Приват (СИ) - Мун Алекса - Страница 16

Мир запретил замазывать татуировку. Утром, когда я притворялась что сплю, он очень долго водил пальцами по лепесткам. Я даже невольно подумала, что она ему понравилась.

После того, когда визажисты закончили «рисовать» мне лицо, подчёркивая макияжем и без того яркую внешность, я потянулась за тональным кремом, чтобы по привычке скрыть ошибку молодости, на которую в обычной жизни, люди кидают странный взгляды. Мир перехватил мою руку и произнёс «Не смей», ставя окончательную точку. Оставляя розу на моем предплечье жить своей жизнью.

Первая попавшаяся дверь открывает вид на какую-то лаунж-зону, где в центре стоит массивный бильярдный стол.

Проведя пальчиками по лакированному дереву я почувствовала какое-то эфемерное спокойствие. Одиночество, сейчас как не зря кстати!

Прежде, я никогда не играла в бильярд. Мимолётный азарт начал подогревать интерес и я решила попробовать себя в этой игре.

Вот прямо сейчас, а почему бы и нет?

Чисто теоретически, я понимаю что нужно делать: склониться над зелёным сукном, разместить кий между пальцами и ударить по шару.

На практике оказалось все намного сложнее: короткое платье подскакивало, оголяя ягодицы; кий никак не ложился между пальцев, а шар — редко долетал до лузы.

— Ты неправильно держишь кий! — позади раздался мужской голос и я резко обернулась машинально отдёргивая платье вниз.

Миран движется в мою сторону, а я выжимаюсь в деревянный бортик. Не дышу, когда мужчина подходит в плотную.

Его руки ложатся на талию и он дёргано разворачивает меня к себе спиной, чуть ли не укладывая животом на бильярдный стол, прижимая тяжестью своего тела.

Чувствую, как мужская рука скользит по спине, заставляя низ живота вспыхивать мелкими искрами.

Останавливается на бедре и несильно сжимает его.

Вот как у него получается так ловко балансировать на грани отвращения и дикого возбуждения?

— Ты не правильно держишь кий! — повторяя, произносит возле уха, щекоча горячим дыханием и я плавлюсь под ним, превращаясь в растекающуюся лужу. Притом, что я ненавижу его и хочу воткнуть этот кий, ему в «одно мягкое место».

— Указательный палец накрывает кий сверху полукольцом. — Вкладывает в мою руку деревянное приспособление и накрывает своей ладонью, второй рукой, опускается к краю платья.

— В таком положении, кий находится в кольце и соприкасается одновременно с тремя пальцами, — пробирается под платье и отодвигает в сторону трусики, касаясь уже мокрых складок. Затрагивает чувствительное место и давит на него, вызывая у меня неконтролируемый всхлип.

Я бы сейчас с радостью не сдерживала себя. Когда он такой нежный, хочется отвечать взаимностью. Хочется захлебываться от этих ощущениях, которые он даёт мне.

— Кто-то зайдёт! — шепчу в надежде, что он услышит меня.

— Большим и средним снизу, указательным с верху. — Продолжает, игнорируя мое предупреждение. Проталкивается в меня одним пальцем, выходит и тут же погружает два, растягивая для себя.

— При правильно поставленном упоре, кий легко перемещается, — вторя своим словам он с легкостью скользит во мне пальцами. Выходит и размазывает влагу по клитору, массируя его круговыми движениями. — Сохраняя точно заданное направление. — Добавляет заключительные слова и, одновременно с тем, как довести меня до оргазма, ударяет кием по шару.

Тот, катится падая прямиком в лузу, в тот момент, когда сладкие судороги пронизывают мое тело.

— Молодец девочка, — прижимается пальцами к складочкам чувствуя как я содрогаюсь внутри. — Быстро учишься!

Мужчина отпускает мою руки и кий, с грохотом падает на пол, а я все также быстро дыша, не могу собраться и отлипнуть от зелёной материи.

Это невыносимо, просто на грани какого-то безумия, где похоть, без стеснения, правит балом. Меня будто раз за разом втаптывают в грязь, при этом, умело манипулируя моим телом, которое явно играет против меня.

