Куда ведут все карты (СИ) - Кей Дарья - Страница 50

В этот раз писал Рок, и сообщение его вызывало настороженность и недовольство.

— Что такое? — спросила Лиз.

— Роквуд говорит приехать в штаб сейчас же. Видимо, что-то серьёзное.

Он покачал головой и скинул одеяло. Потянулся к вещам. И, пока он переодевался, Лиз куда-то убежала, а вернулась с большой чашкой, которую держала в обеих руках.

— Я не знала, что ты пьёшь и из какой кружки, — сказала она, осторожно, чтобы не расплескать, опускаясь на колени на кровать, и передала её Максу, — но подумала, что чай — отличное начало дня.

Он недоумённо смотрел на кружку, понимая, что никто не приносил ему чай в постель, наверно, с самого детства. Да и он сам с полгода ни для кого так не делал.

— Спасибо, Лиззи, — принял он чай. — Ты давно не спишь?

Она умостилась рядом, поджав под себя ноги, и пожала плечами. Сказала, что, наверно, проснулась с час-полтора назад, но не захотела его беспокоить, а потому сама разобралась с тем, как закипятить воду и заварить чай (дома у Агаты этим всегда занималась Пэтти, но Лиз умела пользоваться зажигалками, а потому кухню не подожгла), а ещё ограбила холодильник и ящик, где Макс хранил хлеб.

— Возвращать за это деньги ты, конечно же, не собираешься, да? — пошутил Макс, подмигивая.

Лиз надула губы.

— Разумеется не собираюсь! И вообще могу затребовать чаевые за работу официанта.

— О нет! Надеюсь, я смогу откупиться традиционным утренним кофе?

Лиз улыбнулась, пряча глаза, и тихо сказала:

— Не стоит. А то потом я в жизнь не расплачусь за весь этот кофе…

— Да ладно, ты-то легко расплатишься.

Она вскинула на него голову и густо покраснела до ушей. Извинившись, Лиз убежала в ванную переодеваться, чтобы не задерживать Роквуда, а Макс остался убирать кровать и думать, а не рано ли он пытается перевести их отношения в несколько новую плоскость.

Лиз, впрочем, такими мыслями обременена не была и за всю их поездку до коллегии не обмолвилась ни разу ни о ночи в его доме (да и должна ли была, если они уже спали так в отеле на Утёсах и в поезде), ни о его словах, которые её явно спугнули, ни о том, что вообще что-то происходит. Она только чмокнула его в щёку, выходя (хотя ни разу раньше так не делала), и попросила не уезжать слишком надолго. Макс не знал, как пообещать то, на что не имеет влияния, и просто кивнул, а сам переехал через двор и припарковался прямо у лестницы штаба рядом с красным внедорожником Роквуда.

В кабинете майора не было никого, Макс даже удивился. Роквуд докуривал сигарету, и вонючий дым стелился, как туман над рекой, и всё тонуло в таинственной дымке. Макс махнул рукой перед лицом и предложил открыть окна, чтобы впустить в аскетичный прокуренные кабинет хотя бы глоток кислорода. Роквуд махнул рукой:

— Что хочешь делай. Всё равно щас поедем. Шкипер написал из Колби. Инспектор хочет, чтоб мы это проверили.

— Настолько серьёзно?

— Похоже. Умел бы он читать через машинки, было бы проще, а?

Макс покачал головой. Роквуд Уильяма будто недолюбливал, хоть никогда на регалии инспектора не покушался. Он просто считал себя старше, умнее, опытнее, раз прожил лет на пятнадцать больше «мальчишки, которого поставили новым инспектором» — так Роквуд отозвался о Уильяме, когда того утвердили на должность. Буквально в то же время, когда Макс сам попал в команду.

Тем не менее «мальчишке» Роквуд подчинялся беспрекословно, а потому они с Максом ехали сейчас с Твин Шлив, графство Колби. Ехали быстро, намного превышая скорость, но Роквуд никогда не осторожничал. Значок от наёмного корпуса, бумага от инспектора королевской полиции и всегда на полную заражённый пистолет — вот его обереги от каких-либо штрафов. А ещё двадцать лет опыта вождения и мгновенная реакция. Макс бы так не смог.

Когда-то кто-то пошутил, что с такими навыками Роквуду стоило стать личным водителем Уильяма, на что Рок, перебросив сигарету из одного уголка рта в другой, хмыкнул: «Только если вам хочется нового инспектора».

