Кровные узы (СИ) - Романчик Анастасия Владимировна - Страница 191

— Он выпил лишнего и выпал с балкона, — послушно повторила она.

Федя в изумлении открыл рот:

— Так Олег был прав… вы чужак…

— Мы потом об этом поговорим, а пока надо помочь твоему отчиму…

Скорая приехала и увезла пострадавшего вместе с рыдающей Мариной.

— Зачем ты это сделал, Олег? — стоял на улице и плакал Федя, когда машина скорой отъезжала от подъезда его дома. — Я не просил тебя об этом!

— Он тебя бил…

— Ты разве судья⁈ Какое ты имеешь право его судить⁈ Чем ты лучше его⁈ — всхлипнул друг и направился домой.

Олег смотрел ему в спину и не находил слов.

— Я с ним поговорю, — коснулся его макушки Тарален.

После ухода верона, Олег сел на скамейку и смотрел себе под ноги. В этот момент в нос ударил цветочный запах, а когтистая рука протянула ему красный фрукт. Олег машинально взял угощение, продолжая смотреть в одну точку.

Пламенеющий не торопился разговаривать, задумчиво хрустя фруктами. И раз он прилетел, то Олег едва не натворил непоправимой беды.

— Слушай, может, ты все-таки рассмотришь переезд в мой мир? — спросил Пламенеющий, положив мальчику руку на плечо. — Ты после коронации половину человеческого населения можешь грохнуть, а мне это совсем не нравится. На данном этапе развития, люди не готовы к таким опасным существам как мы.

— Я никого сегодня не убил, — вяло укусил красный фрукт Олег.

— Знаю, но мог, и это был бы не один человек. Даже с учетом твоей связи с людьми… твой дар всё-таки действует на некоторых из них. И как бы они тебе не нравились, ты не имеешь права от них избавляться. Ты — верон и принадлежишь веронскому миру, а не людскому, поэтому и порядки свои здесь ты устанавливать не можешь. Люди сами разберутся, что им ближе: свет или тьма. Вероны в своем выборе определились, люди — нет.

— После моего восемнадцатого дня рождения я перееду, а пока дайте пожить с родными…

— В таком случае, мне придется просить Далака, чтобы он блокировал силу высшего порядка, пока ты здесь. Временная мера, но я хотя бы смогу не беспокоиться за людей.

— Я согласен.

Перед тем, как улететь, Пламенеющий обнял его одним из четырех крыльев.

— Ничего страшного, мы все через это проходили.

Олег угрюмо вздохнул.

После инцидента с отчимом Феди, Олег пришел к Евгению и дождался возвращения дяди с работы.

— О, я думал, ты еще гуляешь, — заметил его Евгений, едва вернулся. — Что случилось? Леонидушка что-то тебе сделал?

— Нет, он наоборот помешал мне убить человека.

— Кого ты там замочить хотел? — сел рядом с племянником Евгений.

— Отчима Феди.

— А, этого мудозвона, — поправил очки дядя. — Ну, я бы тоже его замочил, если бы это не каралось законом. Хотя на него и пули жалко.

— И тебя не мучили бы угрызения совести? — посмотрел на него Олег.

— Не. Я ж не какая-нибудь монашка, которая четко следует заповеди «не убий». Я знаю, что он мудозвон, который должен давно в тюряге сидеть. Марина вечно каких-то мудаков подбирает, которые колотят её как грушу.

— Федя сказал, что я не имел права его судить.

— Это он тебе на эмоциях сказал. Остынет, поймет, как легко живется без этого мудозвона. Что ты, кстати, с ним сделал?

— Переломал, как куклу.

— Считай, что по морде дал, — развел руками Евгений. — По морде я тебе разрешаю бить всяких мудозвонов. Когда вырастешь, вообще можешь каждого отправлять в нокаут. Ты главное бабушке не рассказывай, а то она начнет заливать: «насилие плохо, подставь правую щеку». Моя позиция такая: подставь правую щеку и бей левой с вертухи.

Олег засмеялся.

В этот момент свет в квартире заморгал. Дядя проигнорировал, зато у Олега в голове зазвенел тревожный звоночек.

— Бежим! — он схватил Евгения за руку и потащил к выходу.

— Ты чего⁈

Когда начало трясти пространство, они с дядей выбежали на коридор.

