Его вторая семья - Гауф Юлия - Страница 18

– При Макаре?

– Вряд ли она специально, – сжалась я. – Но да, при Макаре и Матвее. Подняла мальчишку на руки, стала прорываться мимо Дениса, на меня нападала. Мальчишка трясся у неё на руках, бедный. Денис пытался объяснять Соне что это неправильно, но она как бешеная была. Я думала, она пацанёнка до припадка доведёт. А потом было самое ужасное… ой, лучше не буду рассказывать, не моё это дело.

– Говори! Полина, начала так говори!

– Кажется, Соня внушает Макару что мы с Мотом – зло, – расплакалась я. – Она слышала как я про племянника говорила. Ну, про детдом. Разоралась что мы в её дом пришли, на детей ей плевать было, убежала наверх. А затем я с Денисом поговорила, и… кажется, Полина внушает Макару что я его в детдом хочу сдать, что я плохая, Матвей плохой, Денис, наверное, тоже плохой, одна она хорошая.

Андрей Валерьевич сжал ладони в кулаки, да так сильно что кости захрустели. Кулаки у него как кувалды, выглядит всё это пугающе.

– Но, возможно, всё не так, – воскликнула я. – Или Соня просто сгоряча всё это устроила. Мало ли. Денис пытается умаслить её, но пока безрезультатно. И так это обидно, знаете. Макару плохо, Матвейке тоже плохо: новая страна, папа рядом но всё равно редко. Матвей ведь думал что они будут чаще видеться, ждал встречи с братом, готовился. Вот, думаю, а придет ли хоть кто-нибудь на День Рождения нашего с Денисом малыша?

Губы мои задрожали и я снова расплакалась, только уже не навзрыд, а тихо, почти молча. Андрей Валерьевич пылает гневом, в глазах его жены слезы и сочувствие ко мне.

– Вот же Соня дрянь! Я знал что нельзя сыну на ней жениться. А ты, дура, защищала её: ах, мальчик любит девочку, девочка хорошая, пусть женятся, – выплюнул Андрей Валерьевич свою злость жене. – Хорошая девочка, да? Сына стращает, нас с Денисом мучает, брата против брата настраивает! Мерзавка неблагодарная! Денис её из грязи вытащил, мы к ней со всей душой! Так, Полина, – перевел он взгляд на меня. – Не смей мне рыдать, поняла? Ты адекватной была в отличие от остальных баб в этой семье. Матвея я обижать не позволю, на праздник к нему придут все. И спасибо что про Макара рассказала, я этого так не оставлю.

– Спасибо, Полечка, – всхлипнула Наталья Сергеевна, погладила меня по щеке, забрала опустевшие чашки и пошла мыть их.

– Вы простите что я вас расстроила. Сама на нервах. И не злитесь так на Соню, просто характер у неё такой. Да и я могла всё понять не так, – я поднялась со стула. – Пойду я. Не хочу Соню расстраивать, а то она вам истерику устроит за то что меня впустили. Мы с Матвеем ждем всю семью на праздник.

Я наклонилась, поцеловала будущего свёкра, затем приобняла свекровь и покинула этот дом, испытывая облегчение.

Глава 20

ДЕНИС

Зашел в кабинет следом за Соней.

– Тебя не приглашали, Денис.

– Да пофиг, – отодвинул для нее стул. – Садись. В чем дело?

Посмотрела на Родиона.

Бывший одноклассник расслабленной походкой обошел стол. Уселся на свое место и поворошил бумаги, лежащие на столе.

– Разговор у меня с Соней, не с тобой, – сказал он.

Он сидит, а я стою. И при этом Самсонов умудряется смотреть на меня сверху вниз.

– Соня – моя жена, – напомнил.

– А я слышал, что уже ненадолго, – выдал вдруг он.

Чего, блин?

Покосился на жену.

Соня покраснела. Сжимает сумку, стоящую на коленях, и кусает полные губы.

Я жду объяснений.

– Денис, выйди, пожалуйста, – бросила жена. – Мне надо поговорить с Родионом.

– Так говорите, я же не мешаю, – сложил руки на спинке ее стула и посмотрел на одноклассника.

Черта с два меня из этого кабинета выставят.

Я свою жену с этим козлом не оставлю.

Когда эти двое вообще познакомиться успели?

Ответ я получил почти сразу – Родион развернул по столу бумагу. Заявление Сони об угоне машины.

– У тебя мерс угнали? – наклонился к заявлению. – Вчера? – поразился. – А чего ты молчишь?

