Королевская канарейка (СИ) - Кокарева Анна - Страница 35

Поражённая увиденным и раскаявшаяся сто раз, что вот не предупредили занятого мага и нарвались на демона, да и ему что-то испортили, наверное, я поизвинялась, расспросила о здоровье, совершенно не запоминая полученные ответы, и как можно быстрее откланялась. Пока шли обратно, снова почувствовала, что погода сегодня мерзкая, и застегнула плащ, попутно с содроганием вспомнив про цветок, достав его из декольте и бросив на снег. Голова горела, потряхивало. Мортфлейс с сочувствием рассказывала, что шаманы-де существа сложные, а уж этот особенно. Оказывается, Ганконер считается отморозком, опасным и непредсказуемым, противоречивым и нестабильным, с необычными для эльфийского шамана талантами — отчасти из-за происхождения. Отношение к нему крайне неоднозначное. Но — сила. Один из четырёх Великих шаманов и второй по силе в Зеленолесье. «Эльфийским розам нужна защита», да…

Не хотелось сразу идти во дворец, и мы просто побродили по лесу. Пуща чудесна, особенно, если тебе её показывает эльф.

Вернулись как раз к закату, но позже Трандуила. Тот уже сидел на троне, а внизу стоял Рутрир, я узнала его. Мы проскочили в малые ворота и так же незаметно хотели пройти к себе, но Трандуил заметил и позвал:

— Блодьювидд, я уже начал беспокоиться. Всё хорошо?

— Да, ваше величество.

Замалчивать эпизод с Ганконером, понятное дело, было бы глупо, но хоть объясняться было не нужно: Трандуил уже смотрел в глаза Мортфлейс, явно перерывая её память.

Опустив глаза, помолчал. Рутрир напряжённо смотрел на него.

— Хорошо. Блодьювидд, как ты воспринимаешь то, что увидела там?

Где «там», объяснять не стал — и так было понятно. Вздохнула, подумав: вот зачем спрашивает, всё же видел… и не хотелось ничем навредить соловью. Сама виновата, явившись незваной к занятому… эльфу. И чувствуется, что вопрос неспроста, и что есть подо всем этим какие-то нехорошие подводные течения и дрязги, которых я не понимаю. Но, когда не знаешь, что сказать, лучше говорить правду. Она так же ужасна, как и ложь, так что разницы практически нет, но и врать не пойми зачем тоже смысла нет. Огорчённо ответила:

— Ваше величество, Ганконер вызывает демонов, платя им кровью. Я расстроена увиденным — мне кажется, он нездоров и совершенно не бережёт себя. Мне не хочется, чтобы с ним случилось что-то плохое.

Трандуил повернулся к Рутриру:

— Что ж, Рутрир, заслуги твои несомненны, и мы их ценим. И не хотим лишать Эрин Ласгален одного из Великих шаманов. Замены Ганконеру нет, он очень талантлив. Меня, как короля, огорчила бы его смерть. Я освобождаю его от визитов во дворец и от службы на ближайшее время. Но передай ему: пусть он побережёт себя, иначе с ним действительно случится что-то плохое, а мне бы не хотелось огорчать Блодьювидд и, ещё раз повторю, лишать Эрин Ласгален могущественного колдуна. Пусть выздоравливает и забудет свою болезнь, и побережёт себя для общего блага.

Во время речи Трандуил просто излучал благоволение, и Рутрир расслабился и ушёл довольный. Король ещё посидел, помолчал. Между бровями залегла печальная складочка. С сочувствием спросил:

— Что, Блодьювидд, тяжёлый сегодня день?

Я только печально вздохнула.

— Пойдём погреемся в источниках? Я замёрз.

Я тоже чувствовала себя продрогшей и несчастной. Печально покивала, и остаток дня прошёл хорошо: горячие источники сняли головную боль и напряжение. Вниз не спускались. Интересно, как брауни понимают, что делать: тёплые тёмные одежды, такие же, как вчера, но чистые, ждали в раздевалке наверху. Во время ужина я клевала носом; очень развозит, когда из холода и непонятного несчастья попадаешь в тепло и уют; ушла с ужина раньше всех и уснула, только опустив голову на подушку. Поневоле превратишься в раннюю пташку, когда подъём каждый день в пять)

21. Старая ведьма

я на иностранных

в общем ни гу гу

по французски только

целовать могу ©

Проснулась рано, раньше четырёх. Ну ещё бы, сразу после заката уснуть. Поворочалась с боку на бок. Не спалось, и я начала думать. Вчера, по ощущению, из-за больной головы думалось другим местом, пониже спины которое. А сейчас не болит. Начала подозревать, что эльфийские источники бьют легендарной «живой водой». Ах, волшебный народ, ми-ми-ми же. И меня чуть не изнасиловал представитель оного народа, да с романтичностью так. Ганконерова выходка с цветочком, неприятно поразившая вчера, сегодня казалась скорее забавной. Но истинно прекрасной я ощутила затею Трандуила дать мне компаньонку. Если бы не она, со мной бы вчера поступили, как с демоном, искренне веря, что я и есть демон. И один бог знает, чего наш талантище наупотреблял перед вызовом: глазки у него были темны до беспросветности, и кем он там меня видел — не поймёшь. И, несмотря на относительно романтическое начало, неизвестно ещё, что нравится восьмисотлетнему шаману, которого вполне ужасные эльфы считают отморозком внутри себя. Замучал бы, считая, что играет с демоницей, а потом, отойдя, ужаснулся. И его бы тут же свои и замочили за убийство богини. Так, общение с соловушкой надо свести к нулю. О чём, собственно, Трандуил вчера и позаботился. И оба будем целее. А ведь, если подумать, что такого: шаман непогожим зимним днём решил скрасить себе жизнь, вызвал суккуба, а я пришла и всё испортила. Ой, как неудобно. И перед папенькой его, который, узнав про художества сына, прибежал к Трандуилу кланяться, как я сейчас поняла. Хорошо, что король силён в менеджменте и кадрами не разбрасывается почём зря)

