Кома. Эшелон (СИ) - Ростов Олег - Страница 90

— Сколько вы сидели в магазине?

— Примерно месяц. У нас вода, почти, кончилась. Осталась пятилитровая канистра. И немного консерв.

— Понятно. И того, вас осталось семь человек?

— Да. Трое взрослых Я, Кирилл, ему 25 и женщина, Диана, ей 32 года. Два пацана 9 и 14 лет, и две девочки. Но эти совсем ещё крохи. Три и пять лет. Все сироты.

— Значит так, Никита. Я старший Эшелона. Зовут Марк. Но я по вопросам безопасности. Есть у нас и гражданская администрация. Мы тоже идём на юг. Можете присоединиться к нам. А можете двигаться сами куда запланировали. Еды мы вам можем дать. Оружие, если нужно. Выбирай. Только знай, там южнее можете нарваться на банду из бывших военных. Они мужчин ищут, в качестве рабов или рекрутов. А ещё им женщины нужны. У них их совсем мало. И вооружены они хорошо. мы их потрепали изрядно в стычке. Но половина от банды точно осталось.

— Если можно, то с вами пойдём. Терять нам уже нечего.

— Хорошо. Но здесь свои законы. Это вы должны понимать. Ничего такого страшного, но правила всегда нужны, чтобы не было бардака.

— Да, я понимаю.

— Отлично. Илья! — Позвал я свояка. — берёшь «бардак» едешь вот с Никитой до того магазина. Там шестерых нужно забрать. Из них четверо дети. И сюда назад. Нам нужно двигаться.

— Понял. — Илья забрал мужика и уехал. Ко мне подошли Стас с Василием. Я рассказал им то, что мне сообщил Никита, особенно про Тамару. Вася почесал себе затылок.

— Это что получается? Если урод тебя поцарапает или укусит, всё трындец? Станешь если не зомби, то одной из этих тварей. Хрен редьки не слаще.

— Навряд ли, Вася. Вспомни, у тебя сколько-то человек пострадали от дикого. Ты сам рассказывал.

— Было дело. Трое пострадало. У Сереги даже дикий вырвал кусок мяса на плече. Один умер от полученных ран, остальные двое выжили.

— Ну вот видишь. Они же не стали дикими?

— Нет. Сейчас здесь с нами, в Эшелоне.\

— Вот. Я меня ещё там дома тоже в лицо плеснуло кровью диких. На слизистую оболочку мне точно попало. И ничего, я же не стал мутантом.

— Может она одна такая была, эта Надежда? — Спросил Стас.

— Может быть. Не знаю. Ответить на этот вопрос если кто сможет, то только Софья.

Дождались Илью с неофитами. Накормили их, потом отвели в баню и распределили по вагонам. Закатили БРДМ на платформу и вскоре паровоз опять потащил состав. Я прошёл к Софье в лабораторию. Она смотрела в микроскоп. Заносила какие-то данные в ноутбук. Работала. Я сел на стул. Под мерный перестук колёс по рельсах, меня даже в сон потянуло…

— Марк? Ты чего сидишь тут? — Вопрос Софьи меня вывел из сна.

— Софья, извини. Не хотел тебя напрягать. — Ответил ей и рассказал то, что рассказал мне Никита. — Сонь, ты можешь сказать, почему эта Тамара, получив от дикого травму, стала сама в него вырождаться?

— Пока данных мало. Я работаю. Но предварительно могу сказать. Вирус продолжает мутировать. А с ним и носители. Дикие перешли на другой уровень эволюции. Пока точно не скажу, ещё много работы, но… Марк, похоже вирус решил окончательно добить человечество. Если слюна или кровь дикого попадёт на слизистую оболочку глаз или в открытую рану, то потерпевший начнёт мутацию в худшую сторону. Но пока рано об этом говорить. И пока никому ничего не говори, хорошо, Марк?

— Хорошо…

Глава 12

— Не было печали, черти накачали. Но Софья, на меня, ещё там, у нас кровь их попала мне на лицо. Фактически залило. И у Василия толи одного, толи двух такой же дикий порвал. Но они выжили и не стали тварями. И этот Никита мне шрамы на груди показал. Тоже от дикого. И что? Почему с нами не сработало, а с этой Тамарой сработало? Может на мужчин не действует, а только на женщин?

— Я не знаю пока, Марк. Всё может быть. Но у меня есть образцы крови и тканей диких ещё оттуда, до того, как мы ушли в поход. Я сейчас их сравниваю с теми, что ты мне принёс. Есть различия. Почему я и сказала, что вирус продолжает мутацию.

