Тайный враг (СИ) - Скрипун Дед - Страница 37

Тот, второй, подошел к молодым, положил свои ладони им на головы, и пропел гимн. Красиво получилось, громко и торжественно, правда бог любви невнятно слова произносил, окончания сглатывал, потому Федогран текст не запомнил. Когда же Эрот руки убрал, то на их месте короны оказались, два переливающихся молниями символа семейного счастья. Зевс тут же и свой подарок добавил. Коснулся пальцем сверкающих головных уборов, и на том месте, куда его ухоженный ноготь указал, образовалось два бриллианта — символа власти.

Теперь в Белоснежном городе появился истинный правитель. Честный и справедливый Тессий, правда кто там на самом деле управлять будет, он или жена, вопрос интересный, но нам этого уже никогда не узнать, так как четверка друзей быстренько погрузилась на корабль, и Арго вышел в море, не дожидаясь окончания бушующего, свадебного пира.

Зачем греки так переврали свою историю, непонятно. Для чего сватовство Тессия к Ариадне, именно Тессия, а не Ясона, как записано в мифах, превратили в поход за «Золотым руном», которое на поверку оказалось не бараньей шкурой, а божественным артефактом.

Пьяницу минотавра гордые эллины, зачем-то убили в своих легендах. Чем им этот человек-бык не угодил. Добрейший оказался зверь.

Зачем-то вырезали из команды аргонавтов Одиссея? Как без него? Он ведь штурман на корабле, а вот Геракла наоборот втиснули в ряды банды искателей приключений, хотя он в это время чистил Авгиевы конюшни, и неплохо себя чувствовал в качестве конюха.

Одни вопросы. Хотя приукрашать действительность, заложено самой природой в человека. Все народы, существующие на нашем голубом шарике, грешат этим превознося себя и коверкая реальность.

Но я отвлекся.

Арго был великолепным, большим кораблем, в реалиях того времени конечно. По современным понятиям, он был по размерам что-то вроде прогулочной яхты олигарха-хвастуна, пытающегося выставить напоказ свое богатство. Команда его состояла из шести обожженных солнцем авантюристов:

Ясон — здоровенный голубоглазый, кучерявый как барашек, детина, поражающий своим ростом, трубным голосом и силой. Непререкаемый авторитет в команде, истинный капитан.

Одиссей, в противовес ему, небольшого роста, гибкий и плавный в движениях, как ртуть, длинноволосый брюнет, с выражением ироничного ума в карих глазах. Его роль штурмана, чувствовавшего море, и находящегося под покровительством самого Нептуна, переоценить сложно.

Орфей. Блондинистый, голубоглазый молодой парень, ровесник нашего героя, с виду тростиночка, которую переломит ветер. Весьма ложное представление, Федогран видел, как тот согнул между пальцев стальной гвоздь, когда о чем-то задумался. Юноша с голосом, которому позавидовал бы сам Лучиано, а услышав, как он играет на арфе, Паганини от зависти повесился. Кстати корабль, на котором находились друзья, это его заслуга. Богиня Афродита, впечатленная талантом, подарила юноше Арго, вложив в него всю свою любовь, к молодому кумиру, а вместе с ним и его друзьям, искателям приключений, ставшим после этого командой искателей приключений.

Два брата-крепыша, низеньких, как гномы из скандинавских сказок, заросшие по самые брови рыжими бородами и лысые как теннисные мячики — Кастор и Попидевк. Две противоположности, первый неисправимый болтун, влезающий во все авантюры, какие только существуют, второй — осторожный рассудительный молчун, вытаскивающий брата из неприятностей, в которые тот умудрялся вляпаться.

Ну и последний из шестерки — прорицатель. Высокий седой старик, с заплетенной в косу бородой и серебряной серьгой-кольцом в ухе. Мопс, вечно стоящий мраморной статуей на носу корабля, морщащийся от дум, и смотрящий куда-то в даль, высматривая, в тонких, доступных только ему материях, неприятности.

Вот в такую команду попали наши герои. Приняли их добродушно. Тессий представил, рассказал о постигших неприятностях, о героических свершениях, и получил полное, горячо поддержанное всеми аргонавтами согласие помочь. От предложенной платы, положенной новым басилевсом за службу, аргонавты наотрез отказались, и даже обиделись. Для них приключения были смыслом жизни, и получать плату за свои же удовольствия, они посчитали бесчестным. Удивительные люди.

