Хронос. Ледяной поход (СИ) - Митюшин Дмитрий - Страница 56

— Антон! — закричал тот. — Это я, Прилуцкий!

— Твою мать! — Тоха опустил «мосинку»

Троица подбежала ближе. Программер узнал Яна и Олега. Третий парень был незнаком. По команде Прилуцкого, те быстро прочесали территорию поста. Нашли ствол. «Глок 17».

— Ты его разглядел? — спросил Ян.

Тоха покачал головой.

— Не успел.

37. Майор Борзов

(Управление «Л» Хронослужбы Конфедерации, позывной «Акафист»)

28 декабря 1917 г. (10 января 1918 г.)

г. Новочеркасск

«Что за чёрт? — мысленно выдохнул „Акафист“, опускаясь на диван в комнате, где его группа устроила оперативный штаб. Группа небольшая — два помощника и два физика с аппаратурой. У тех свои задачи и в их дела Акафист не вникает. Не любит физику. — Что происходит?»

Объект устранения не производит впечатления опытного бойца. Вообще, бойца. И на тебе! А то, что он, майор Фёдор Борзов, один из лучших спецов Управления ликвидации, уже трижды не смог выполнить задачу, это как?

Ещё ствол оставил на месте акции. Но это не страшно, он рассыплется на атомы через два часа. Плохо, что Прилуцкий быстро сложит два и два. Фактически он раскрыт перед капитаном. Но и это не так страшно.

Странно другое.

Первый раз он пытался ликвидировать объект, когда тот со своей ротой отражал атаку красных. Он выпустил десять патронов. Десять! И все мимо! Он брал на прицел голову Воронцова. Голова то размывалась, то винтовка уходила в сторону. Итог — все десять пуль мимо цели.

Тут же Акафист израсходовал обойму на сучки, веточки и даже пострелял по прикладам и головным уборам солдат. Хотя это прямое нарушение приказов, но он убедился в главном — стреляет также отлично. Пули впивались туда, куда хотел.

Второй раз попытался ликвидировать объект, когда тот вернулся в казарму. Акафист выбрал прекрасную позицию. Объект словно подставился под выстрел. Сел за рояль. Ликвидатор сместил перекрестие прицела с виском Воронцова. Пуля просто прошла мимо. Вторая, пущенная вдогонку, тоже.

И вот сегодня стрелял почти в упор. Объект исчез. Вместо него оказался другой офицер. Акафист ненадолго вырубил мужика. И тут снова перед ним возник Воронцов, да ещё и умудрился выбить у него из рук оружие. Попытался добить Воронцова ножом и бац… опять смена реальности. Ликвидатор оказался около своего штаба.

В комнату заглянул офицер из группы прикрытия.

— Всё в порядке, шеф?

Акафист лишь отмахнулся.

— Там вас научники требуют.

Майор нехотя поднялся и вышел в другую комнату. Двое мужчин в звании полковников копошатся около аппаратуры.

— Что случилось, господа?

Научники наперебой, будто не солидные учёные в большом звании, а молодые аспиранты, стали наперебой рассказывать о последних событиях. Из их птичьего языка майор мало что понял. Поток хрононов образовал вихревую структуру с центром в точке нахождения Воронцова. Хрононы замкнули потоки. Акафисту стало скучно, и он вежливо предложил научникам тщательно собрать всю информацию и отправить в центр.

Сам же пошёл к себе и принялся за подробный отчёт, не пропуская ничего, вплоть до своих ощущений. Как учили.

38. Капитан Прилуцкий

(Хронослужба Конфедерации)

Ночь с 28 на 29 декабря 1917 г. (с 10 на 11 января 1918 г.)

г. Новочеркасск

— Итак, что мы имеем? — Ян оглядел присутствующих. — На Воронцова совершенно два покушения с использованием современного нам оружия, но без применения субатомных технологий. То есть, противник осведомлён о том, что к объекту невозможно приблизиться при наличии подобных активированных изделий. Второе. Хронополе ведёт себя странно. Мало того, что скачки достигают пятидесяти тысяч, но и структура импульсов носит невиданный ранее характер. Я ничего не пропустил? — обратился он к старшему группы физиков.

