Наследница мага смерти. Лорд Хаоса (СИ) - Сотер Таис - Страница 46

Развязка должна была быть скорой, и скорее всего, весьма неприятной – когда ругаются боевые маги, редко всё заканчивается мирно. До дуэли конечно не дойдет, но и без силовых методов едва ли обойдемся – всё к тому и шло. Но конфликт разрешился сам собой, когда нам пришлось столкнуться с внешним врагом – бушующей стихией.

Как сказали нам степняки, до границы мы должны были добраться к середине третьего дня, а значит, нам оставалось не более двух ночёвок на территории Великих Степей. Хотя степями местный ландшафт было назвать уже сложно – поверхность земли перестала быть уныло плоской, сменившись столь милыми взгляду тайранцев холмами. Правда я, выросшая на северо-западе, была больше привычна к чуть более цивилизованному пейзажу, но мысль о том, что я вот-вот окажусь на родной земле, делала меня почти благодушной. Ключевое здесь слово "почти" – я совсем не была уверена, что возвращение домой будет столь уж радостным. Я возвращалась не победительницей, а побежденной, потерявшей драгоценную дочь дома Майстеров лишь только потому, что с головой увязла в собственных проблемах.

Как бы то ни было, пока мы всё еще находились на территории Степей, так что все проблемы с моей семьей откладывались еще на некоторое время, уступив место более насущному вопросу – где нам стоило переночевать.

– Здесь неподалёку, чуть западнее от нашего пути, есть скалистая гряда. Есть смысл остановиться на ночь там, – переговорив со степняками, сообщил нам Бергель.

– А что, разве в этих землях опасно? – спросила я. – Я бы предпочла не соваться в горы без лишней необходимости.

Гор я не то что боялась, просто знала, насколько они могут быть коварны и непредсказуемы. И хотя здесь явно не могло быть таких оползней и обвалов, как в салдорских ущельях, но мы могли столкнуться с другой проблемой – такие места нередко становились прибежищем не только утомленным спутникам, но и всяческим бандитам.

– Это не то, чтобы горы – просто скалистый массив. Если бы здесь жили тайранцы, давно бы его растащили на строительство домов, а так этот кусок камня, пусть и очень большой. Но там есть пещеры, где мы можем переночевать.

– Ночи с каждым днём всё теплее и теплее, мне даже стало нравиться засыпать под звёздным небом. Для чего нам менять свой путь? Так мы лишь потеряем несколько часов. – спросила Уна недоуменно.

– Надвигается талсуанская буря. Я уже с утра чувствовал, что с погодой что-то не так, и степняки подтвердили мои опасения. Они же и предложили укрыться в пещерах.

– С этого и стоило начинать.

Весенние бури Талсу – событие редкое, но весьма неприятное. Недаром степняки редко весной наведываются в эти земли, а тайранцы, живущие неподалёку – все как один имеют в своих домах крепкие подвалы. Я с тревогой взглянула на небо – а оно действительно начало темнеть.

– Сколько у нас времени?

– Достаточно, чтобы добраться до скал, и даже с запасом. Можно не торопиться, тем более что в худшем варианте событий мы на эти скалы еще насмотримся.

– А что, они так долго длятся, эти талсуанские бури? – с тревогой спросил Эрик, но Бергель не соизволил ответить. Вместо него ответила я.

– Я слышала, что самые сильные весенние бури длятся до трёх-четырёх дней. Надеюсь, эта буря не из таковых.

Мысль, что я надолго останусь запертой в маленьком пространстве с этими людьми, приводила меня в ужас.

– Как того захотят боги, – пожал плечами один из наших проводников – лысый и усатый дядька лет пятидесяти. Его напарник, молодой мужчина с ослепительно белой улыбкой, в этот раз лишь хмуро покивал.

Хотя по словам Грима, время у нас было, мы всё заспешили, заставляя лошадей перейти почти на бег, и лишь приблизившись к угрюмым низким скалам, несколько сбавили ход. Я окликнула молодого степняка, с некоторым трудом вспомнив его имя:

– Эсху, а что ты знаешь об этом куске камня?

– О, – оживился он, – старики говорят, что это место священно. Оно находится под покровительством богини Ниаз.

В степных богов, а тем более богинь, я не верила, но о богине Ниаз, которую почитают и некоторые еретики-тайранцы, я слышала. Богиня ветров и бурь. Вовремя же мы её вспомнили.

