Освобождение Немезиды (СИ) - Шелкопряд Мария - Страница 40

Никаких препятствий, хоть я и ждала их, по дороге не возникло. Поздней ночью, всего через сутки я, не таясь, припарковалась у подъезда знакомого дома, бесстрашно поднялась на нужный этаж и вдавила кнопку звонка в квартиру Маирста.

Звонить пришлось долго. Я уже подумывала уничтожить дверь, когда в недрах квартиры все же послышались шаги. Маирст, как ни в чем не бывало, открыл дверь и отступил на шаг назад, приглашая меня внутрь. Его лицо не выражало ни капли удивления моему визиту.

— Прости, конфет и цветов нет, — усмехнулся он, захлопывая дверь, когда я вошла внутрь.

— Опустим формальности. У меня к тебе много вопросов, Микасм, или как там тебя звали? До Захватчиков.

— Мы не встречались тогда лично, но я, конечно, слышал о тебе, — на лице Маирста все же отразилось немного удивления. — А ты, значит, восстановила память? Впечатляет. Это немногим удается.

Он стоял передо мной в домашней майке и шортах, в расслабленной позе. Если его и посещали подозрения, о том, как мне хочется его убить, то он никак не давал знать об их наличии.

— Не так давно какая-то пакость, выкрикивая твое старое имя, пыталась столкнуть меня в воду. Что, позволь узнать, это было за представление? — я без приглашения прошла вглубь квартиры села на диван, уставившись на хозяина квартиры.

— Это так, чтобы наш общий «друг» соизволил пошевелиться и освободить тебя. Понимаешь ли, совесть не давала мне спокойно жить, и я решил помочь тебе, во что бы то ни стало, — Маирст не решился сесть рядом, а подвинул кресло так чтобы оказаться напротив меня, и довольно улыбнулся. — Судя по ставшему нормальным цвету волос, мои действия принесли желанный результат.

— Принесли, — прошипела я. — Надо признаться, я и не думала, что такие глупости могут чему-то послужить. Хотя, если честно, я пришла сюда не для того чтобы обсуждать эти, так скажем, личные дела.

— А для чего же? Если дуешься, что я ни в этой жизни, ни в той, когда тебя звали Алиэртой, не стал рассказывать о прошлом, то зря. Вспомни хотя бы свою реакцию, когда я говорил о славной Эре Магов.

— И не об этом. Хотя тот факт, что ты знал о моей клятве, и все равно на мне женился, не перестает меня поражать, — призналась я.

Как и прежде, в квартире Маирста не ощущалось ничего особенного, потому я решила поболтать о том, о сем, затянуть разговор, пока не буду точно уверена, есть здесь Сердце Мира или нет. Бывший муженек мог разбросать сотни хранилищ по всему миру, так что с убийством придется повременить.

Маирст рассмеялся так, что у него даже выступили слезы от смеха.

— Да кто же знал, что какая-то там дурацкая клятва вообще сработает⁈ — отсмеявшись, он откинулся на спинку кресла, приняв, как всегда при своих россказнях поучительный вид. И россказни не заставили себя ждать: — Представь себе иное. Прекрасная по всем меркам и параметрам девушка добивается жениха, парень добивается невесты и вдруг после всех испытаний он отказывается от нее. После такого не только сама невеста, любой бы в нашем тогдашнем обществе посчитал своим долгом прикончить такого ненормального. Я до последнего надеялся, что память к тебе вернется, но потом наши общие знакомые сообщили мне о том, что отряд Предателей атаковал вас как раз тогда, когда ты получала Сферу…

— Вот про знакомых поподробнее, пожалуйста, — я обнадежилась, когда Маирст сам заговорил о них. — Кто кроме Анадритеи был там? И как их сейчас найти?

— Увы, связь с ними я с тех самых пор утратил! — Маирст развел руками, не без удовольствия наблюдая за моим разочарованием.

— Быть не может! Зачем ты врешь⁈

— А разве похоже, что у нас здесь тусовка уцелевших воинов?

— Но прошло столько лет! Неужели ты совсем никого не встречал⁈

— Не хочу тебя огорчать, но большинство, скорее всего, погибло во время краха Эры Магов.

— Что ты такое говоришь? Захватчиков там не было, а сами Предатели вроде бы не могут есть души!

