Тени не исчезают в полдень (СИ) - Бережная Елизавета - Страница 37

Алек сжал кулаки. Ногти впились в кожу ладоней. Останутся следы. Они сойдут, в отличие от шрамов, которых у Алека немало.

— Что мы делаем? — переспросил Арсений.

— Как только он появится, я к двери, ты к окну. Если Макс не среагирует, я к нему, ты контролируешь выходы, — шёпотом объяснил Алек.

Сеня кивнул, задумчиво уставился в планшет и вдруг встрепенулся, словно вспомнил что-то важное. Алек резко схватил его за руку. Не хватало ещё очередного погрома.

— Дашь мне пистолет, — попросил Сеня. Глаза его загорелись. Алек даже в темноте заметил, что он весь пылает от нетерпения.

Пистолет. Алек совсем забыл. Конечно, взять табельное оружие просто так никто не позволит. Но ведь можно было в конце концов одолжить у Камиллы. Она поняла бы. Теперь же из-за грубой халатности Арсений оставался беззащитным. Этого Алек допустить не мог.

— Ещё бы. — Он усмехнулся, подкинул пистолет и протянул Сене.

Журавлёв ухатился за оружие и долго ещё восторженно рассматривал его со всех сторон. Он и не подозревал, что Алек отдал свой пистолет.

— Теперь готов?

Арсений кивнул и положил наконец пистолет возле себя, чтобы легче было схватить, когда понадобится.

— Стрелять хоть знаешь как?

И снова утвердительный ответ. Алек поверил. Да и неподходящее место — тёмная кладовка, чтобы проводить уроки по стрельбе. Арсений покрутил камеру через планшет. Никакие тени не шевелились. Не двигался даже Макс. Только вырывающийся из окна ветер прятался в занавесках и разбегался по комнате.

Алек следил за хлопающими листами бумаги на столе и думал, как исправить свою ошибку. Подставлять Сеню он не мог. Но и оставаться беззащитным самому было бы чистым безумием. Алек нащупал в кармане складной ножик. Для самозащиты он годился, но против вооружённого преступника едва ли был бы полезен.

Алек разложил ножик. Лезвие блеснуло в свете экрана планшета. Этот нож уже спасал Алеку жизнь. Только на него можно было положиться и сейчас. Убийца ведь тоже орудовал ножом. А Макс успеет, среагирует. И Сеня с пистолетом.

Журавлёв, словно услышав мысли Алека, снова поднял оружие и бережно покрутил его в руках. Такого внимания к пистолету Алек еще не видел. Пошёл бы Сеня в полицию. Такие ребята нужны.

Алек понял вдруг, что не ему учить Сеню. Он в шестнадцать был независимым взрослым человеком. Жизнь заставила. Станешь независимым, когда довериться некому и на руках младшая. Алек не мог и осуждать Сеню. Он делал то же самое, также шёл на риск, на безумную авантюру. А ведь не потому, что это его работа и справедливость должна торжествовать. Пусть за справедливость борются правильные полицейские. Алек хотел знать правду, отомстить за друга и спасти невиновного. Сеня ведь жаждал того же.

А ещё Алек хотел, чтобы всё закончилось. И только правда могла бы уничтожить проклятые тени. Только солнце. Полдень.

Глава 19

Полночь. Алек не знал точного времени. Пожалуй, уже и час, может, два. Он не боялся, что заснёт. Тело ныло от неудобного положения, спёртый воздух жёг лёгкие, от духоты кружилась голова. И натянутые нервы ощутимо колебались от каждого шороха снаружи. Алек поглядывал на планшет. Он не заметил, как начал теребить волосы также, как Сеня теребил шнурок.

Алек боялся. Он признался бы в этом. Бесстрашие — глупость. Смелость — борьба со страхом. Алек боролся, но смелым назвать бы себя не смог. Вот Сеня смелый. В его возрасте Алек всё делал только ради себя и Ники. Чтобы отвлечься, он стал сравнивать Сеню и Машу. Оба ещё юные, чистые, впервые узнали, что такое смерть. И оба готовы помогать, не думая о себе. Они сошлись бы характерами.

Алек улыбнулся своим мыслям. Потом он обязательно познакомит Арсения с Машей. А пока, ещё раз провернув нож в пальцах, Алек выглянул в щель между стеной и дверью.

Сузившийся до тесной кладовки мир снова расширился, выпрямился, ожил. Сквозь экран он казался маленьким и простым. Ощутимыми стали ласкания ветра, его шёпот не могло заглушить жужжание комара над ухом. Алек едва сдержался, чтобы не открыть дверь сильнее. Из-за неё так притягательно веяло свежестью.

При свете луны искрящиеся дорожки падали на ковёр и блестели маленькие звёздочки на каждой его ворсинке. А вокруг этих звёздных путей пряталась по углам темнота. В центре свет разрывал её в клочья. Темнота кралась вдоль стен и застывала нелепыми силуэтами, чёрно-белыми картинками на обоях.

Алек понял, почему Макс не отходит от окна. В лунном свете и свежем ветре крылась надежда, которая боролась со страхом и побеждала. Алек следил за тенями на стенах. Ни одна из них не шевелилась. Обездвиженные и корявые тени пугали. Было в них что-то потустороннее, сверхъестественное.

Тихий скрип разорвал тишину. Алек вздрогнул. Макс насторожился, но сообразил, что оборачиваться не следует. По камерам Алек видел, как сжали край подоконника его пальцы. Макс искал ответ в отражении на окне. Алек сквозь щель поглядывал на дверь. Скрип не повторялся. И снова мёртвая тишина накрыла комнату.

— Что это было? — не выдержал Арсений.

Алек наклонился к самому его уху, чтобы ответить. Говорить громче он побаивался. В этой тишине каждый звук казался раз в десять громче. Простое тиканье часов за стеной било по ушам похлеще выстрелов. Алек чувствовал: это обратный отсчёт.

Скрип повторился, перешёл в скрежет и снова затих. Сеня схватил пистолет. Алек нащупал нож и приготовился распахнуть дверь и выдать себя, когда придёт время. Макс спрятал руку в карман. Он всё слышал.

Алек подозревал, что мог ошибиться — принять за попытку взлома случайное шуршание животного или возвращение пьяного соседа. Но чего никак нельзя было ждать, так это стука. Три быстрых удара не вписывались в напряжённую атмосферу ожидания. Алек вспомнил, что все трое жертв знали своего убийцу и, возможно, сами впустили в дом.

Стук повторился. Макс отвернулся от окна и замер в нерешительности, не убирая руки из кармана. Он поглядывал на дверь кладовки и ждал знака. Алек рискнул высунуть голову и прошептать:

— Давай, только осторожно. Мы прикроем.

Макс медленно двинулся к двери, вымеряя каждый шаг, и так тихо, что Алек не мог расслышать. Уже по камерам Руденко видел, как он подкрался к самому порогу и заглянул в глазок. Какого же было удивление, когда с абсолютной готовностью без всяких предосторожностей Макс распахнул входную дверь.

— Ну здравствуй. Что-то случилось?

Алек перехватил у Сени планшет. Он не верил своим глазам. Макс стоял у открытой двери, и рядом с ним Андрей. Сомнений быть не могло. В простой гражданской одежде в капюшоне, скрывающим часть лица, да хоть бы в маске, не узнать Андрея Алек не мог.

— Так, ничего, — выдохнул Воронцов и закрыл за собой дверь.

— Подполковник? — прошептал Сеня за спиной. Один его вопрос отражал все мысли Алека в этот момент.

Макс провёл Андрея в зал, указал на диван и несколько секунд неподвижно смотрел на дверь кладовки, ждал от неё совета. Но дверь молчала. Сеня хотел было выдать себя, только Алек не позволил.

Как-то уж очень странно выходило. Объяснений у Алека было пока два: или Андрей всё понял и надеялся помешать рискованной операции, или это простое, пусть и невероятное совпадение. Первый вариант отпал, когда прошли долгие пять минут молчания. Андрей об операции не говорил — значит, не знал. И вроде правильно было бы открыться и всё рассказать, подключить Воронцова с его опытом и пистолетом. Но Алек медлил. И Макс оставался по-прежнему напряжённым.

— С тобой все в порядке? — Именно так спросил бы Андрей. Алек боялся собственных мыслей. Неужели он подозревал, что под обликом Андрея может скрываться кто-то другой?

— Если бы не тени… — Макс вздохнул и опустился на диван рядом. Он больше не держал руку на пистолете — доверился. Алек боялся только одного: как бы Макс всего не выдал.

— Тени… Они внутри нас. — Шёпот перешёл в зловещую усмешку.

Алек прильнул к двери. Андрей был уже на ногах. Макс подскочил в недоумении. Их разделяли какие-то полметра.