– Жертвы кровавые ей приносят там что ли? – ухмыльнулась прислушивающаяся к нашему разговору Уна.

– Когда-то приносили, – серьёзно ответил Эсху. – Она ведь и наградить может, и наказать – натравить своих прислужников – демонов талсу.

– В честь которых названы весенние бури?

– Говорят, – почти прошептал степняк, не обращая внимания на наши насмешливые взгляды, – что они появляются иногда в виде белоснежных кошек, посреди бури, чтобы утащить за собой человеческие души.

– Видела я подобных кошек, когда салдорцев по горам гоняла, – фыркнула воительница. – Их там, правда, по-другому называли. Воют по ночам так, как будто они реальные демоны, а размером не намного больше наших домашних охотниц за мышами. Тоже мне, демоны!

– Если стаей нападут – вполне и медведя завалить могут... – возразила я. – А одному солдату в моем отряде одна из таких кошек за пару секунд горло перегрызла. Спрыгнула откуда-то сверху, даже я со своими способностями арэнаи заметить не смогла.

– Негоже о демонах говорить перед бурей то, – недовольно прервал нас усатый степняк, и Эсху, виновато улыбаясь, направил своего коня вперёд.

Начало уже темнеть, когда мы нашли подходящее прибежище на ночь – широкую, и достаточно сухую пещеру, укрытую тяжелым скальным навесам, не позволяющим начавшемуся дождю и холодным ветрам попадать внутрь. Повозки, к сожалению, пришлось оставить снаружи, без особой надежды, что они переживут бурю Талсу, а начавшим беспокоиться лошадям степняки завязали глаза, разместив их в самой глубине пещеры. По моему мнению, глаза можно было завязать не только животным – воронёнок Тари, наслушавшийся степняцких небылиц, вздрагивал от любых шорохов, усиленно прислушиваясь, не раздастся ли где поблизости воя талсу, белых демонов.

– Не беспокойся, обычно хищники избегают связываться с боевыми магами, чувствуют в нас опасных конкурентов. Да и чего тебе боятся – в пустыне Салдора и пострашнее твари водились, – уговаривала я Тари.

– Эсху сказал, что это не простые животные, а демоны.

– Всё может быть, – пожала плечами я. – Но ты же не один, с тобой столько магов, что хватит защитить небольшой город, не только одного суеверного салдорца.

Тари обиженно засопел, и начал усиленно копаться в брошенных неаккуратной кучей вещах. Через несколько минут он вынырнул из них, и сообщил:

– Будем надеяться, что буря не продлиться долго. Хвороста у нас немного, может даже на ночь не хватить.

Я сглотнула, представляя, что могу провести несколько дней в полутьме.

– Придётся использовать магию, – ответил Грим и ободряюще мне подмигнул. После ухода Хеля его отношение ко мне улучшилось, что не скажешь об Уне.

В пещере было темно и неуютно, а от влажности холодного воздуха неприятно ныли кости. Да и еще эти завывания ветра – нет нет, да и подумаешь о белых демонах, тоскливо воющих в ночи.

Я сидела у самого костра, и не заметила, как задремала. Когда я проснулась, все уже разбрелись по своим спальникам – охрану усталый Бергель ставить не стал, пожалев утомленных нас, да и не было в ней нужды. Защитного заклинания, навешанного на вход пещеры, вполне должно было хватить. Я встала, зябко кутаясь в одеяло, наброшенное на плечи, пошуровала веткой в углях, заставляя их вновь затлеть, и кинула оставшийся хворост – понадеявшись, что нам всё же не придётся прибегать к волшебству.

Огонь удовлетворенно затрещал, пожирая дерево, и только тогда я заметила, насколько тихо снаружи. Все звуки, шорох дождя, гул ветра, громовые раскаты, стихли. Неужели буря так быстро пошла на убыль? Я замерла, прислушиваясь, а затем пожав плечами, направилась к лежаку. Даже если бури уже нет, всё равно раньше утра мы не тронемся, а сейчас, судя по моим внутренним часам, было не больше трёх ночи. В сумраке пещеры можно было разглядеть лишь силуэты лежащих на своих местах людей, и это было большим везением, что я заметила, что одного из моих спутников не хватает. Судя по расположению чуть в стороне от всех – это было места Тари. Наверное, вышел по естественным позывам.