– Денис, ты сказал, не будешь мешать? – жена дернула плечом, сбрасывая мою ладонь. – Вот и стой молча.

Поймал насмешливый взгляд Родиона и сунул сжатые кулаки в карманы куртки.

Раньше жена не позволяла себе при посторонних так со мной разговаривать. Наш брак на взаимном уважении строится, если и бывают ссоры – о них никто, кроме нас с Соней, не знает.

А тут какой-то левый Родион сидит и слушает.

Еще и намекает мне, что в курсе наших с женой проблем.

Я это так не оставлю.

Взял другой стул и развернул его спинкой, оседлал.

Не к той женщине Самсонов полез, не к той.

Родион с серьезной миной вещает, что на Сониной тачке сбили пешехода. А я сижу и обтекаю.

Если бы сейчас за ней не поехал – ничего бы не знал.

– Почему ты мне не сказала? – набросился на жену.

– Дэн, давай потом, – она отмахнулась и с напряжением уставилась в разложенные перед ней бумаги. – Ничего не понимаю. Почему вы думаете, что это сделала я?

– Соня была со мной, – тут же отреагировал. Не позволю, чтобы мою женщину обвиняли черт знает в чем.

– Я не говорю, что это ты, Соня, – мягко поправил ее Самсонов. – Но я думаю, что ты могла кому-то оставить ключи. Кому-то знакомому одолжить. Видишь заключение? Машину не вскрывали. Ее ключами открыли.

– Конечно, ее не вскрывали, – жена потерла пальцами виски. – Ключи были в зажигании. Я торопилась и там их оставила.

– Или покрываешь кого-то, – предположил Родион. – Сонь, не злись. Я тебя не допрашиваю. Просто хочу разобраться. Ты могла кому-то одолжить машину, – сказав это, Родион метнул взгляд на меня. – Этот «кто-то», – выделил голосом Самсонов. – Сбил человека. А ты, чтобы защитить его, прилетела сюда писать заявление об угоне.

О-фи-геть.

Он еще и на меня намекает.

На койку больничную захотел, ведь я сейчас не сдержусь.

Одноклассник достал прозрачный пакет и положил перед Соней.

– Тебе знакома эта вещь?

– Так, всё, – поднялся и рывком потянул Соню. – Не разговаривай с ним больше без адвоката.

– Дэн, выйди! – Соня отбросила мою руку. Пальчиками придвинула по столу пакет и нахмурилась. – Так…нет, у меня такого не было.

Машинально посмотрел туда, на вещицу под целлофаном.

И остолбенел.

Очень знакомо.

Мало того, эту вещь я же сам и дарил.

Вот только не Соне.

Вышел из кабинета.

Набрал номер Полины.

– Увидеться надо вечером, – сказал сухо, когда она сняла трубку. – Вопрос к тебе есть. Дома будь в восемь.

Сбросил вызов и прислонился к стене.

Соня, Соня.

То, что она свои проблемы от меня скрыла – это удар под дых.

Да, я в последнее время паршивый муж и у нас разлад, но не всегда же так было.

Было открытие Сониного ресторана два года назад. И счастливое лицо жены. Ключи от входа, которые я ей вручил.

Тогда мы закатили такой праздник, что потом ремонтировали потолок, пробки от шампанского стреляли только так.

Пять лет вместе, и впереди еще вечность, безусловное счастье и любовь.

Тогда я и узнал, что у меня есть другой сын.

Два года назад

– Открытие ресторана, деревянная свадьба – это мощно, ребятки, – сказал Даня и поднял бокал. – Давайте еще столько же. И чтобы на десятилетие были уже с двумя детьми.

– Юбилей у нас с Дэном послезавтра. А дети…Мы с одним-то с ума сходим, – засмеялась Соня. – Представьте, вчера, – жена наклонилась к столу. – Дэн пока тренировался. Макар решил побить его грушу. Так у него теперь все ручки в синяках.

– Спортсмен растет, – одобрил Даня.

– Папа-дурак вырос, – Соня ласково потрепала меня по волосам. – Я второго боксера в семье не переживу. Про взросление Макара со страхом думаю. Пусть только попробует потом выйти на ринг. Если его побьют – у меня будет приступ. Никогда не выпущу его на бои.

– Мама-львица, – подтвердил. Поцеловал жену и достал сотовый из пиджака, бросил взгляд на незнакомый номер. – Алло. Алло, ничего не слышно, – гаркнул в трубку, перекрикивая музыку. – Да, кто это? – повторил, прижимая сотовый к уху. Вдоль стены пробрался по залу.