Демоны ледяных гор-Тайны рода. Компиляция. Книги 1-14 (СИ) - Кун Антон - Страница 415

Созданный алым сиянием фон насыщался. Как бы становился плотным, вязким.

И эта вязкость связала барьер, не позволяя ему распасться.

Так мы и летели сначала через лес, потом, через поле. А вокруг нас стоял вой.

— Давайте, родимые! Не подведите! — кричал Кузьма, нахлёстывая лошадей.

Но те и так старались из последних сил.

И когда мы проскочили через большой барьер, вой позади возрос до наивысшей точки. Армия волколаков и лютых мертвецов остановилась на границе. Думаю, им очень не понравилось то, что мы ускользнули.

Интересно, на большой барьер они прыгать не стали. Почему ж тогда на маленький прыгали? Странные какие-то. Или у них в головах заранее прописано чего следует бояться? И маленьких передвижных барьеров в этом списке нет?

А потом, выждав немного, твари потянулись обратно в сторону леса.

Я продолжал держать красный камень над головой, когда мы подъехали к усадьбе.

Думаю, мы больше походили на красный светящийся шар. Точнее, половину шара. И появлением своим перепугали домашних.

Дома никто не спал, все ждали нас несмотря на позднее время. И очень обрадовались, что мы вернулись целыми и невредимыми.

Оказалось, что Марта очнулась в дороге и остаток пути с ужасом смотрела на происходящее.

Я, занятый прокачкой ци, даже не заметил этого.

Мы помогли девушке зайти в дом и вокруг неё тут же засуетились Матрёна и Прасковья.

А Глеб с Данилой отвели меня в сторону.

— Спасибо тебе за сестру! — сказал Глеб.

— Не благодари, — ответил я. — Некоторые поступки мужчина должен совершить даже если это опасно или невозможно.

— А у нас для тебя подарок, — со злой усмешкой сказал Данила.

Я в первый раз видел друга в таком состоянии.

— Что за подарок? — спросил я.

— Тебе понравится, — сказал Глеб.

И на его лице появилась такая же злая ухмылка.

Глава 28

— Показывайте! — сказал я друзьям.

И они повели меня во флигель. Не тот, который вёл в баню, а в другой — с другой стороны здания. Этот коридор вёл в гостевой домик, который был закрыт и сейчас не отапливался. В коридоре, кстати, тоже было прохладно, хотя и не так, как на улице. Но всё равно температура держалась около нуля.

Я шёл и принюхивался к себе — всё-таки первым делом нужно помыться и переодеться. Но решительность, с которой шагали вперёд мои друзья, заставила меня немного отодвинуть столь необходимые мне сейчас водные процедуры.

Когда мы вышли в коридор, я растерялся. Настолько, что даже снизил скорость. А потом и вовсе остановился.

— Ну и как тебе подарочек? — торжествующе спросил Данила.

— Парни, вы лучшие! — восхищённо ответил я.

Потому что в холодном коридоре, спиной друг к другу сидели крепко связанные два языка.

То, что оба они имеют прямое отношение к напавшим на нас, говорила форма — на них была та же самая форма, что и на тех, с кем мы вот только приняли бой, в котором пострадала Марта.

— И где вы их взяли? — спросил я, с интересом рассматривая испуганных вояк.

— Как вы уехали, мы с Глебом решили сходить на поле боя, осмотреться. Вдруг какая гнида недобитая осталась, — поделился Данила и злобно глянул на пленных.

Отчего те в испуге сжались.

— Ну и обнаружили этих двоих, — добавил Глеб.

— Допрашивали? — спросил я.

— Есть маленько, — смутился Глеб. — Сначала хотели приберечь для тебя, но я не выдержал.

Я кивнул. Понимал его — сестру ранили. Я б на его месте поубивал бы всех. А моему другу хватило выдержки, чтобы сохранить захваченным врагам жизнь — для допроса. Всё-таки учились парни в кадетском училище, так что они просто молодцы! Зачёт по всем статьям!

— Что-то интересное рассказали? — спросил я.

— Есть малёха! — усмехнулся Данила и потёр ладони.

Отчего пленные задёргались и попытались отстранится.

— И что вы узнали? — спросил я, продолжая рассматривать пленных.

Глеб открыл было рот, но Данила остановил товарища.

— Пусть они сами тебе расскажут, так интереснее, — сказал он и усмехнулся.

