Королева френдзоны (СИ) - Корсарова Варвара - Страница 22

– Ишь какая боевая! – восхитился шофер.

– Шеф, тут останови, у второго подъезда, – скомандовал Федор и обратился к Тине: – Ты ее к себе привезла?

– Пусть у меня переночует. Я за ней присмотрю. Диана, выходим! Приехали!

Диана невнятно возражала, рвалась выбраться из салона, забыв расстегнуть ремень. Тина одна бы не справилась с подругой, но Федор без лишних слов взял на себя доставку буйной женщины домой.

Задача была непростой. На улице, глотнув свежего воздуха, Диана развеселилась. Она упорно разворачивалась и шла прочь от подъезда, утверждая, что сейчас пора прогуляться, потому что время детское и все веселье впереди. 

Федор и Тина хватали ее за руки и тащили назад, а Диана задорно распевала «Вместе весело шагать по просторам!» и требовала подпевать.

– Сколько в ней энергии! – добродушно удивлялся Федор. – Но надо ж так уплыть от дорогого вина. Не иначе сомелье Лаврентий его бодяжит.

Тина тосковала и скрипела зубами. На Диану она не злилась, хоть и не ожидала от нее такой подставы. Федор отлично помогал с ней управиться, но если бы в помощниках был Глеб… ей было бы проще. 

Все-таки Федор – чужой человек. Свалился как снег на голову, и за короткое время знакомства успел увязнуть в их девичьих проблемах по горло, видел ее и Диану в разных нелепых ситуациях... 

Как тут сохранить лицо и невозмутимость! Пусть только он поднимет Диану к ней в квартиру, она его сразу выпроводит! Скажет спасибо за все и отправит восвояси.

Пусть едет к себе домой, к дочери. Интересно... Глеб зашел к Ульяне в гости? Возможно… Наверное, Федор будет недоволен, если застанет его там. А вдруг Ульяна с Глебом уже не только телевизор смотрят?

Но это уже не мое дело, одернула себя Тина, лишь на секунду испытав боль. Пусть сами разбираются… А мне бы Диану в себя привести!

Наконец, Диану удалось втолкнуть в подъезд. Тут она притихла, смирилась, начала зевать. По ступенькам шла медленно, навалившись на плечо Федора.

– Федя, ты классный, – говорила она монотонно. – Вот реально, классный. Но Тине не подходишь. Нет-нет. Даже не думай. Ей нужен щедрый, изобретательный и смелый, и далее по списку. Но главное – романтик! А ты, Федя, хоть и ловкач, и танцуешь как наскипидаренный, но не романтик, нет.

– Почему это не романтик? – обиделся Федор. – Я романтик.

– Может и романтик, да не такой. Ты приземленный романтик. Своего не упустишь... А Тине нужны… алые паруса, миллион алых роз, страстные слова, белый конь… белый конь обязательно! Чтобы Тина забыла этого… друга своего разлюбезного...

– Кого забыла? – заинтересовался Федор, помогая ей преодолеть ступеньку.

– Диана! – зловещим голосом прошипела Тина.

– Молчу! – Диана приложила палец к губам. –А еще Тина не будет печь тебе пироги. Ни за что! Она свободная женщина и не пойдет в кухонное рабство. Тебе нужна совсем другая жена. Ищи себе хозяюшку... Как вы, мужики, любите… Ты перекати-поле, решил, значит,  осесть у уютного семейного очага, и чтоб тебя облизывали и слушали твою трепотню, в рот заглядывали...

– Да-да. Ага. Буду искать хозяюшку, чтоб в рот заглядывала. Тина, это твоя квартира? Открывай.

Тина достала ключ трясущимися руками. Господи, как же она устала за день! Как назло, ключ застрял в скважине. Тина пыхтела, налегала на него, сломала ноготь но ничего не добилась.

– Постой, дай я …

Федор аккуратно прислонил уставшую от болтовни Диану к перилам и накрыл ладонью Тинину руку с ключом. Сжал пальцы – Тина почувствовала жесткую кожу на его ладони – пошевелил ключом и повернул. Замок поддался сразу, как будто Федор знал заклинание «Сезам, откройся».

– Диана, заходи! – позвала Тина, выдергивая руку из ладони Федора. А тот еще и придержал ее немного. Нашел время заигрывать!

Диана не ответила.

– Уснула! – удивился Федор. – В такой позе!