В Твин Шливе их встретил Говард Шкипер сам. Он казался классическим полицейским из брошюр, которыми пытались завлекать молодых людей в академии: высокий, статный, улыбчивый. Не знаешь, какова его должность, спутаешь с актёром или, чего доброго, со знатной особой. Но Шкипер происходил из небольшого города в графстве Гельзенкипен на дальнем севере. Там он на голову обходил всех сослуживцев, за что его и пригласили в столицу, где он быстро дослужился до младшего гражданского инспектора, а потом познакомился с Роквудом и тоже попал в наёмный отряд. Со службы, правда, не ушёл, но частенько пропадал в командировках, которые и не снились старшему гражданскому инспектору.

— Так что, говоришь, случилось? — спросил Макс, когда их угостили доставленными прямо в отделение местной полиции полуночным ужином. В еде Макс сразу узнал картошку и бараньи шашлыки из того трактира, куда они заходили с Лиз первым вечером в Твин Шливе.

— Помнишь бандита, которого ты подстрелил, Макс? — спросил Шкипер. — Его отравили несколько дней назад, тогда же, когда мы перевели его из тюремной больницы в обычную камеру. Моя командировка должна была уже закончиться, но это… Придётся задержаться подольше.

Макс и Роквуд закивали с пониманием.

— За что отравили?

— Видимо, чтоб не болтал.

— Он ж ничего не рассказал толком, — фыркнул Роквуд, отбрасывая обглоданную шпагу второго шашлыка. — Только про убитых, а толку-то с них?

— Значит, знал что-то ещё, — пожал плечами Шкипер. — В любом случае, спасти его не удалось. Но мы вытащили другого. Помните лавочника из «Амбера»? Его пытались отравить вчера, но обошлось. Мы его спасли. Сейчас отлёживается в палате.

— Этот тоже ведь был в тюрьме? — удивился Макс и с подозрением покосился на еду.

— То-то и оно. Думаешь, кто-то бы вызывал вас из столицы, будь всё так просто? Тут бы и без меня справились. Подумаешь, отравили контрабандиста-мошенника. Ан-нет! Как только он пришёл в себя, сразу затребовал Уильяма, хотя на контакт не шёл весь месяц. Уильям, разумеется, слишком для этого занят, но, — он по очереди посмотрел на Макса и Роквуда, — видимо, он доверяет вам больше остальных, ребята.

— Предположения, кто из местных мог это сделать? — спросил Роквуд. Его никакие яды от поглощения жареного картофеля не отвращали.

— Мы взяли нескольких на карандаш, разумеется. Все уверены, что никто из постоянных служащих не мог такого сделать. Не могу судить, но подозрительнее всего сейчас человек, которого видели патрулирующим обе камеры в те дни. Сэмюель Фигг. Перевёлся буквально за пару дней до нашего приезда из северного подразделения. Сказал, что должен был проработать неделю, но в итоге застрял.

— Спорим, ему сказали, что Колби — самое тихое графство? — прыснул Макс.

— Человеку с севера к стрельбе и беспорядкам не привыкать.

— Особенно, если он приехал, чтобы стрельбу и беспорядки поддержать.

Шкипер и Роквуд переглянулись, будто вспомнили что-то общее, и ухмыльнулись.

А Макс спросил:

— Чем их травили?

— В лаборатории соседнего графства говорят, стрихнин. Кто-то подсыпал слишком много. К тому же его кто-то подкармливал ботулоксином. И нашего подстреленного, кстати, тоже.

— Видимо, он слишком медленно действовал, они решили поспешить, — хмыкнул Роквуд.

Ботулоксин — средство недешёвое, достать, если ты не врач, очень сложно. Если, конечно, у тебя нет больших связей. Использовать его для подкормки мог только тот, у кого навалом и денег, и времени, но кто точно заинтересован результатом.

— Что такого мог знать лавочник? — спросил Роквуд, заливаясь слабоалкогольным пивом из жестянки. — Он, по его словам, никого даже не видел, кроме этой троицы.

— Значит, врал, — предположил Макс.

— Карту он держал в руках точно, — сказал Шкипер. — Может, видел кого-то ещё, чёрт его знает. Уильям сказал, что лавочник лгал, что не знает заказчика.

— Видимо, теперь хочет рассказать всё, что знает. Почувствовал, что близко к смерти.