Глеб тоже усмехнулся и кивнул:

— Ага, пусть сами.

Я снова задумчиво посмотрел на пленных врагов. Мне не терпелось допросить их и выяснить, чего там из них выбили Глеб и Данила.

А то, что именно выбили, сомнений не вызывало — кровоподтёки, сломанные пальцы — было видно, что часть травм они получили явно не на поле боя, где их раскидало и оглушило взрывом.

Но прямо сейчас допрашивать я не хотел. Я понял, что ситуация не горит, и решил сначала всё-таки привести себя в порядок, а то вонь и липкость раздражали. Да и перекусить тоже не мешает.

К тому же, я прекрасно знал, как изматывает ожидание боли, поэтому сказал:

— Отлично! Так и сделаем! Пусть посидят ещё! — и спросил у Данилы: — Не сбегут?

— Не-а! — самодовольно ответил Данила. — Я сам вязал!

И всё-таки я немного сомневался. А потому крикнул:

— Умка, Шилань!

Волки были на кухне и, услышав мой зов, быстро прибежали.

Ужаса в глазах пленных добавилось.

— Охранять! — приказал я.

Демонические волки подошли, обнюхали пленных и легли, не спуская с них глаз.

— Попробуют сбежать, можете сожрать, — разрешил я.

Умка сразу же разулыбался и заметелил по полу хвостом. А Шилань показал свои белые клыки, как бы намекая.

— Отлично! — прокомментировал я и обратился к друзьям: — Идёмте!

— Сейчас не будешь допрашивать? — поинтересовался Данила.

— Помоюсь, поем и тогда, — поделился я своими планами.

— Отличный план! — засмеялся Данила.

Я не узнавал своего друга. Всегда такой спокойный и добродушный, тут он прям изменился — стал кровожадным и жестоким.

Знать, есть причина — рассудил я и повернулся к пленным спиной.

Оставив пленных, мы вернулись в дом. И я прямым ходом направился в баню. А то уже весь дом провонял нечистотами, надо в конце концов привести себя в порядок! Барин я или нет?

Хотя, дело не в этом. Любой нормальный человек не захочет ходить, воняя и сочась грязью. Так что, вполне естественное человеческое желание — быть чистым, отдохнувшим, сытым…

В общем, приступим к первому пункту превращения меня в нормального человека.

Баня ожидаемо выстыла, но она не была ледяной, и на том спасибо. Хотя было холодно. Однако ждать, пока баня истопится, я не хотел. Да и ночь на дворе. Если начать топить, то как раз к утру разогреется.

Ну ладно, не совсем к утру, но уснуть можно, пока дождёшься. А спать в таком виде…

В общем, уговаривая себя таким образом, я помылся. Дважды прошёлся по телу мочалкой с мылом. Ополоснулся, оделся в халат. Грязную одежду оставил там же.

Вернулся в гостиную.

Парни, Марта и Мо Сянь сидели в креслах и пили чай.

Марта сидела в кресле, рядом с ней расположились парни. И всячески заботились, чтобы ей было удобно — подавали, поддерживали, размешивали… Мо Сянь же по своему обыкновению сидел в сторонке и просто пил чай, не принимая участия в заботе о девушке.

Я кивнул Мо Сяню и подошёл к Марте.

— Ты как? — спросил я у неё.

Марта поднялась. И Глеб с Данилой тут же заботливо подхватили её под руки, поддерживая, чтобы она не упала.

— Спасибо тебе! — сказала девушка и попыталась поклониться.

Но тут уже я кинулся удержать её.

— Что ты! — воскликнул я. — Это тебе спасибо! Ты закрыла меня собой… Ты не должна была…

Марта смутилась.

— Но тогда ты погиб бы, — едва слышно прошептала она.

— А так едва не погибла ты! — возразил я. — Не дело это, когда красивые девушки закрывают собой мужиков!

Марта смутилась ещё сильнее и отчаянно покраснела. Я даже не понял, что сказал не так.

А она ещё тише прошептала:

— Ты считаешь меня красивой?

— Конечно! — ответил я, искренне не понимая, что её так сильно смутило.

Но мало ли, что там взбрело ей в голову, тем более что она вот только едва не склеила ласты. Поэтому я, стараясь, чтобы голос прозвучал строго, сказал: — Может, тебе лучше сейчас отдохнуть? Поспишь, наберёшься сил. А завтра поговорим, хорошо?