Оказалось, Диана, устав ждать, села на лестницу и прислонилась к перилам. Ее голова попала ровнехонько между столбиков и провалилась.

Тина потянула ее за плечи, но с Дианиной головой произошло то же несчастье, что и с ключом. Голова застряла. У Дианы были слегка оттопыренные уши (которые она считала пикантными), и теперь, вопреки всем законам физики, они почему-то никак не пролезали обратно. Да еще пышные рыжие пряди зацепились за шурупы.

– Чтоб тебя! – простонала Тина. Она осторожно вертела голову подруги, стараясь не поранить ее. Федор спустился по пролету и стал помогать с тыла. 

– Главное, не снять с нее скальп, – предупредил он хладнокровно. – Тяни, тяни! Так, осторожненько!

Кое-как Диану удалось освободить, поднять, завести в квартиру и уложить в кровать в Тининой спальне. Диана приоткрыла глаза и пробормотала:

– Прости, подруга. Я тебя подвела. Что-то меня развезло…

– Утром поговорим, – сурово оборвала ее Тина.

Она сняла с подруги сапожки, дала ей таблетку, напоила водой и уложила спать.

А когда вышла в гостиную, удивилась, обнаружив, что Федор еще не ушел, и расхаживает по комнате с видом полководца, осматривающего захваченный город.

21

Прищурившись, он изучал фотографии в рамочках, Тинину коллекцию стеклянных фигурок на полочке, книги в шкафу. 

Хорошо хоть руками ничего не трогал. Руки он держал сложенными за спиной, грудь вперед колесом.

– Вязанием увлекаешься? – он мотнул бородкой на забытый на диване клубок с воткнутыми спицами. – Надо же, по тебе и не скажешь. Что вяжешь? Кофточки, шарфы? А носки связать можешь?

– Это тетя Ксения заходила, она оставила, – быстро нашлась Тина. – Федор, уже поздно, и…

«Тебе пора домой», проглотила она остаток фразы, потому что в этот момент Федор уселся на диван, вальяжно положив руку на спинку и закинув ногу на ногу.

В комнате было темно, горел лишь небольшой светильник над столом, и от интимности обстановки Тина почувствовала легкую тревогу.

Федор явно не думал, что хозяйка готовится его спровадить. Он расположился надолго. 

Зачем он остался? Рассчитывает на продолжение вечера тет-а-тет? И на пылкое выражение благодарности за все оказанные услуги? Смотрит он как-то… со значением.

– Уснула Диана? – спросил он светским тоном. 

– Уснула. Федор, послушай…

– Я бы не отказался от чашки чая. Найдется?

«Нет», – отрезала бы стервозная и уверенная в себе девушка, разбивательница сердец, думающая только о себе и своем комфорте. «Прости, уже поздно, я устала. Спасибо и всего хорошего»,– закончила бы она. 

Тина вздохнула.

– Зеленый или черный? Молоко, сахар?

– Черный, одну ложку сахара.

Тина ушла на кухню и взялась готовить чай. Рука сама потянулась к дорогому индийскому, который нужно было долго заваривать в специальном чайнике с толстыми стенками, и сверху для тепла сажать матерчатую бабу-грелку, которую Тина сшила еще в школе. Но Тина подавила инстинкт и распечатала пачку с бумажными пакетиками.  Опустила пакетик в кипяток, прислушиваясь к звукам в квартире. 

Федор сидел тихо, шелестел страницами журнала, который взял на столике.

Тина начала выставлять на поднос чашку, блюдце, сахарницу, насыпала печенья в тарелочку, подумала, не нарезать ли бутербродов с ветчиной и сыром… но вовремя опомнилась.

Нет уж. Больше она не будет искать путей к сердцу мужчины через желудок, пищевод и прочие обходные физиологические тропы. И вообще: зачем ей сердце Федора? Совершенно незачем.

– Вот твой чай, – она поставила на столик чашку. Поднос и прочие атрибуты хорошей хозяйки остались на кухне.

– Спасибо, – поблагодарил Федор, принимая чашку. – А ты не будешь за компанию?

– Не хочется. Извини, схожу переодеться, замерзла, – сказала Тина, потому что Федор, не таясь, рассматривал ее голые плечи и колени.

В спальне, стараясь не потревожить посапывающую Диану, Тина с облегчением сняла платье и надела домашние брюки и блузку. Дома она тоже любила быть элегантной, выцветших халатов или застиранных футболок отродясь не носила.