Огненные оковы дракона (СИ) - Безбрежная Анна - Страница 30

— Одна, красавица? — густым басом молвил один из мужиков, со щербинкой между гнилыми зумами и подсел ко мне. От него пахнуло потом и немытым телом. Я попыталась отодвинуться, но жесткая рука притянула меня ближе к нему. Мужик хохотнул, а его товарищи ухмыльнулись, показывая желтые кривые зубы. Как мне стало противно!

— Отпустите меня! — получилось жалобно, а я хотела произнести это твердо и уверенно. Руки уперла в его грудь, стараясь отодвинуться, но тщетно. Он грубо засмеялся и еще ближе прижал меня к себе, потом наклонился ко мне близко, и с шумом втянул воздух возле шеи.

— Сладкая, — хмыкнул одобрительно мужик. А потом взял прядь моих волос и поднес к своему носу, вдыхая. — Малинкой пахнет. — В его глазах плясало чувство превосходства над слабым. Я довольно часто такое выражение лица встречала у мужчин: «Я сильнее тебя, девочка, и могу сделать с тобой все, что захочу». Мир мужчин жесток, и женщине приходится в нем нелегко.

И тут я вспомнила, что где-то недалеко ходит Грэг! Открыла рот и… звук потонул в огромной мозолистой ладони бородача.

— Тихо, — глаза мужика в миг стали злыми, а взгляд колким. А вместо зрачка показалась луна. Нет не луна, серебряный вытянутый серп, словно засияло ночное светило на бархате черного небосвода.

Мужик обхватил меня мощными ручищами и сдернул с бревна. Он сразу же рванул быстро с места, и тут же набрал скорость, утаскивая меня в непроглядную тьму. Я истошно кричала, получалось мычание, а попытки вырваться он словно и не замечал. Мужик был раза в два тяжелее и в три раза сильнее меня. Остальные его товарищи молча бежали рядом с нами. Лес оставался далеко позади, где был Грэг и спасение. «Грэг, помоги мне!» — молилась про себя. Эти мужики, как пришли из темноты, так и скрылись в ней, унося меня с собой.

***

Рядом мелькали темные силуэты мужских фигур — они бежали быстро и бесшумно. Меня трясло от страха в стальных руках бородача, что обхватили меня, а рот мне заткнули грязной тряпкой. От привкуса затхлой нестиранной ткани меня тошнило. Я отчаянно пыталась мычать, но все был тщетно — мы неумолимо удалялись от нашей с Грэгом стоянки, исчезая бесследно в ночи.

«Грэг… — молила про себя. — Найди меня! Спаси…»

Пред нами расступились деревья, и мы ворвались в темный лес. Неспокойные голоса ночной чащи заставляли еще больше напрягаться. Заунывная песнь ветра терялась между высокими макушками деревьев, а стрекот сверчков вторил шороху листвы под ногами. Заухала где-то сова, завыл тоскливо волк, и ему подпели еще несколько хищников леса.

Отчаяние поглотило меня, затопило разум черной мглой безнадежности. Я болталась на плече здорового мужика безвольной куклой.

Спустя некоторое время, меня бросили под кусты, особо не церемонясь. Я больно ударилась спиной и своими многострадальными коленками, что и так были содраны. Застонала и перевернулась на бок, вытащив, наконец, зловонную тряпку изо рта. Пыталась через темноту ночи рассмотреть, где мы. Лунный свет выхватывал черные тени деревьев. Сложный запах ночного леса проник в нос — все лучше, чем вдыхать терпкий пот мужика, который нес меня. Бородачи собрались в кучку на поляне и что-то обсуждали. Я прислушалась, вдруг это мою судьбу решали? Что они со мной сделают? Зачем я им? Вопросы множились, а от страшных картин моего будущего, что мелькали калейдоскопом в голове, кровь стыла в венах. Задрожала от страха, накручивая себя. Желудок скрутило жгутом, и я засучила ногами, пытаясь приподняться, все конечности затекли и плохо слушались. Может, уползти? Тут темно, и можно попытаться скрыться за ближайшими кустами. И только решилась на побег, меня вновь подхватили грубые руки и опять закинули на плечо болтаться тряпкой.

Мужики резко набрали скорость, и бежали так быстро, что только ветер шумел в ушах. Чувствовать мозолистую лапищу бородача на оголенных бедрах было очень неприятно. Платье безнадежно задралось почти до талии, оголяя панталончики. Мне было неловко и страшно, ведь они мужчины, и мне не хотелось бы слишком привлекать их внимание ко мне, как женщине.

