Цепи и крылья (СИ) - Стальная Вероника - Страница 36

Карающий расслабленно прислонился к дверному косяку, но напускное спокойствие не могло скрыть от меня то, что появлению Сида он не рад.

Страж в свою очередь тоже не спешил пожелать кому-нибудь из нас доброго утра.

В их обществе стало вдруг неуютно, будто меня запихнули в тесную клетку вместе с тигром и волком, которые ходили по кругу и угрожающе рычали, выясняя кому достанется добыча. Плохое сравнение, конечно. Добычей я не была, и скорее всего являлась не единственным поводом для столь прохладного отношения друг к другу.

— Надеюсь, ты не для этого сюда пришел? — Все-таки продолжил Кайрин, так и не получив ответа на прошлую реплику.

Прозвучало с нажимом, но Сид быстро справился с удивлением, которое промелькнуло на его лице.

— Тогда я бы отправился в комнату к нему, а не к тебе. Не знал, что найду вас вместе. Бес потом расскажет мне увлекательную историю о своем таинственном исчезновении. У меня есть более важные новости.

Я в ответ на это спорное утверждение лишь пожала плечами, страж говорил так, будто ходить к нему на исповедь — было моей постоянной обязанностью. Не дождется.

— Я получил твое послание, Сид, и не понимаю, почему оно должно меня волновать? Лис любит приковывать к себе всеобщее внимание, когда появляется во дворце, и я устал искать тайный подтекст в его выходках, потому что он почти всегда руководствуется одной единственной целью — развлечься. А ты, — Кайрин бросил на меня хмурый взгляд, — ешь, после побеседуешь со своим старым знакомым.

То, что мне сегодня предстоит свидание с Микой мы уже обсудили. Карающий прошелся по комнате и встал позади, положив руки на спинку моего кресла. Я почувствовала, как капля воды, упавшая с его влажных волос, щекочет мне шею, скатываясь за воротник. Стушевалась, поняв, что сидеть в присутствии учителя мне, наверное, не по статусу, и сползла на ковер, освобождая хозяйское место.

Я уместилась рядом со столиком, сглатывая слюну. Переживания и проблемы мигом вымелись из головы, стоило только оказаться поближе к еде. Ещё горячие лепешки с сыром и зеленью, пышный омлет, кувшин с молоком и пирожные…

Последнее порадовало больше всего! Кайрин решил возместить мне утерянные, предположительно отравленные, присланные принцем сладости? Скорее всего с ними было все в порядке, но притрагиваться к подарку я все равно не желала, хотя и облизывалась. Не себе же он их заказал? Карающий вообще к еде не притрагивался. Тяжело вздохнула.

— Без тебя есть не буду, — заявила я, переплетая пальцы, чтобы они не тянулись к столу раньше времени.

У меня создалось впечатление, что если он впряжется сейчас в какое-нибудь экстренно-важное и не терпящее отлагательств дело, то про еду забудет точно так же, как забывает про сон. Он упорно делал вид, что не голоден, не устал, все земное ему чуждо, и вообще он — железный. Помирать будет — не скажет, это я уже выяснила, и потому вперилась в него взглядом, намекая, что у нас договор, и пока я не поем, с места не сдвинусь.

Как ни странно, подействовало. Кайрин опустился в освобожденное мной кресло, зацепил вилкой кусочек омлета, и угрюмо осведомился:

— Доволен?

— Пока не вполне… — Я покачала головой, не спеша откусывая от лепешки.

Сид прокашлялся, скромно оповещая, что он ещё не ушел, а про него уже забыли. Так оно и было в принципе, я чуть не подавилась, когда наконец решила обратить на него внимание. Лицо у парня было, мягко сказать, слегка подозрительное, по чему я поняла, что образ мой трещит по швам. Дожевав, поспешила исправиться:

— Ты тоже можешь присоединиться, я поделюсь, не люблю завтракать в одиночестве. И мне новостей никто не докладывал, можно подробнее рассказать?

Парень от приглашения отказываться не стал, без стеснения сел на пол прямо напротив меня, и начал так многозначительно пялиться, что я убедилась — давиться буду ещё не раз. Проклятье, как же теперь в его глазах свою несуществующую мужественность возродить? Я повела себя как девушка, привязавшись к Карающему со своей заботой.