— В целом, всё верно? — кивнул тот. — Эх, нам бы ещё регистратор потока хрононов, — мечтательно прикрыл глаза физик.

— У меня и так штат группы раздут дольше некуда, — буркнул Ян. — Если нужно, подавай заявку.

— Подавал. Не дают.

— Ладно. У кого какие мысли?

— Это не амеры, — сказал Максутов. — Им он живой нужен. А если уже нет, нафига им в него стрелять, если можно просто активировать ту штуку в его теле. Бац! И нет Антохи.

Ян то же так думает.

— А если Бюро?(15) — подала голос девчонка.

(15) Имеется в виду Европейское Бюро защиты времени (прим. автора)

Прилуцкий посмотрел в серые девичьи глаза и задумался.

— Убивать, даже не попытавшись захватить и склонить к работе? Смысл? — развёл руками Максутов.

— Что б никому не достался, — девчонка посмотрела на Олега.

— Даш, ну это совсем уж детский сад, — усмехнулся Максутов.

— Знаю, — вздохнула та.

Ян в задумчивости побарабанил пальцами по столу. То, что пришло на ум, капитану не нравится, очень, навьи болота, не нравится. Отмахнуться от мысли тоже нельзя. Версия невозможная, но Ян уже долго работает опером, чтоб понять — ничего не возможного не бывает.

— Ян Максимович, — девчонка всё ещё называет его при всех на «вы» и по имени-отчеству, — а если обратится за помощью ко второй группе?

— Я не могу обратиться к ним за помощью.

— Почему? — удивилась та.

Прилуцкий закатил глаза к потолку. Ну вот что с ней делать?

— Потому, лейтенант. У нас своя задача, у них — своя.

— Действительно, Максимыч, — встрял Максутов.

— Блин, Олег, и ты туда же! Будто не опер. Про группу я сообщил всё, на что имел право. Ещё вопросы? Свободны.

39. Программер Тоха

(Формально — ООО «Либерсофт»

Фактически — Добровольческая армия)

31 декабря 1917 г (13 января 1918 г.)

г. Новочеркасск

— Илья Ильич, — в просторный зал лазарета, переоборудованный в казарму, просунулся дежурный офицер, — вас генерал Марков к аппарату.

Некрашевич вышел из помещения. Тоха, пришивая свежий подворотничок, посмотрел вслед командиру батальона и перевёл взгляд на окно. На улице вовсю светит солнце. В такую погодку бы погулять. С девчонками. С… Настей.

Тоха вздохнул. Нельзя. Настроения в городе тревожные. Рабочие бузят. Офицеров иногда избивают. На днях с подпоручиком Василевским зашли в какой-то район, на них работяги набросились. Троих пристрелили, остальные разбежались. Потом вопли по городу пошли — корниловцы ни за что ни про что простых людей убивают!

В казарме человек пятьдесят. В соседнем помещении ещё столько же. Дальше — два пустых. Их обитатели — две полусотни — ведут бои к северу и северо-западу от Ростова. Вот и весь офицерский батальон.

Лишь только Тоха пришил подворотничок, в помещение влетел взъерошенный Некрашевич:

— Батальон, в ружьё! — рявкнул он. — Построение через пять минут перед лазаретом.

Добровольцы быстро разобрали оружие, надели шинели. Тоха и ещё несколько офицеров нацепил шашку.

Построились. Всего около сотни. Некрашевич огласил приказ. Большевики прорвали оборону и идут к Новочеркасску. Приказано любой ценой остановить наступление противника.

— Напра-а-во! — скомандовал Некрашевич. — Шаг-о-о-м арррш!

Чуть позже

Под Новочеркасском

Колонна батальона движется вдоль реки с не полностью замёрзшим руслом. На солнце искрится свежий снег.

Прошли по мосту. Из-за холма показался всадник.

«По ходу, наш. Разведка», — подумал Тоха и не ошибся. Это — Ромыч. Князь подскочил к Некрашевичу.

— В пяти верстах отсюда, — он показал рукой за холм, — конница. Сабель в двести. В походном строю. Идут по восточной кромке балки. Минут через сорок будут здесь.

— Батальо-о-н! — проорал Некрашевич. — К бою! Первая рота западнее излучины, вторая — восточнее. Командиры рот ко мне!