Детская площадка (ЛП) - Борегар Арон - Страница 60

Когда она выглянула из-за края и мельком увидела отражение, она поняла, что это её разочарование. Гора мужчины, которого она уничтожала всю его жизнь. Его окровавленное тело было покрыто самодельными повязками Молли, а квадратное лицо было украшено ошмётками, которым хватило времени, чтобы застыть. На пухлом шраме на его груди были видны заглавные буквы, которые она яростно выгравировала на нём, чтобы положить начало их горькой связи.

Она подумала о недавнем бунте Рока, и внутренний гнев ослепил её. Теперь три буквы не могли иметь меньшего значения.

"Мой… он должен быть моим!" - думала она.

Джеральдин вывернулась из-за угла, направив винтовку снова в его раненый живот. Она выпустила снаряд, но пуля не пробила Рока. Вместо этого всё его тело раскололось на части и рухнуло на пол осколками зеркал.

- Сукин ты сын! - закричала она.

Джеральдин вышла в коридор, когда из ствола винтовки пошёл дым.

- Ты сама сказала это, не я, - пробормотал Рок.

Его грубые слова разнеслись по всему пространству. Из-за приложенного эха Джеральдин было трудно определить его точное местоположение; возможно, Рок не был таким глупым, каким она его представляла. В памяти Джеральдин снова всплыли непристойные воспоминания о её безжалостных сексуальных выходках в странной комнате. Абсурдное количество времени, которое они провели там вместе, было неисчислимо.

Ещё один громкий звон стекла об пол.

Шум только смутил Джеральдин. Она не произвела ещё одного выстрела; она могла только предположить, что Рок виноват в звуке повреждений.

- Тихо! Я создала тебя таким, какой ты есть, тебе лучше поверить, что я могу так же быстро тебя и уничтожить!

Джеральдин выскочила из другого угла лабиринта в поисках своего раненого слуги. Она перезарядила, взвела курок и продолжила атаку.

Блям! Блям! Блям!

Ещё три вырвались из винтовки подряд, но образовали лишь разочаровывающую мини-гору стекла.

- Ты никогда не знала меня таким, какой я есть, - сказал Рок.

На этот раз, когда его голос прогремел, он прозвучал ещё ближе к Джеральдин. Жуткое внезапное изменение местоположения заставило её резко обернуться.

Прежде чем Джеральдин успела прицелиться, из ствола вылетела ещё пара выстрелов подряд.

Блям! Блям!

Ещё больше разбитого стекла с такими же тусклыми результатами.

- О, я точно знаю, кто ты! - крикнула Джеральдин.

- Знаешь? - спросил Рок.

- Ты Рок Стэнли! Ты не Борден! Ты не мой сын! Ты всего лишь дворняга! Бесполезная куча страданий! Дефективный! Я изо всех сил старалась исправить тебя, но пришло время прекратить мои попытки! - Джеральдин вскрикнула.

Когда леденящие кровь слова сорвались с её морщинистых губ, Джеральдин услышала тяжёлые шаги. Она повернулась назад, крепко держа винтовку, но отражения Рока в зеркалах не было видно. Она сделала ещё один шаг в том направлении, откуда в последний раз раздавался его голос, зная, что он не может быть далеко.

И она была права.

* * *

Только что услышав выстрелы настолько близко, что у него зазвенело в ушах, Рок понял, что пришло время сделать ход. Из его руки хлынула кровь из зеркала, которое он пробил, но рана того стоила.

Джеральдин позволила своему знакомству и любви к зеркальному залу затмить самую важную деталь комнаты: Рок был человеком, который её построил.

Хотя она, возможно, и разработала проект, именно Рок работал над строительством день и ночь. Именно Рок провёл месяцы, расставляя зеркала, чтобы добиться окончательного одобрения Джеральдин. Именно Рок знал о прямоугольных участках мёртвого пространства, разделяющих острова внутри грешного зала.

Удар через зеркало оставил несколько глубоких порезов на его правой руке, но возможность проскользнуть за отражения дала ему шанс. У него не было оружия, но элемент скрытности позволил ему разработать стратегию, которая могла предоставить Року возможность нейтрализовать огневую мощь Джеральдин.

Рок внимательно слушал; Джеральдин была легка на ногах, но тяжела в своих словах. Каждое обидное слово, которое она бросала, приближало её к насилию. Возможно, у неё был толстый бумажник, но Рок устал слушать, как старая ведьма выписывает ртом чеки, которые её задница не может обналичить.