— Насчет Предателей не зарекайся. Они всегда горазды на выдумки, не меньше, чем Захватчики. Конечно, весьма крупная ошибка с их стороны привить часть своего мышления обществу. Но по большему счету, мы так полностью и не знаем все, на что они способны. Хотя, пока часть наших людей в Совете строили планы и пробирались к власти в обществе, я в отличие от них, терпеливо собирал информацию, пристально изучал факты…

— Да-да, смотрел на эксперимент под названием «нарушенная клятва».

— Думай что хочешь. В конце концов, не я, так кто-нибудь другой стал бы твоим супругом и огреб «счастья» со свихнувшейся женушкой. Не поленюсь тебе напомнить, я заботился о дорогой супруге как мог. Защитил от всех, кроме нее самой. Большего сделать было нельзя, и не говори, что убить сумасшедшую тебя — прекрасный выход. Боюсь представить, сколько боли и страданий ты испытала в новых жизнях после нарушения клятвы. Я всеми силами старался отсрочить это, сохраняя Алиэрте жизнь…

Я сладко зевнула, в упор глядя на болтуна и не намереваясь посвящать в прошлое, и Маирст без дальнейших оправданий перешел к другому:

— Так вот, возвращаясь к актуальной теме: я обнаружил любопытнейшую вещь. Души, попавшие в «Храм Солнца», не могут выбраться из него. Там, в логове Предателей, они обречены вечно скитаться и страдать. И если…

— Нет!!!

— Да. Если наши товарищи сунулись внутрь и умерли, то там они и остались. Мы их уже не встретим, — безжалостно закончил он.

— Не все ведь обладающие памятью стали «магами» и собрались в той части планеты! И Эльвлард сказал, что Шаанья, то есть Анадритея, пережила битву!

Маирст только покачал головой, даже изобразив печальную улыбку.

— Хочешь найти ее? А ты уверена, что Анадритея обрадуется встрече? Те, кто пережил битву, делают вид, будто ничего и не произошло. Живут обычной жизнью, не стараясь сделать невозможное.

— Как ты? — в моем голосе послышалось больше боли, чем презрения. Я с ужасом поняла, что начинаю верить словам Маирста.

— Вроде того. Но дело еще и в том, что уже слишком поздно что-то предпринимать. Посмотри на мир вокруг. Предположим, мы убьем Предателей. Скажи, что это нам даст?

— Гарантию безопасности. И мы выпустим души тех, кто по твоим словам, томится в «Храме». А еще месть. Есть то, что нельзя прощать, и тебе прекрасно известно — в этом плане они совершили все, что только возможно придумать.

— Это, дорогая моя Элселира, так ведь тебя звали, если не ошибаюсь, даст всего два слова. Догадываешься какие? Напрасные. Жертвы.

Маирст немного помолчал, глядя на меня, а потом видимо решил закрепить результат:

— А еще, Предатели, те из них, кто уцелел, не предпринимают сейчас никаких действий. Допустим, мы найдем некий фантастический способ и убьем их. Думаешь, что-то изменится в мире?

— Но…

— Память, дорогуша, никто восстанавливать не пожелает. А если вдруг пелена Забвения нарушится, то все проклянут тот день. Потому что им придется вспоминать бесконечную череду собственных мучений. Череду поступков, которые бы они никогда не совершили. Знаешь что? В чем-то мир сейчас гораздо лучше нашего прежнего. Мы свободны сами от себя. Делаем то, что хотим. Убийства, насилие, они всем понравились. Помнишь, ты ведь и сама убивала?

— Признаюсь честно, я редко что при этом чувствовала. И не забывай, подобный образ жизни не сам собой сложился! Он — идея Предателей! Но ладно, предположим, мы, так скажем, деградировали. Но ты забыл о соседней планете. Об уничтоженном народе. Их души остались там, среди бескрайних вод. Им нечего стыдиться в своем прошлом, они не будут проклинать нас, если смогут возродиться. Почему не помочь им? Долгие годы после рождения на Эльзиде народ второй планеты ничем не отличается от нас. Никто ничего не заподозрит, а потом они соберутся, как-нибудь приведут свой родной дом в порядок и покинут нас. Даже если потребуется несколько поколений — воды на Эльзиде достаточно, чтобы обеспечить им приют и скрыть от ненужных свидетелей. А еще, возможно некоторые из сохранивших память захотят переселиться на Элилинт, — говоря это, я внимательно следила за Маирстом.