— Какого… — вырвалось у Евгения, когда открылась червоточина и красные щупальца утащили его кровать.

— Бежим! — поторопил дядю Олег, выламывая входную дверь.

Они бежали по лестнице вниз, а червоточины продолжали открываться и утаскивать то часть лестницы, то перила, то стену. Олег оттолкнуть дядю, когда прямо перед ним щупальца утащили железную дверь и пару пустых детских колясок.

— Вот они удивятся… — икнул Евгений.

— Дядя Леонид! — заметил Олег бегущего к ним верона.

Тарален не успевал. Червоточины отрезали их от спасения и щупальца все-таки утащили мальчика и его дядю. Как и в прошлый раз с Клавдией Степановной они пронеслись по тоннелю, переполненному чудовищами. Их выплюнуло на землю и немного оглушило от удара.

Евгений рядом застонал и рукой пошарил, прижимая племянника к себе, и только затем с опаской осмотрелся. На его лице отразилось сильное недоумение, словно он ожидал увидеть нечто иное. Поднял очки с треснувшим стеклом и надел их, но выражение лица не изменилось.

— Где это мы? — спросил дядя у Олега. — Разве так должен выглядеть ад? Или у меня персональный ад с райскими кущами и к нам сейчас нагрянут старые монашки с библией?

Мальчик сам терялся в догадках. Красная печать под ногами явно демонического происхождения, но вот окружение…

Цветущий сад, золото, узоры и роскошь, словно они оказались в музее или в гостях у очень богатого коллекционера. Птички пели. И идущий к ним на встречу со сложенными в молитвенном жесте руками демон, облаченный в сверкающие золотом и белым одеждах, не производил впечатления циничного и жестокого зла, а скорее, доброго самаритянина. Белая кожа, белые перья вместо волос, белые крылья, приветливая улыбка на красивом лице, подтянутая спортивная фигура без грамма лишнего жира. Его окружали служители в белом и никаких тварей, никаких монстров. И только Олег видел, что демона выдавало: кромешная тьма внутри и огненные рога.

— О нет, всё-таки прибыли монашки, — прокомментировал их появление Евгений.

— Они не будут читать нам библию… — быстро осматривался Олег.

— Ты думаешь мне от этого легче? Почему у твоей училки вполне себе стандартный был ад, а у меня монахини с райскими кущами?

— Они собираются нас прикончить, а тебя волнует только то, какого вида твой персональный ад? — возмутился Олег.

— Когда нервничают, люди ведут себя неадекватно.

— Я заметил.

— А мы всё-таки в аду! — не унимался Евгений. — Какого адекватного поведения ты от меня хочешь⁈ Я что, каждые выходные сюда проваливаюсь и заказываю джакузи в котле⁈

— Дядя Женя…

— И почему ты выглядишь как демон? — суеверно уставился на племянника дядя.

Олег машинально провел по лбу, обнаруживая небольшие рога, а на руках чёрную чешую, да и за спиной обнаружились крылья как у мирайя, разве что черного цвета. И новые конечности вполне себе были дееспособны.

Тем временем демон приблизился к краю красного рисунка и посмотрел прямо на Олега.

— Вот ты и попался, наглец, — по-доброму улыбнулся он, только в голубых глазах доброты не наблюдалось.

Олег не успел ответить, как сбоку от демона возник Далак в его привычном черном наряде и ошейником шипами наружу. И на контрасте казалось, что именно он тут демон, а не добрый самаритянин.

— Ну, такой ангел мне нравится, — оценил Евгений.

— Дядя, помолчи! — шикнул на него Олег.

Жрецы испуганно закричали и как тараканы разбежались в разные стороны, оставив хозяина одного, а в руках у Далака материализовалась старинная ваза…

— Стой! Ей три сотни лет! — закричал демон.

Ваза упала и разбиралась вдребезги.

— Ты знаешь, зачем я здесь? — в руках у Далака появилась хрустальная статуэтка фалоса.

— Горный хрусталь шесть сотен лет…

Статуэтка полетела на пол, а у демона задергался глаз.

— Ты не имеешь права здесь хозяйничать, Далак! — зарычал рогатый. — Это моя территория!..

На пол полетела еще одна ваза.

— Я не хозяйничаю, — парировал Далак, — я бью твои вещи, за то, что ты вторгся в закрытый мир. Я ненавижу, когда лезут в наши заповедники.