— Понятно. Одним словом, чем дальше в лес, тем толще партизаны!

— Что-то в этом роде. Бутылочное горлышко. Помнишь я тебе об этом говорила?

— Это когда человечество стоит на рубеже, толи исчезнет, толи всё таки выживет?

— Да. Я думала мы его прошли, это бутылочное горлышко. Но если сейчас подтвердится моя теория, то мы его ещё не прошли.

— Ладно, работай. Я пошёл.

— Марк, пока никому не говори. Не надо раньше времени пугать народ.

— Я понял. Но меры надо будет принять. Стараться не входить в близкий контакт с дикими. А если кто-то всё-таки вошёл и пострадал, изолировать такого.

— Совершенно верно.

Вернулся в наш вагон, зашёл в купе. Ольга, Илья, Анна и Кира играли в тысячу. Илья записывал результаты. Люся сидела там же возле окна и наблюдала за игрой.

— Марк, ты чего такой? — Спросила меня Ольга.

— Какой такой?

— Словно пыльным мешком ударенный.

— Да вот, Люся как на охоту выйдет, так обязательно вся уделается. Мне тут Паша идею подкинул. Фартук ей кожаный сшить, до колен. Пусть в нём бегает. Или вообще всё из кожи на неё одеть. Куртку, шорты или юбку короткую.

— Хорошая мысль. Только фартук сами надеваете. Ещё чего не хватало. Да, Люся? Она девочка, а не дворник или мясник на скотобойне. — Возразила Ольга.

— Ошибаешься, дорогая. Если бы ты видела, что она устроила в последний раз, то не была бы столь категоричной насчёт скотобойни.

— Перестань, Марк. Надо подумать. — Кивнула Оля. — Пошаримся в первом крупном населённом пункте. Найти надо магазин, где продавалась одежда из кожи. Хотя, зачем ждать. Остановимся когда, я в нашем УАЗе посмотрю. Я туда всю нашу одежду, Марк, сложила. Там у меня есть кожаная куртка, на Люсю пойдёт. И штаны кожаные. Можно будет из них Люсе шорты сделать, если полностью штаны носить не захочет.

Я взглянул на Люси. Она смотрела то на меня, то на Ольгу. В этот момент заметил у неё на плече, из-под короткого рукава футболки лейкопластырь. Не понял. Как я раньше не заметил? Хотя может и заметил, да не придал значения?

— Люся, иди ко мне. — В глазах девчонки появился вопрос. — Люся, вылезай оттуда. Подойди ко мне.

— Марк, пусть сидит. Зачем она тебе? — поморщилась Ольга.

— Надо. Хоровод хочу с ней начать водить и танцы с бубнами танцевать.

Люся перебралась ко мне по ближе. Я коснулся лейкопластыря. Медицинский. Оторвал его.

— Марк, ты чего делаешь? Я ей недавно наложила. — Возмутилась жена. Крови не было. Рана выглядела так, словно ей уже несколько дней.

— Лейкопластырь ты ей накладывала, как я понимаю?

— Да. Софья привела её ко мне, как помыла. Попросила наложить.

— Рана глубокая была?

— Ну так, средне. Да ерунда, Марк. Люсе такие раны, как слону дробины. У неё похлеще были и ничего. Сутки-двое и всё, как огурчик, только кормить её успевай.

— Ну да, ну да. Люся, пойдём со мной.

— А куда вы? — Опять спросила меня Ольга.

— Прогуляемся. Я же сказал, танцы с бубнами… Всё нормально. Играйте. Люся, пошли.

Я вернулся назад к Софье. Она смотрела на экран монитора ноутбука, к которому был подключён микроскоп. Увидела нас с Люсей.

— Марк, мне компьютер нужен по мощнее… А ты чего вернулся, да ещё с Люсей?

Я повернул девчонку к Софье тем плечом, где была рана.

— Софья, у Люси рана. И она была вся в крови диких. Дальше продолжать?

— О, Господи. Как же я так упустила это из вида? Люся, деточка, подойди ко мне.

Софья усадила Люсю на кресло. Та сидеть нормально отказалась и попыталась устроится, подогнув под себя колени. Смотрела то на Софью, то на меня вопросительно.

— Я у неё кровь возьму… Марк, если с Люсей что случиться, я этого не переживу.

Я увидел, как у женщины даже руки дрогнули.

— А ты не паникуй раньше времени. Кровь бери у неё и смотри в свои окуляры. Я верю, Люся у нас крепкий орешек. Её на кривой кобыле не объедешь.

Софья взяла у Люси кровь в шприц. Девушка посмотрела на меня.