Орта Миос (СИ) - Афинский Владислав - Страница 13

Воин, который метал боласа, служил приманкой. Во время боёв с хищниками он отвлекал животных, благодаря своей скорости и реакции. Поэтому он был легко одет и вооружён лишь коротким мечом, которым толком и не пользовался.

До последнего момента в глазах его горела надежда. Вот он уже подкрался со спины к врагу, делает тычок, как вдруг воительница резко оборачивается и хватает его прямо за кисть.

Второй рукой он тоже схватился за рукоять, но силы оказались не равны. Последние секунды своей жизни он молил о пощаде, пока лезвие собственного оружия подходило всё ближе к горлу, после чего прошло насквозь, но не задело позвонки. Чтобы гад страдал подольше, захлёбываясь в собственной крови.

Этиамарий уже без дротиков не знал, что ему теперь делать. Взгляд его скользил по всему полю боя, изучая местность, подмечая всё новые детали. Мозг лихорадочно работал, пытаясь найти наиболее выгодную стратегию, которая поможет достичь победы. А потом ему прямо в лицо прилетел щит, сломав носовую кость, что стало причиной кровоизлияния в мозг и смерти.

— Да как так! — с задержкой выдал господин Кир’Раэл. — Грёбаные ленивые бездари! Никчёмный мусор!

— Она довольно сильный маг. Даже с учётом рунных блокаторов, её физические показатели остаются слишком высокими. А ваши рабы явно недооценили врага.

— Это грёбаная случайность и ничего более, — отмахнулся явно раздражённый Брул.

Понять его можно. Сначала он бахвалился перед новичком, а теперь сам сел в лужу. Кроме того, все его попытки оправдаться выглядели ужасно жалко, что даже Ланс не смог сдержать лёгкой улыбки, которая ещё больше взбесила тёмного эльфа. Однако сильнее всего господин Кир’Раэл всё же обижался на самого себя. Он уже не первый раз видит выступления этой дикарки. Но своим рабам он рассказывал про лёгкую победу…

— Господин Бальмуар, — рядом появился раб, обслуживающий трибуну. — Достопочтенный господин Декар Шурво из великого истока Дкал’Алинтар просит вас рассмотреть возможность вашего дополнительного выступления. Планы пошли немного не по тому сценарию.

— Да, хорошо. Я не против. Передайте достопочтенному господину Декару Шурво из великого истока Дкал’Алинтар моё восхищение этой ареной и его гостеприимством.

Раб глубоко поклонился, после чего отправился в центр трибуны, где сидел сам Декар и другие акционеры этой арены.

— Думаете у ваших рабов получится лучше? — Брул снова одел излишне любезную маску с лёгкими оттенками снисходительности. — Хотя мои этиамарии уже знатно вымотали эту потаскуху.

— Рабы? — удивлённо переспросил аристократ, поднимая свои брови. — У меня только один боец.

— Один? — едва сдерживая смех, произнёс господин Кир’Раэл. — И на что вы рассчитываете? Или господин Шурво ещё кого-то вместе с вами выпустит?

— Я не рассчитываю, я точно знаю, что мой этиамарий победит.

— Да ну? — Брул ещё и прыснул, показывая своё пренебрежительное отношение: это же надо, только один раб у этириданоса… позорище. — Может тогда ставку сделаем?

— Поберегите свои деньги, — со вздохом Ланс наконец-то посмотрел на своего собеседника взглядом полного сожаления. — И если позволите, то дам вам сразу же второй совет. Меньше говорите, больше делайте.

От услышанного господин Кир’Раэл опешил и слегка побелел. Но всё же решил промолчать, ведь так странно светятся эти янтарные глаза… С сильными магами нужно действовать осторожно, желательно за их спинами.

Ланс в свою очередь сразу же пожалел о сказанном. Ведь подобные слова сродни пощёчине. А ещё господин Кир’Раэл так-то тёмный эльф. Как бы сказанное против аристократа потом ни обернулось. Но что поделать, этот шут сам затыкаться не хотел и начинал борзеть.

Наконец-то на арену вышла Ада. В своём обтягивающим наряде напоминающим платье. Сразу в глаза бросалось её прекрасное тело, столь изящно подчёркнутое тканью. Брони почти не было, что вызвало новую усмешку Брула. Его желание увидеть позор коллеги по соседству казалось вот-вот материализуется. Хорошо хоть магом он являлся таким же бездарным, каким и этириданосом.

