Кровные узы (СИ) - Романчик Анастасия Владимировна - Страница 41

— Когда были живы хранители.

— Вот именно! Глава совета магов настоял на церемонии посвящения наследника только с одной целью. Заменить хранителей миров пламенем наследника агхарой, чтобы почистить ряды от гнили. Но даже не верону понятно, что Амрон не контролирует пламя и может натворить беды. Оно даже цвета другого!

— А какого должно быть? — опешила Мэл.

— Его пламя должно быть бирюзовое под цвет его кольца! Он первый в истории Размараля наследник, которому не подчиняется агхара! Вместе с Дунгрогом погибла династия, Мэл. Сильная могучая династия. Мы уже не те. И наследник у нас не тот.

— Как у вас все запутано, Льяри…

Обе женщины поднялись и уже продолжили диалог за пределами отсека. Амрон в самом мрачном из настроений спустился вниз, взял с полок адаптион и набрал пакетов с едой.

Амрон задержался и призвал синий огонь на ладони. Несколько секунд смотрел на него. Разумеется, пламя ему не подчинялось, так как принадлежало не ему, а истинному наследнику. Как же так получилось, что братьев спутали? Вероны, народный совет и даже магия дворца.

Зажегся свет.

— И для кого мы воруем? — спросила красноволосая веронка по имени Льяри, скрестив руки на груди и недобро сверкая красными глазами.

Амрон медленно повернулся, не зная, что ему делать: бежать или остаться и поговорить. Сбежать от неё просто: она и догонять не будет. Как и все те, кто от него отвернулся…

Не дождавшись ответа, Льяри подошла и отобрала пакеты.

— Для эрдла? Для змеехвоста? Или для человека? — перечислила она.

— А есть разница? — вырвалось у принца.

— Накормишь эрдла или человека едой змеехвоста и у них случиться несварение, так как змеехвосты питаются сырым мясом со специфическими приправами. И адаптион ты не тот взял. Ты взял четвертый, а надо пятый.

Она забрала один и вручил ему другой шприц с инъекцией.

— Почему пятый?

— Раз он тебе вообще потребовался, значит, заражение уже произошло. Четвертый до заражения, пятый — после. Плюс еще ингаляторы с ослабленным божественным дыханием, чтобы залечить поврежденные ткани. И вода с лекарствами для лечения обезвоживания, наверняка, у него поднялась температура. И где твои браслеты?

— Треснули при перелете…

Льяри бесцеремонно защелкнула новые браслеты на его запястьях.

— Так кому нужна еда? — повторила она вопрос.

— Человеку…

— Сколько лет?

Амрон сколько лет не знал, но машинально показал какого Федя роста.

— Ребёнка притащил. Значит, дела обстоят хуже, чем я думала, — закатила глаза Льяри. — Я могу его осмотреть?

Амрон вытянул губы в линию.

— Тебе важна его жизнь? — снова не дождалась ответа веронка. — Или тебе важнее задетая гордость?

— Я не верю вам, — признался Амрон.

Льяри насмешливо хмыкнула.

— Ты явно не в курсе того, что происходит в столице. Все знают, где ты побывал. В замок с визитом собирается очень злой Эл.

— Кто⁈ — едва не выронил пакеты Амрон.

— Да, ты не ослышался. Он от вашего замка камня на камне не оставит за то, что вы устроили в закрытом мире. Там пришлось участок леса выжигать, чтобы избавиться от той заразы, что вы туда притащили.

— Я ничего не устраивал! На нас были браслеты! — закричал Амрон. — Я не настолько глуп!

— Не ты, так кто-то из идиотов Завса постарался. Поэтому лучше проведи меня к мальчику, чтобы на тебя еще не повесили человеческую смерть.

Амрон закрыл глаза и передал невозмутимой Льяри портал.

— Давно таких не выпускают, — прокомментировала веронка и набрала код, а прежде написала записку для коллег.

Когда они появились в зале совещаний, потерявший сознание Федя лежал на полу, а его рука раздулась. Льяри подлетела к нему и вколола адаптион, а затем поднесла его лицо к своему и выдохнула ему в раскрытый рот небольшое бело-серебристое облачко.

— Мы опоздали? — встревожился Амрон, нервно сжимая пакеты.

— Мы вовремя, — она погладила Федю по голове, пока его рука покрывалась белыми линиями и уменьшалась в размере, — но еще бы немного и он бы перешел точку не возврата.