Миран «воспользовавшись» мной направляется к двери. Только не понятно, что он хотел этим доказать? То, что я таю от его прикосновений как парафин во время столкновения с огнём? То, что он может подчинять меня эфемерной иллюзией ласки? Или, он хотел доказать мне, что я действительно, самая нестоящая шлюха!?

— Зачем тебе все это? — долетает, когда Мир практически дёргает дверную ручку.

Мужчина оборачивается и возвращается обратно ко мне.

— Что именно? — испытывает прямым взглядом.

— Я! Зачем тебе я? Зачем тебе это все? — в голосе чувствуется легкая истерия.

Мне чертовски это все надоело!

— Ты красивая… — откидывает темные волосы назад, проводя большими пальцами по ключицам.

— Это не ответ!

— Не ответ, — соглашается и ловит мой взгляд, заставляя обжечься «чёрным» пламенем. — Нам с самого детства говорят, что все сладкое должно оставаться на потом. Сначала ты должен съесть невкусный, но очень полезный суп, а после, можно уже и конфету, от которой уже не будет никакого удовольствия. С самого детства нас заведомо учат, что все сладкое будет после того, как ты хорошенько хлебнёшь дерьма. Я в детстве был непослушным и сейчас — ничем не отличаюсь! Предпочитаю брать все самое сладкое здесь и сейчас. В жизни и так полно дерьма! — спускает с плеч платье и покрывает обнаженную кожу мелкими поцелуями. — Теперь я ответил на твой вопрос? — касается поцелуями шеи и кусает скулу, когда я откидываю голову назад. — Не переживай, когда ты мне «приешься», я тебя отпущу.

— Ты сказал что отпустишь меня в понедельник! — падаю словно с неба на землю, без какой-либо страховки. Так можно разбиться.

— Я передумал бебек (малышка). Я сладкоежка, у которого иммунитет от сахарного диабета.

— Что значит переду…

Вспыхиваю за секунду, но договорить мне не удаётся. Дверь распахивается впуская в комнату худощавого шатена.

Хакан кидает в нашу сторону колкие взгляды. Кажется, я совершенно ему не нравлюсь.

— Нерей гиттэн (где ты пропал)? — мужчина разводит руками.

— Би дакика (минуту)! — не отрываясь от меня произносит Мир.

Хакан уходит и Мир подтягивает платье закрывая мои плечи.

— А сейчас будь лапонькой, надень милую улыбку и отыграй роль моей невесты. Да так отыграй, чтобы тебе вручили Оскар.

— Что? — возмущённо фыркаю, это что ещё за номер?

— Завтра по прибытию в Питер я займусь вопросом твоё дочери. Как тебе такой стимул?

— Отличный! — рычу. — Если бы ты не появился в моей жизни, никакой такой стимул не понадобился. Я сейчас проводила вечер со своей дочерью, а ты бы трахал свою настоящую невесту!

— Кира! — одевает непроницаемую маску и я замолкаю.

Вовремя вспоминаю кто предо мной: цивилизованный зверь, что по щелчку пальцев умеет превращаться в неконтролируемого монстра. Он разрушает все на своём пути, чтобы удовлетворить собственный голод.

Молча киваю головой и, поправив платье откидываю назад волосы. Обхожу его и первая выхожу из кабинета, ловя на себе одиночные увлечённые взгляды. Мир равняется со мной через секунду и кладёт свою руку на мою талию, обозначая присутствующим: «кто мой хозяин».

Мне было по-настоящему скучно. Чужая речь, незнакомые лица, а скулы уже начинало сводить от напряжения. Столько улыбаться — невозможно.

Миран ненадолго оставил меня одну и сказал никуда не отходить от бара. Заказал мне коктейль и оставил ждать. Отошёл он недалеко и постоянно был в поле зрения.

— Отвратительное место, скажи?

Родная речь ласкает слух и я не замечаю как поворачиваюсь на звук.

Светловолосый мужчина подошёл к бару и перед ним, тут же, поставили стакан с алкоголем. Подхватив стакан, он всем корпусом развернулся ко мне:

— Ты не местная? — отпил.

— Это так очевидно?

Единственное что было притягательным в этом незнакомце — это звук родной речи, во всем остальном, от него разило опасностью. Прям точная копия энергетического отвращения. Он такой же как и Миран. Даже Хакан мне кажется милее.