Пришло время расплатиться со старой ведьмой.

План не был точным, но Рок измерил её местоположение, насколько мог. Он чувствовал себя ещё слабее, чем раньше. Новые хлещущие порезы на его руке способствовали дальнейшей кровопотере. Но ничто не могло помешать Року наконец заполучить Джеральдин.

- Запомни это слово на своей груди! Ты мой! И что бы ни случилось, до самой смерти ты всегда будешь моей собственностью! - крикнула Джеральдин.

В ушах Рока звучали знакомые оскорбления. Высота и громкость её слов подтверждали это; она стояла рядом с ним. Извращённая жажда бесчисленных грёз о резне, о которых он мечтал, теперь владела им. Ему ничего не хотелось, кроме как сделать так, чтобы пустые слова Джеральдин были последними, что она когда-либо говорила.

Рок отвёл здоровую руку назад, насколько позволяло ограниченное пространство. Его жёлтые зубы заскрежетали друг о друга, когда его массивная рука прорвалась сквозь чёрное покрытие на задней стороне зеркала. Осколки посыпались градом, врезаясь в его обнажённую плоть, но это не имело значения; он был одержимым местью человеком.

- Ах! - Джеральдин вскрикнула.

- Если только ты не умрёшь первой! - крикнул Рок.

Выпад был простым, но впечатляющим. Рок прорвался сквозь пустоту и швырнул хрупкое тело Джеральдин в зеркало на противоположной стороне зала.

Бедро Джеральдин хрустнуло об пол, и винтовка выскользнула из её рук. Последовавший за этим град светоотражающих осколков обрушился на неё, оставив различные порезы на её платье и заставив кровь хлынуть из ран на её лице.

Рок отшвырнул оружие и увидел, как оно проскользнуло на несколько ярдов к концу зала.

Когда он снова посмотрел на Джеральдин, она всё ещё не пришла в себя, но видеть, как она истекает кровью, было, чёрт возьми, самым прекрасным зрелищем, с которым он когда-либо сталкивался.

Рок с удовольствием наблюдал за мгновенным замешательством и страхом, внезапно овладевшим Джеральдин.

Она попыталась стряхнуть стекло и шок. Поскольку её оружие было вне досягаемости, Джеральдин знала, что ей нужно использовать единственный инструмент, который всё ещё был в её распоряжении, - свой язык. И с остроумием фокусника, раскрывающего свой трюк, Джеральдин внезапно стала другим человеком.

Впервые за свою легендарную историю злая ведьма из поместья Борден заговорила с ним мягко и осторожно. Обладая расчётливым комфортом, подобного которому она никогда раньше не предлагала Року, Джеральдин говорила так, как будто разговаривала с другим человеком.

- Пожалуйста, я… ​​я просто расстроилась. Я не имела в виду то, что сказала, - умоляла она.

Ложи было в изобилии, но Рок знал её достаточно долго, чтобы понять игру. Её резкая перемена в характере была слишком удобной. Доказательство было в действиях. Больше всего, что могла сказать ведьма, Рок доверял своей интуиции; это напомнило ему, что пули, которые горели внутри, были теми, которые выпустила Джеральдин.

Рок наклонился и сжал руками её череп по обе стороны. Он наслаждался страхом в её глазах, поднимая её дрожащее тело с пола. Раньше он много раз заставлял её тело дрожать, но никогда не чувствовал такого удовлетворения. Сладкий звук расшатанного позвоночника Джеральдин и хруста старых костей эхом разносился по залам.

- Но я… я твоя мать! - воскликнула она.

- Мать не заставляет делать такие вещи, - проворчал Рок.

Рок швырнул Джеральдин вперёд, ещё раз разрушив воспроизведение образа, которым она была одержима. Сила броска отправила её так далеко, что она не только взорвала зеркало, с которым столкнулась, но и прорвало зеркало, находящееся за ним.

Когда Джеральдин упала на пол, свежая порция осколков глубоко вонзилась в ткани её лица. Повреждения открыли шлюзы, в результате чего кровь быстро хлынула под её головой. Её плечо было повреждено; аномальная выпуклость в нескольких дюймах от сустава означала его вывих. Сама лунка разбилась, и внутри лежала раздробленная кость.