Ещё полежала. Однако, не спится. Похоже, я и сегодня урву у кого-то высокую честь подержать владыке свечку) Встала, огляделась. Платья вчерашнего нет уже, брауни унесли. Выбирать новое из огромного количества не хочется. Зато у кровати хламида, в которой я вечером пришла, лежит. Очень, очень уютная вещь и при этом выглядит прилично: во всяком случае, в пиршественный зал в таких много кто заявляется, включая Трандуила. А вот на церемонии одевания короля в них никого не было, все разряжены. Ну и ладно, я, может, так просто погуляю. Ну, или Мортфлейс проснётся и поможет. Нацепила и босиком выползла. В этих одёжках многие и босиком ещё ходят. Видно, чтобы ближе к природе быть. А что, во дворце невозможная чистота — наверное, действует магия, обеспечивающая, в первую очередь, конечно же, чистые подолы блистательному владыке, любящему подметать ими полы) Старое, с шелковистым блеском времени (и при этом чудовищной крепости!) дерево и гладкий камень приятны босым ногам.

Выйдя, нервно оглянулась, вспомнив про аспида. Конечно, сказано, что не нападёт он, но даже если просто встретится, всё равно адреналин подскочит. Я восхищаюсь рептилиями, но и боюсь. Да, ходила специально побояться и повосхищаться на выставки. Была подписана вконтактике на группу знатного герпетолога Арслана Валеева вместо фильмов ужасов. Как посмотришь в альбомчике «Последствия укусов» фотографии, так и радуешься, что ты здесь, а рептилии где-то там. При личной встрече с любой из них испытывала простое отчетливое желание иметь в руках лопату из рельсовой стали и ею от гада отмахиваться, если нет возможности убежать вперёд собственного визга. Сдержать себя и быть спокойной могу, но приходится прикладывать к этому усилия. И с придыханием смотрела на габонских гадюк (они выглядят, как смерть!), стремительных агрессивных мамб и тайпанов, и тому подобное. И, кстати, на самого герпетолога.

Умер в тридцать один год — да почиет он в персиках.

Надежда отечественной подвальной террариумистики. Выглядел, как сам говорил, облезлым чуркой. Говнистый: ругался с коллегами, любил скандалить и устраивать провокации и срачи в инетике. Учёная степень по биологии. Жил во Всеволожске; имел дом с подвалом, полным змей. Роскошная коллекция: королевские кобры, мамбы, тайпаны и так далее, и так далее. Ему удавались сложнейшие разведения редких змей, и он увлекался популяризацией герпетологии. Четыре года смотрела с ужасом и восхищением. Он показывал страшных тварей так близко. Я узнала, что такое «рык ханны»: ханна, она же королевская кобра — чудовище, голова которого бывает по размерам сравнима с головой жеребёнка, в стойке она высотой с человека; у неё развитый интеллект, она не шипит — она рычит, когда агрится. Некоторые моменты бывали ужасными, но ему везло, и надеялась я, что такой интересный человек поживёт подольше. История, как он в Гане с другом в ночной саванне ловил чёрную плюющуюся кобру незабываема: два знатных герпетолога Арслан Валеев и Андрей Веденин поехали на герпинг (ловлю змей) в Гану. Место хорошее, там какой только смертельной дряни не водится. Пошли они ночью в африканской пустыне на змей охотиться. В свете фонарика увидели шлангоподобный чёрный хвост, уползающий под куст. Кинулись ловить канешна. Оказалась лесная плюющаяся кобра здоровенная. Она когда плюётся, удивительно ловко попадает в глаза и люди слепнут. И ещё кусается конечно — это смерть, особенно в Гане: там с врачами туго. И вот один схватил змеюку за хвост и держит(фонарик во лбу горит), второй судорожно роется в рюкзаке в поисках перчаток противоукусных и очков антиплевательных, и сразу в темноте и спешке конечно найти не может. А кобра агрится, и темно опять же, того гляди вцепится или в глаза плюнет — она-то по фонарику ориентируется. Тогда Валеев начал раскручиваться с коброй, чтобы центробежная сила не позволяла ей развернуться для атаки. Представьте эту феерию: ночная саванна и человек с фонарём во лбу, раскручивающий смертельной каруселькой трёхметровую кобру. «Карусел-карусел — кто успел, тот присел»©). Напарник достал перчатки и очки, надел — и принял изрядно покрутившуюся, адски злую кобру, упаковал в мешок. Валеев, отпустив змеюку, совершил ещё пару оборотов и упал в кусты. Есть что вспомнить человеку, жизнь-то какая интересная — не каждому доведётся кобру за хвост покрутить в Африке ночью.