Глова болталась, словно спелая груша на дереве, под порывами ветра. Сколько продолжался этот марафонский забег не знаю, но вдруг мы остановились на прогалине. И меня занесли в хижину. Чуть позже присмотревшись, поняла, что это просто шалаш из веток. На полу набросаны сухие пожелтевшие листья. Прелый запах земли и грибов ударил в нос. Меня бросили в угол, не стремясь быть осторожными со мной. Досталось в это раз моим локтям. Заохав, чуть привстала и села, вжимаясь спиной в колючие ветки стен шалаша. Мужики сели на корточки и о чем-то заговорили. И тут я услышала! Их речь была другая. Клекот и рокотание. Резкие звуки доносились из их горла. Кто они?

Сквозь ветки шалаша проглядывал бледный свет луны, резавший землю и падающий на щеку в пятнах грязи мужика с рыжей бородой.

«Неужели меня никто не спасет?» — все внутри сжалось, и захотелось превратиться в маленькую былинку, уносимую отсюда ветром. Я чуть не заскулила от страха, но вовремя сжала зубы. Не хочу как можно дольше привлекать к себе внимание страшных похитителей.

Поглядывая украдкой на мужиков, я не смогла среагировать на тот момент, когда один из них резко обернулся и дернул меня за ногу. Я упала на спину от неожиданности, и тут же в один миг ко мне подскочили другие мужики. Один из них сжал больно руки над головой, удерживая за запястья. Я стала вырываться, но это было сродни тому, чтобы сдвинуть гору. А один из бородачей сел мне на ноги и… его огромные руки-лопаты, зашарили по моему телу, помяли грудь, погладили живот и задрали платье до талии. Его хищные глаза блеснули серебром в темноте, и он засунул руку мне между ног! Раздался мерзкий смех и ему вторили товарищи, о чем-то весело переговариваясь на своем языке. Я закричала что есть мочи:

— Нет! Не трогай меня! Отпустите! — Но тут же тяжелая рука закрыла мне рот. Она была такая широкая, что и нос в ней утопал. Я подумала, что мне конец, потому что дышать из-за этого я не могла. Когда замычала пуще прежнего, мужик руку убрал чуть ниже, давая вдохнуть воздух.

Раздалась довольное рычание, и один из мужиков раздвинул мне ноги, и быстро лег между ними. Я задергалась под ним, и такое накатило сильное чувство гадливости и безысходности, что я заскулила. Захотелось рыдать и выть от досады и омерзения. Если останусь живой — кожу с себя сдеру, лишь бы не ощущать их фантомных прикосновений, не чувствовать запах немытых тел и мокрой шерсти, что от них разило. И тут услышала треск ткани — с меня содрали панталончики. Я испуганно замерла. А лежавший сверху меня мужик, издал одобрительный возглас. Тот, кто удерживал мои руки над головой, сказал что-то похабное и хохотнул. «Нет… нет…»

И вот я почувствовала, как толстая горячая головка уже коснулась входа. Я открыла широко глаза, ожидая болезненного вторжения. «Нет…»

И тут сильный порыв ураганного ветра сдул шалаш! Ничего не осталось, ни ветки. С рыком с меня вскочил мужик, на ходу застегивая штаны. Хватка с моих рук пропала, и другие бородачи молниеносно выстроились в линию рядом с насильником. Я повернула голову — Грэг. Передо мной предстал взбешенный муж, казалось, из его ноздрей шел пар, как от выпущенного огня дракона. Он широко расставил ноги, кулаки сжаты, а глаза пылали лютой злобой.

Грэг быстро пошел на бородачей, а те в ответ ощерились и зарычали, словно звери. А дальше произошло что-то невообразимое. Мои глаза даже не успели увидеть тот момент, когда из размытого марева появились вместо бородачей огромные животный на четырех лапах, с выгнутой спиной, словно горб, и длинной серой шерстью. Помесь волка, гиены и медведя. Это было жутко и я, кажется, попала на самое дно Бездны.

Глава 21

Рык, и Грэг кинулся на них, в его руках пылали огненные булавы, искры отскакивали на метр. Вой, и с оскаленными пастями на него прыгнули трое страшных существ. Крик, и я отползла к дереву, вжимаясь в его шершавый ствол. Вспышка, и обожженное тело одного из оборотней отлетело на пять метров, падая на землю уже обугленным скелетом.