Время потекло нудно-медленно. Впереди путеводная светящаяся дорожка нити Ариадны, от ускакавшего по воде куда-то вперед клубка, показывающая путь. Слева просторы бескрайнего моря, вздыхающего огромными ленивыми волнами, а справа бесконечный, безлюдный берег.

Вечером приставали в какой-нибудь бухточке. Готовили ужин, завтрак и обед одновременно, спали, и с утра, перекусив заготовленными с вечера продуктами, отправлялись дальше. Обедали снова в море, не приставая к берегу. Единственное развлечение, это весла. Когда ветер становился не попутным, вся команда бралась за них и гребла, двигая судно вперед к намеченной цели.

Не обошлось и без казусов. Минотавр сломал одно из орудий труда гребцов, как только ему его доверили, а также, едва не перевернул корабль, слишком рьяно взявшись за дело. Получил за это выговор от Ясона, послушно выслушав отповедь о своей тупости от разъяренного капитана, потупив глаза в палубу, он в дальнейшем, в паре с Бером, стал одним из лучших гребцов в команде.

На шестой день путешествия подошли к знаменитым чудовищам Сицилле и Харибде. Вранье. Ничего они, ни какие не чудовища, просто скалы, правда жуткие на вид, единственное, что тут было опасно, это очень сильное течение и узкий пролив. Одиссей сказал, что можно обойти вокруг, это безопасно, но тогда они потеряют три дня. Нить, как на зло указывала именно путь между скал. Друзья побоялись упустить еле заметный след на воде, и поэтому, дружно решили рискнуть.

Поболтало их знатно. Шли ближе к Сицилле, там вроде течение потише, но и этого им хватило, чтобы пощекотать нервы. Соленные от морской воды и пота, они гребли все, кроме Одиссея, стоявшего на руле и Мопса, застывшего на носу, молившегося и певшего гимны Посейдону.

— Бог преблагой,

О Посейдон с золотым трезубцем. — Завывал прорицатель, вознеся руки к небу.

— Раз! — Ревел Одиссей.

— Влагообильный земледержец! Вкруг тебя ведя хоровод. Жабрами плещут плавучие твари. А плавники тугие возносят. — Завывал Мопс срывающимся в истерике голосом.

— Два. — Перебивал его штурман, наваливаясь вздувшимися узлами мышц, на вибрирующий под напорами волн руль.

И так до бесконечности долго. До разрыва скрученных в спазмах мышц, до хрипа в задыхающихся морским ветром воздуха легких, до жгучего пота в красных от натуги глазах.

Неизвестно, что помогло, молитва морскому богу и его покровительство, или опытность Одиссея, но они проскочили узкое место и вышли на спокойную воду, где и решили отдыхать целый день. Вот тут-то и состоялся тот разговор, в котором Бер и Вул рассказали о своих приключениях друзьям, в то время как остальная команда завалилась спать, восполняя потраченные в схватке со стихией силы.

— Кашки говоришь. Может лучше ушицы. Смотри какой косяк рыбы сюда идет, море кипит… — Шишок привстал на плече Федограна и приложил ладонь к бровям, как заправский моряк. — Ни разу в жизни такого еще не видел.

— Да. Впечатляет. Только что-то на рыбу это не похоже. Та играет, из воды выпрыгивает, а эта какая-то неправильная — Пожал плечами Бер.

И тут неожиданно громко, с паническими нотками в голосе, заорал проснувшийся Ясон.

— Хватайте весла! Быстрее!!! Она сейчас будет здесь! Нужно успеть к берегу, пока не поздно! Навались братья!

Никто не стал разбираться, что там такое увидел капитан, слишком уж вид его был страшен, что бы начать в такой момент задавать вопросы. Море вскипело за кормой Арго бурунами пенного кильватера, и всплесками бьющих о воду весел. Даже никогда не утруждающий своих рук грязной работай Мопс, и тот присоединился к остальным.

— Как же я так? — Бормотал он, поднимая весло. — Проспал. — Качая седой головой, старик опускал его с силой в воду. — Помогите нам боги.

— Навались! — Ревел Ясон. — Быстрее братья! Она уже рядом!