Через небольшую паузу Амрон спросил:

— Вы не расскажите о нём?

— Чтобы мне устроили допрос с пристрастием? — хмыкнула Льяри, заворачивая Федю как куклу в сорванный со стены гобелен. — У меня предостаточно своей работы.

— Спасибо…

— Ты домой собираешься возвращаться или продолжишь прятаться? — спросила она, не поворачиваясь.

— У меня есть выбор? Вы же не можете мне помочь, а сам я не спрячусь.

— Если бы была возможность тебя скрыть от совета магов… мы бы это сделали. Но существо высшего порядка невозможно спрятать. Где бы ты не находился, тебя найдут. Твоя огромная сила является маяком, по которому тебя всегда найдут.

— Но Акрон…

— Акрон не наследник, он слабее тебя. Ему проще скрыться.

— Вы в меня совсем не верите?..

Льяри выдала себя тем, что опустила плечи и поднялась.

— Я подчиню себе агхара, даже если все от меня отвернутся! — заорал Амрон.

— От твоего упрямства никто не выиграет! — в отчаянии закричала она в ответ. — Ты не виноват в том, что не можешь контролировать пламя, но надо отступить для блага всех!

— Уходите, — Амрон не почувствовал как поцарапал зубом губу, а из ранки струйкой потекла кровь.

— Амрон…

— Уходите!

Весь зал воспламенился. Льяри в защитном жесте бросилась к Феде, но он мирно спал прямо в огне и даже улыбался во сне.

— Не понимаю…

— И не поймёте, — проговорил Амрон, открывая для неё портал. — Вам пора.

Перед тем, как войти в открытое окно она произнесла:

— В следующий раз, если возникнут сложности с людьми, можно просто попросить, а не красть. Я не кусаюсь.

— Учту, — сквозь зубы процедил Амрон.

Портал захлопнулся, а принц сел рядом со спящим человеком, глядя в бушующее в пространстве синее пламя.

Глава 20

Давно стемнело, когда застрекотал цветок, оповещая жильцов о визите гостя.

— Льяри, ты кого-то ждешь? — поднял взгляд от книги Тарален и посмотрел в сторону двери. После нелегкого трудового дня ему совершенно не хотелось вставать с нагретого места.

— Нет, — поправила упавшую на лицо красную прядь жена, неохотно отрываясь от рукоделия. — Со мной бы связались дистанционно.

Льяри недавно вернулась со смены не в духе, впервые за полгода взялась за рукоделие к недоумению мужа. Обычно такое бывало, когда умирал кто-то из пациентов. Однако вопросов о работе Тарален никогда ей не задавал, как и она ему.

Тарален со вздохом мученика отправился открывать дверь… Юлиану. Человек мёртвой хваткой вцепился в лиану и боялся её отпустить. Он зажмурился, вздрагивая от каждого порыва ветра.

— Все-таки у тебя есть склонности к суициду, Юлиан, — хмуро заметил верон, беря юношу за шкирку и втягивая его в дом.

Про себя Тарален подумал, что пора обзаводится широким порогом, чтобы нелетающие и не колдующие гости не висели на лианах, рискуя сорваться вниз в ожидании, когда им откроют.

— Привет! — помахал рукой Юлиан Льяри. — Я не помешал вам?

— Чтение мое ты прервал, — недружелюбно отозвался Тарален, — как, в общем, и отдых после трудового дня испортил. Я предпочитаю договариваться о визитах, особенно с теми, с кем знаком недавно. Меня без предупреждения навещало только одно ехидное существо — мой бывший напарник Эл.

— Он, кстати, на него похож, — прокомментировала Льяри с ухмылкой. — Только человек. Даже смотрит также. Мне сейчас кажется, что он скажет: «Я не подчиняюсь твоим глупым правилам, Тар».

За вмешательство она заслужила от супруга крайне недовольный взгляд. Таром его называло ограниченное количество друзей. Юлиан в число близких друзей не входил. Но Льяри, видимо, считала по-другому. Еще бы узнать от кого он адрес выведал…

— Ну, и какой повод приходить ко мне домой? — снова обратился Тарален к Юлиану. — Мы могли встретиться днём возле замка.

— Мне не подходит возле замка, — зябко потер плечи Юлиан, улыбаясь любопытно поглядывающей на него красноглазой Льяри.