А затем Ада резво выхватила свой кнут и сделал буквально пламенный щелчок. Вместе с тем и подаренная диадема загорелась огнём, который окутал волосы и создал красивую ару вокруг. Не заставили себя ждать и удивлённые взгляды местных, которые редко видели здесь магов огня.

Окровавленная воительница к этому времени уже успела разделать трупы. Кости и конечности стали её новым метальным оружием, как и обломки металла.

Но Огненная Бестия двигалась плавно и аккуратно, следя за каждым движением своего врага. Она легко уклонялась от снарядов, а когда дистанция сократилась в ход пошёл кнут. Теперь пламенные вспышки ослепляли дикарку, не давая той прицелится.

Оставалось делать ставку на ближний бой. Но и тут Ада имела преимущество. Потоки огня били прямо в глаза, закрывая обзор и позволяя Огненной Бестии легко уходить в сторону от смертельных ударов. И во время каждого пируэта длинный меч в правой руке оставлял новую царапину на теле дикарки, которая действительно уже устала от постоянных боёв без отдыха.

Удивление перенеслось и на главную трибуну. Слышимость здесь весьма хорошая, и слух у всех крайне хороший. Даже тот гном, который сидел особняком, он наблюдал за своим конкурентами, за их мимикой, запоминал каждое слово.

Это понимал и Кир’Раэл, который начинал выглядеть всё глупее. И те слова «Поберегите свои деньги»… они теперь приобретали совсем другой оттенок. Сначала подобное ещё можно было списать на трусость и неуверенность господина Бальмуара, но теперь в них виднелись снисходительное одолжение и забота о ничего не понимающем Бруле.

— Она ловко двигается, — подметил один из этириданосов. — А ещё она благородной крови, пусть и не нашей. Но так даже лучше. Пусть эти надменные белокожие любители Четырёх из Акерона слюной от бешенства подавятся, когда узнают, что их сородич нас развлекает.

— Господин Бальмуар, — через где-то десять минут снова вернулся знакомый раб с новым посланием. — Достопочтенный господин Декар Шурво из великого истока Дкал’Алинтар, передаёт вам свою благодарностью. Также отдельно он попросил уведомить вас о его восхищении вашей рабыне. Но пора заканчивать.

— Заканчивать? — задумчиво произнёс Ланс, наблюдая как Огненная Бестия легко кружит вокруг сломленной дикарки. — Её обязательно нужно убить?

— Именно так, — вежливо пояснил раб, но сам вопрос вызвал куда больше интереса у других этириданосов.

— А что ещё с ней делать? Пощадить и на свободу отпустить? — сразу же съязвил Брул, видимо уже считающий человека рядом за своего кровного врага.

— Вам бы действительно стоит заткнуться, господин Кир’Раэл, — довольно грубо и презрением в разговор вмешался ещё один тёмный эльф, сидящий справа: тоже этириданос, но в статусе алетиса. — Вы уже всех достали.

— Прошу прощения, господин Велдер, я не хотел никого обидеть, — промямлил Брул и снова заткнулся.

— А как звать…

— Тебя это волновать не должно, человек, — всё тем же жёстким тоном выдал господин Велдер, не скрывающий особую интонацию, с которой оказалось произнесено последнее слово. — Эту дикарку уже пыталась обучить госпожа Киране, которая добилась лишь позора. Эта тварь необучаема, что вам непонятно? Или вы действительно думаете, что у вас получится её обуздать? Она даже пощаду попросить не может! Ей плевать на свою жизнь, она не боится смерти, а на хозяев смотрит, как на мусор, сколько её не избивай. Или вы действительно считаете, что сможете добиться большего, чем госпожа Киране? Кто вы такой, чтобы вообще что-то спрашивать? Вы кателий, которого сюда из жалости пригласил господин Шурво. Так что лучше помалкивайте и не задавайте глупых вопросов.

Не передать словами насколько Ланс разочаровался от услышанного. Наверное, действительно стоило лучше следить за словами. Ведь заданный вопрос и сомнения вон как быстро оказались перекручены в чуть ли не прямое оскорбление самой госпожи Киране и рода Нар’Авид.