Катализатор для планеты (СИ) - Мраги Лина - Страница 49

― В такой ситуации я на стороне хищника, а человек сам дурак... Думать надо...

― В-о-от... Ангалин не человек, хоть и разумен. Ты же так мало о них знаешь... Получается, что ты сама виновата... Надо было думать, что ты говоришь и кому ты говоришь... А ты, без всяких задних мыслей: «Вы сами эту травку употребляете!» Вот он и среагировал, это же их тайна, которую они скрывают от людей!

Я стыдливо запрятала лицо в складки халата:

― Я непроходимая тупица, да? Не просто дура, а дура в квадрате...

Мозговой засмеялся:

― Ну что ты... Не надо так уж преувеличивать...

― Мы оба могли погибнуть из-за моей глупости...

― Всё хорошо, дорогая, всё хорошо... Мы в порядке и нечего так сокрушаться.

― Мозг... А ты меня хоть немного любишь? Ну так, как рассказывал...

Он наклонился к самому моему уху и прошептал:

― Бесконечно...

Ледяной душ вернул с небес на землю. Первой мыслью было то, что лодка опрокинулась, и я свалилась в реку, но... Фыркая, как тюлень и махая руками, я вскочила и поняла, что я не в реке, а на берегу. Кругом белый день и зелёные глазищи таращатся рядом.

― Ты что?! Совсем обалдел?!

― С-с-с тобой что-то с-с-случилось... Я не знал как привес-с-сти тебя в ч-чувства...

Смахнув стекающие капли, я огляделась по сторонам. Моя пирога лежит на берегу, вокруг густой лес, пахнет прелыми листьями и почему-то грибами.

― И давно мы тут? Отдыхаем?..

― С рас-с-света... Я поначалу подумал, что ты с-с-спиш-шь и не стал будить... Оставил тебя в лодке, немного перекусил, потом ждал пока ты проснёш-ш-шься, потом рыбы наловил... Но ты не просыпалас-с-сь и лицо было такое с-с-странное... Я ис-с-спугался...

― Что ж ты раньше не пугался, когда душил меня?

Ангалин опустил голову:

― Я ж-ж-е из-з-звинился у-ж-же...

― А вот если бы я не очнулась, что тогда?

Ящер молчал, ковыряя когтем землю: «Ну прямо нашкодивший ребёнок!»

― Я не хотел убивать... Ес-с-сли бы хотел, то просто сломал бы тебе ш-ш-ею... Не рас-с-считал, прости... Человеческих женщ-щ-щин мне убивать не приходилос-с-сь...

Мокрая до пояса, я стояла и смотрела на ангалина. Ни обвинять его, ни обижаться, ни устраивать какие-либо разборки не хотелось. Я жива, он раскаивается и только моё дело, какой в душе вынести приговор и как воспринять факт убийства, непреднамеренного, как и сказал Мозговой, а после подтвердил сам Макс.

Только мне решать, как к этому относиться. Если внять логике, разуму и обычному прагматизму, то сей факт нужно просто опустить, запрятать подальше и не возвращаться больше к этой теме. Макс нужен мне, во всяком случае пока, да и в будущем тоже может пригодиться. Столь близкое знакомство с сыном Ангалина Рекса может оказаться очень полезным, неизвестно насколько я тут застряну, да и выберусь ли вообще...

А можно, конечно, поступить иначе: впасть в истерику, взывая к человеческой морали, взлелеять внутри себя обиду и ненависть к своему убийце, призвать на его чешуйчатую голову все возможные проклятья и разойтись в разные стороны, воспылав праведным гневом на всех ему подобных. Я выбираю первое!

― Мы есть сегодня будем?

Ящер поднял голову и чуточку улыбнулся:

― Рыба... осталос-с-сь только приготовить. Ты же с-с-сырую есть не хочешь?

Когда толстенькие тушки уже запекались, я, в ожидании трапезы, наводила порядок в своих пожитках и сушила мокрую одежду. Ящер свернулся в шар и заснул, попросив разбудить на закате. После плотного обеда делать было нечего, а спать не хотелось. Так как мы сидели в лесу, чем-то напоминающем тропические джунгли и с берега реку было плохо видно, я решила поискать точку обзора повыше. Неподалёку росло высокое разлапистое дерево, обвитое лианоподобными растениями. На первый взгляд ветки были крепкими, даже те, что повыше, так что забраться на него не составило труда. По пути наверх я спугнула несколько хвостатых птиц и какого-то зверька с пушистой полосатой мордочкой.

Я уселась на ветку, свесив ноги. Видно было далеко. Несколько раз проплывали большие шхуны, я бы назвала их галерами, уж очень напоминали они внешним видом корабли древних греков. По палубе ходили люди, что-то делали... Несмотря на паруса, плавучий транспорт двигался на вёслах, ветер был слабенький. «В Банкор, наверно, путь держат...»― подумала я.

Вскоре на воде показались какие-то брёвна, медленно плывущие по течению: «Интересно, это лес, что ли, по реке сплавляют?» Но вдруг несколько «брёвен» открыли огромные зубастые пасти и накинулись друг на друга. «Крокодилы! А здоровенные какие!»― и я с удвоенным интересом продолжила наблюдение. Рептилии с громкими всплесками что-то делили в толще воды, что именно непонятно. Остальные никак не прореагировали и уплыли далеко вперёд. Потасовка закончилась так же быстро, как и началась. Два страшилища вынырнули, один поплыл за остальными, а другой подался к противоположному берегу. Из того что удалось разглядеть, я сделала вывод, что местные крокодилы очень похожи на земных. Может, когда-нибудь получится рассмотреть их поближе.

Макс проснулся сам. Я только-только собралась начать спуск, но остановилась: «Что же он будет делать, когда не обнаружит меня поблизости?» Ангалин вычислил местонахождение пропажи очень быстро. Сначала он покрутился возле лодки, втягивая подвижными ноздрями воздух, а потом уверенно направился к дереву: «Та-а-ак... Обоняние у него отличное, может брать след, как собака». Ящер опёрся передними лапами о ствол, потом резко оттолкнулся и за пару секунд вскарабкался на несколько метров.

Я обалдела: «Он ещё и по деревьям прекрасно лазает!» Вскоре, ехидно ухмыляющаяся морда, выглянула из-за листвы прямо перед моим носом:

― С-с-спрятаться реш-ш-шила?

― Я не пряталась, а от нечего делать за рекой наблюдала.

Его рот растянулся ещё шире, выставляя напоказ белоснежные зубы со слегка загнутыми клыками:

― Теперь тебе от меня с-с-спрятаться будет с-слож-жно... Я с-слиш-шком хорошо тебя запомнил, особенно этот запах.

«И этот туда же... Нечто подобное я уже слышала... Опять этот запах...»― я решила включить любимую «дурочку».

― Какой запах?

― Твой...

― Сильно противный?

― Почему противный? Наоборот... Оч-ч-чень приятный, хоть и с-с-странный.

― Чем странный?

Ящер пожал плечами, ну совсем как человек:

― Не з-з-знаю...

― А ты в воде тоже запахи чувствуешь?

― Ещё как... Мож-жет продолжим бес-с-седу внизу?

Спустился он так же быстро, как и залез. Мне же это сделать оказалось сложнее. Кончилось тем, что с нижней ветки Максу пришлось меня снимать. Эта ситуация очень его позабавила, а я первый раз дотронулась до него. На ощупь ангалин оказался вовсе не таким, как мне представлялось. Во-первых, он был очень тёплым, во-вторых ― чешуя была не такой гладкой, как у змей или ящериц, мне доводилось трогать и тех и других. Она была как бы бархатной, напоминая силиконовый материал, и очень-очень приятной. На вид гладкая, твёрдая и блестящая, а под пальцами ощущение нежной кожи. Удивительно! А брюхо, так вообще, покрыто очень плотной коротенькой шерстью с чешуйчатым рисунком и зрительно не отличить, где кончается чешуя и начинается шерсть. Потрясающая зверюга! Хотя зверюга ли?! Разве можно разумное существо, пусть и выглядящее как животное, называть зверем? Сомневаюсь...

Я на несколько секунд зависла на ангалине, обнимая его за гибкую шею и погрузившись в тактильные ощущения и впечатления.

― Мож-ж-жет, наконец, отпустиш-ш-шь?― сказал он тихо.

― Прости... Ты просто... Такой приятный, я не ожидала...

― Да?! Неуж-ж-жели?!

― Очень...― я улыбалась во весь рот, глядя в изумрудные глаза.

― Вот никогда бы не подумал, что такие слова мне с-с-скажет женщ-щ-щина.

― Почему?

― Как почему? Людям мы противны, особенно, женщ-щ-щинам.

― Вот дурёхи! Они вас просто никогда не щупали! Если бы хоть раз попробовали то, загладили бы до дыр в чешуе!

Макс захохотал. А смех у него был ну просто потрясающий: квакающий, прикашливающий, с писклявыми и скрипучими нотками, при мелком подёргивании всех конечностей. Я не выдержала такой уморительной картины и тоже засмеялась. Было очень смешно! Когда мы отхохотались, Макс решил подкрепиться перед ночным заплывом и направился к воде.