Я даже сидела как девушка, поджав под себя ноги и выпрямив спину, ела как девушка — осторожно, стараясь не испачкаться. Да я выглядела слишком манерно для парня, если посмотреть со стороны!

Мысленно выругавшись, я поменяла позу, скрестив ноги по-турецки. Скривилась, случайно задев бедро, и запихнула то, что осталось от лепешки в рот целиком. Идеально. В довершении ко всему облизала пальцы.

Кайрин, кажется, хотел мне подзатыльник отвесить. Не знаю как ещё расшифровать зависшую в воздухе руку, которой он хотел взять что-то со стола и нечитаемое выражение лица?

— Не делай так больше… — Сдержанно произнес он. — Если увижу подобное на приеме в честь помолвки, действительно выпорю.

Я в угрозу не поверила, но сообразила, что перестаралась. Расслабившись, махнула рукой на волчьи взгляды Сида и постаралась вести себя как обычно — в меру невежественно.

Страж на удивление тоже сообразил, что проявляет слишком много внимания ко мне. Отвернувшись, он предпочел вернуться к делу.

— Лис решил завести себе раба. Нет, он завел себе бойцовскую псину! — Выплюнул парень, — Назвал его дишкари — безумным песчаным демоном, и утверждает, что это он и есть.

— И как же выглядит демон? — Кайрин усмехнулся, скептически выгнув бровь, — У него есть рога или хвост?

— Ничего такого не заметил, но и лицо своё он скрывает.

Меня новость особо не тронула, я слушала молча, больше внимания уделяя пирожным. Мне одного знакомства с Лисом хватило, чтобы понять — даже если он притащит во дворец слона, я не удивлюсь. Его интерес ко мне вызывал опасение, но обвинять принца во всех смертных грехах у меня не было никаких оснований.

— Многие же покупают рабов для охраны. Клеймо не позволит предать хозяина, содержание дешевле обходится. — Буркнула я, — И вряд ли тот мужик, с которым Лис встречался на площади, торгует демонами. Может Его высочество решил сэкономить на наемниках?

— Умник, естественно не торгует, — передразнил страж, — потому что демонов не существует. Гафур неплохо устроился, выращивая из своих рабов безжалостных убийц. Так же он имеет авторитет среди организаторов подпольных боев, но с детскими страшилками его ничто не связывает.

— Подпольных? — полюбопытствовала я.

— Незаконные, Бес, — вмешался Кайрин, — устраивать схватки между рабами не запрещено, но не все соблюдают правила. Бедняки не могут позволить себе сделать ставки, поэтому закладывают жизни. Некоторые даже рискуют принимать в боях непосредственное участие, за это платят больше. Свободными оттуда возвращаются не все.

— Да и живыми тоже, — хохотнул Сид.

Я все ещё не понимала почему бои незаконные.

— У тебя довольно посредственное представление о рабстве, Бес. Что бы ты там себе не вообразил, но каждый житель империи подчиняется Его величеству, и не может передавать свою жизнь в собственность частным лицам. — Менторским тоном начал Карающий, — Большинство рабов — преступники и родственники мелких правонарушителей, решивших откупиться от возмещения штрафов женами или детьми. Они поступают в полное распоряжение короны, только после этого выкупаются работорговцами и вновь перепродаются. Если ты задолжаешь не государству, а, предположим, своему работодателю, то добровольно отдаешь себя в руки законников, которые и погашают долги. Если частное лицо настаивает на том, что должник должен перейти к нему в собственность, то после определенной проверки он сам выплачивает налог короне…. Ясно?

Кайрин закончил речь; я кивнула, усваивая информацию. Да, я как-то проще это все себе представляла.

— Короче, — почесав переносицу, сделала вывод, — организаторы подпольных боев уклоняются от налогов?

— В точку, — Сид щелкнул пальцами и украл у меня последнее пирожное, — некоторые работорговцы умеют обходить закон. Не спрашивай, чтобы нанести клеймо нужно обладать определенным уровнем силы и умений. Я не вдавался в особенности процедуры.

— А нельзя их прижать? — перевела взгляд на Карина, — Вы же об этом знаете… Облаву устроить…