Богатырша (СИ) - Крот Анастасия - Страница 12

— К знахарке. Дарену нужна помощь.

Юноша показался из-за Ярославы. Его рука действительно не выглядела здоровой.

— Нечего ходить к этой ведьме! — бросил староста и пошел дальше. — И нечего слоняться девице незамужней с юношей. Замуж потом никто не возьмет.

Ярослава закипела то ли от злости, то ли от стыда, то ли от обиды. Какая вообще разница этому мужику, чем занимается княжна⁈

— Пойдем, — Ярослава резко развернулась и пошла дальше в сторону хижины, пытаясь скрыть рвущиеся наружу чувства.

Необычная парочка продолжила свой путь, пока не показалась уже знакомая полянка с покосившейся избой. Никого вокруг не было. Видимо, Игорь и несколько других мужчин уже ушли глубоко в лес. Ярослава убрала меч в ножны, подошла к двери и постучала.

— Милая, ты вернулась! — старушка добродушно улыбнулась. — Игорь сказал, что ты непременно вернешься. Какой прозорливый мужчина! А это…

Знахарка перевела взгляд на юношу и ее лицо заметно переменилось. Улыбка исчезла, а в глазах появилась растерянность. Ярослава посмотрела на Дарена, надеясь разгадать, с чем связана перемена настроения старушки. Юноша выглядел, как обычно, непринужденно.

— Чур меня! — закричала женщина и захлопнула дверь.

— Кажись, сбрендила твоя знахарка. — Спокойным голосом заключил юноша.

— Может ты и правда навий прихвостень? — Ярослава сощурила глаза и с подозрением посмотрела на Дарена.

Юноша закатил глаза и сложил руки на груди.

— Да, и я сожру твое сердце, потому что в голове поживиться нечем!

— Смотри не подавись. — Улыбнулась девушка.

Ярослава снова постучала в дверь.

— Я, пожалуй, здесь подожду. — Сказал юноша и отошел от крыльца. — Вряд ли мне поможет эта умалишенная старуха.

Дверь приоткрылась, в щелочку выглянула знахарка.

— Он ушел? — спросила женщина.

— Ожидает меня неподалеку, чтобы вас не беспокоить.

Старушка удовлетворительно кивнула и открыла дверь, пропуская княжну в хижину, а затем быстро захлопнула. Она будто опасалась, что кто-то может просочиться в ее дом.

Ярославу обдало сильным ароматом трав, отчего в носу зачесалось. Княжна несколько раз сдержанно чихнула. В избе оказалось тихо и темно. Под потолком были подвешены пучки разнообразные трав и цветов. Через маленькие окошки едва проходил свет. Хижина оказалась ниже других, отчего пришлось наклониться сильнее обычного. Девушка выцепила взглядом лавочку и присела.

— