Детская площадка (ЛП) - Борегар Арон - Страница 3

- Джеральдин Борден? - спросил он. - Где я уже слышал это имя?

- Ну, она явно какая-то государственная меценатка. Я не удивлюсь, если ты о ней слышал.

- Я думал, ты сказала, что это был парень, который разговаривал с тобой в парке. Не так ли?

- Да, он был большим парнем. Сначала я подумала, что он может быть проблемой, но как только он начал говорить, я поняла, что он просто нежный великан. Он сказал, что является представителем благотворительной организации. Он был очень робким, особенно для человека его роста. Но я рада, что он наконец набрался смелости, чтобы вручить мне это. Это вполне может изменить нашу жизнь.

Том закатил глаза и фыркнул, словно говоря: "Ну вот, опять".

Молли с ухмылкой заметила его комическую манерность.

- Что? - спросила Молли. - Во всяком случае, на один день.

ЛОЖНЫЙ КУМИР

Грег Мэтьюз вырулил Dodge Caravan на чёрную смолистую подъездную дорожку и остановился у массивного клёна. Он перевёл взгляд с пассажирского сиденья на своего сына Кипа. Грег протянул руку за спину и поднял бейсбольную перчатку цвета красной глины. Он ударил ей Кипа в живот.

Перчатка выглядела безупречно и сияла, как часть экипировки, которую можно увидеть в Мировой серии Малой лиги.

- Она уже смазана для тебя, - сказал Грег, - но ты должен её обкатать. Можешь начать сегодня.

На лице Кипа было такое выражение, словно если бы он мог использовать свой рот, чтобы издать звук моторной лодки, он бы это сделал. Вместо этого он без особого энтузиазма поблагодарил отца.

Грег громко и ясно читал язык его тела.

- Что, чёрт возьми, с тобой? - спросил Грег своего сына. - Я не только покупаю для тебя первоклассное оборудование, но и трачу всё своё свободное время на твоё обучение, и это всё, что ты можешь сказать?

- Что? Я сказал спасибо.

- Ты так сказал, как будто я насрал в твою кашу.

Кип попытался подавить смешок. Он никогда раньше не слышал, чтобы его отец пользовался этим. Грег ударил ладонью по приборной панели. Громкий хлопок застал Кипа врасплох. У него сразу затряслись руки.

- Я не шучу, Кип! Я полагал, что ты уже понял, что это серьёзное дело! Хочешь стать профессионалом или торчать здесь всю оставшуюся жизнь, играя за гроши?

- Я хочу стать профессионалом.

Кип произносил эти слова так, будто читал религиозный стих, вбитый в его мозг. Он был приучен подчиняться, побеждать.

- Ну, и почему бы тебе, блять, не вести себя так? - спросил Грег, поднимая коричневую бутылку Budweiser с подстаканника.

Он сделал большой глоток, допил содержимое и бросил пустую бутылку на заднее сиденье к остальным. Полые бутылки лязгнули, когда стекло ударилось о стекло - за время их поездки он уже разбил несколько.

- Знаешь, - сказал Грег, - когда я был в твоём возрасте, я бы отдал свой левый орех, чтобы у меня был отец, которому не плевать на то, чем я занимаюсь. Когда я закончил среднюю школу, у меня были предложения от некоторых из лучших резервных команд страны, а также предложения о стипендиях для участия в студенческом футболе и баскетболе. Я был чёртовым вундеркиндом! Грёбаный спортсмен по трём видам спорта!

Кип ненавидел, как кричал его отец, когда он слишком много выпивал. Было неловко и страшно одновременно.

Грег продолжал:

- Ты думаешь, этот хуесос когда-нибудь говорил мне "молодец"? Думаешь, он когда-нибудь подсказывал мне что-нибудь по пути? Если бы ты это делал, ты был бы неправ. И если бы не перелом колена в Бостонском колледже, это не имело бы значения. У него не было бы выбора. Моё лицо было бы по всем телевизорам.

Страстная речь была той, в которой отец Кипа много практиковался. Он продекламировал её, как обычный человек, слова своей любимой песни. Это была одержимость. Кип никогда не встречался со своим дедушкой - он умер ещё до его рождения, - но по тому, как говорил его отец, Кип представлял его настоящим сукиным сыном.

- Итак, ты должен быть благодарен мне за то, что я за тебя, - сказал Грег. - Я мог бы гулять со своими приятелями, пить пиво. Я мог бы делать так много вещей, которые мне действительно нравятся. Но вместо этого я провожу это время с тобой. Пытаюсь научить тебя качествам, которые однажды сделают тебя миллионером. Но ты же не оставишь своего отца в тени, как только доберёшься до этого, правда, малыш?

Грег хлопнул Кипа по плечу, пытаясь немного развеселить мальчика.

- Конечно нет, папа.

- Вот это мой мальчик. Доказательство перед глазами. Просто посмотри на своего брата, Си-Джея. Послушай меня, и ты скоро станешь таким же, как он.

Кип не ответил, но посмотрел в остекленевшие глаза отца и кивнул, улыбаясь. Ухмылка была настолько театральной, что могла бы принести "Оскар".

- Ладно, малыш, давай тогда к делу.

Грег выпрыгнул из фургона, открыл заднюю дверь, залез внутрь и достал чёрно-зелёную металлическую бейсбольную биту "Истон". На ней были потёртости, комплименты двум грязным бейсбольным мячам, которые он отбил с ней.

Звук, похожий на скрежет ножа о каменный круг, внезапно вторгся в ухо Грега. Пиво, текшее в его организме, заставляло его реагировать медленно, но как только Кип вышел из машины, он посмотрел на бордюр.

В поле его зрения попал старший сын Грега, Бобби. На его жёлтом скейтборде был отпечатан массивный дракон в китайском стиле. Он скользил боком в положении 50/50. Импульса, который он набрал перед своим трюком Олли, было достаточно, чтобы впечатляюще сбить его с оставшейся части уличного бордюра.

Бобби спрыгнул с доски, добравшись до подъездной дорожки, и сильно ударил ногой по задней части скейтборда. Дерево подпрыгнуло к нему, и он схватился за переднюю ось, как будто это было его второй сущностью.

Грег, похоже, не находил подвиг Бобби впечатляющим. Его равнодушное выражение лица сморщилось во взгляде, который был более сердитым, чем что-либо ещё.

Бобби уже видел этот взгляд раньше. Казалось, в эти дни это был единственный взгляд, который он видел от своего старика. Бобби обычно не был таким мягким и приветливым с другими, но для своего отца он делал всё возможное, чтобы оставаться на хорошей стороне.

- Доброе утро, папа, - сказал Бобби.

Он заставил себя улыбнуться, но нервозность исказила его улыбку.

Грег сузил на нём глаза.

- Ты уверен?

- Уверен… На улице довольно мило, я думаю.

- Хороший день для бейсбола. Хотя ты ничего не знаешь об этом дерьме, - сказал Грег, качая головой в сторону биты в руке сына.

- Ага.

Грег подошёл к Кипу, который молча смотрел.

- Видишь ли, Кип, - сказал Грег, - если ты зациклишься на чём-то вроде этой ерунды X-Games, о которой постоянно болтает твой брат, ты в конце концов разоришься.

- В следующем году они превратят это в спорт, папа. Например, легальные соревнования…

- Мне плевать, что ты говоришь. Ни велосипед, ни скейтборд, ни роликовые коньки, где бы ты их ни использовал, никогда не оплатят счета. Это факт. Никто не скажет мне иначе. Если тебе есть, что сказать по этому поводу, просто не говори. Ты знаешь, как Nike говорит? Просто сделай это! Ну, для тебя это звучит: просто не делай этого! Потому что я не хочу это слышать. Понял?

Лицо Бобби приобрело более глубокий оттенок красного, выходя за пределы нормального диапазона, который, когда он был большим ребёнком, проявлялся, когда он катался на скейтборде.

- Ты непробиваемый и чертовски глупый? - спросил Грег своего старшего сына. - Я сказал, ты понял?

Бобби кивнул своим пылающим лицом. В его глазах отразилась личная боль от разочарования.

- Что ж, - сказал его отец, - ты должен извинить нас. У нас с твоим братом есть над чем поработать.

Грег подошёл к воротам, ведущим на задний двор. Кип остался на месте, глядя на старшего брата, и одними губами произнёс:

- Не слушай его.

Когда ворота открылись, Грег прижал пальцы к нижней губе. Его громкий, противный свист разорвал воздух.