руками — сэндвич с тарелки летит вверх. Бородатый наклоняется в позе фигуриста, исполняющего ласточку — правая нога вперед, левая задрана к потолку, корпус вниз, руки в стороны, в правой тарелка, в левой телефон!

На льду, в свете прожекторов да под аплодисменты было бы зрелищно. Но вместо аплодисментов вокруг раздаются испуганные вскрики.

А бизнесмен изворачивается, как уж, меняет вектор и шлепается спиной на пол.

Телефон подлетает к моим ногам, сэндвич летит на пол, гремит тарелка.

— Оп-па! Вот так фокус! — восклицает бородатый изумленно.

Больше он к этому ничего не прибавил, ни одного короткого, но выразительного слова. Интеллигент, что ли?

Отдышавшись и сев, бизнесмен все же роняет досадливо:

— Да твою ж…

Но не продолжает. А зачем? И так все понятно.

Отряхивает мокрые пальцы. Через секунду, когда жидкость просочилась сквозь брюки, на его лице отражается ужасное понимание.

— Какой идиот устроил тут лужу! — чеканит он.

Подлетает испуганный официант, хочет помочь ему встать, но бородатый и сам справляется. Вскакивает легко, трогает себя рукой за спину, страдальчески морщится, озирается в поисках телефона.

Его глаза останавливаются на мне и бокале в моей руке

— Это вы тут насвинячили? — интересуется он с убийственной вежливостью.

Я чуть не задохнулась от гнева.

— С вашей помощью, — отвечаю любезно. — Вы толкнули меня под локоть, вот все и пролилось.

— Я толкнул?! Когда?!

Вот скотина! Он тут же забыл инцидент! Не заметил, что натворил! Не заметил меня, в моем красном платье, несчастную и пострадавшую!

— Вы! — бросаю в худую бородатую физиономию. — Вы пролили мой напиток, и сами в лужу упали. Так вам и надо.

Гневно дергаю плечами, мой палантин сползает и падает к ногам. Опять в лужу! Теперь и палантину кранты.

А бородатый, который секунду назад скалился на меня довольно сердито, вдруг застывает. Его глаза сужаются, губы складываются в едва заметную усмешку. И он смотрит на меня так, как будто вместе с палантином с меня свалилось платье и я стою перед ним нагишом.

— Забавная ситуация, — вдруг выдает он. Наклоняется, поднимает замолчавший телефон и мой палантин. Телефон сует в карман, а палантин набрасывает мне на плечи.

— Вы идиот? — взрываюсь я, потому что на палантине появились мерзкие розовые пятна, а с бахромы капает.

— Виноват, — спокойно повторяет бородатый и забирает палантин. — Нет, я не идиот. Люди считают меня дьявольски умным и хитрым. Вот, уже нашел решение. Хотите, отвезу вас в химчистку после мероприятия? Мне туда тоже понадобится.

Догадываюсь, что такие же пятна у него сейчас на пиджаке и на штанах.

Чувствую, как на нас смотрят и посмеиваются. Хорошо, что на телефоны никто не снимает. Сценка вышла что надо, кучу лайков бы собрала на ютубе.

Но бизнесмены таким не увлекаются. И на том спасибо.

К счастью, зрителей нашего с бородатым позора оказалось немного. Фуршетный зал почти опустел, все разбрелись по своим бизнесменским делам, слушать доклады, вести переговоры и играть в бизнес-квесты.

Только официанты суетятся, убирают безобразие и бормочут извинения. Чтоб им раньше появиться!

— После мероприятия! А теперь что прикажете делать? Щеголять в мокром?

— По сравнению со мной вы не так уж сильно пострадали. Подумаешь, пятно на платье. Совсем небольшое. Что вы так переживаете?

— Вот не надо обесценивать мои страдания, пожалуйста!

Все, он мне надоел. Сердито сую бокал и тарелку в руки официанту, вырываю палантин из рук бородатого и спешу в туалет — отмываться.

Чувствую себя отвратительно липкой и сырой. Но, оказавшись в ослепительно-зеркальном туалете, убеждаюсь: ущерб и правда невелик.

Щедро плескаю на корсаж водой, отчаянно тру. Платье сшито из дорогого, плотного материала, и он оправдывает свою цену: следы от коктейля отмылись, как миленькие. Но теперь у меня на груди мокрое пятно. Изогнувшись луком, подставляю грудь под сушилку и нажимаю кнопку.

Сушилка оказалась мощной, меня чуть не сдуло с места. Но через минуту нужный результат получен: теперь на платье расплывается лишь едва заметное пятно.

C палантином дела обстоят хуже, но не смертельно. По ткани разбросаны бледные золотые цветы, теперь они обзавелись розовыми пятнами, но их можно списать на прихоть дизайнера.

Бородатому наверняка пришлось хуже. Он повалялся в луже спиной. Представляю, на что сейчас похож его дорогой костюм.

Ничего, новый купит. Видно, что денег у него куры не клюют.

В туалет залетает Кристина.

— Что случилось? — пищит она.

— Ерунда, коктейльный апокалипсис. Я уже отмылась.

— Пойдем скорей, там сейчас презентации начинаются, мне надо слушать, а потом представить шефу тезисы!

В зал мы заходим последними и пробираемся между заполненными рядами на свои места. Бизнесмены неохотно поджимают ноги, на пару-тройку конечностей я все же наступила. Шпилькой. Вслед мне летит ойканье, на которое я раскаянно бормочу: «Простите! Извините!»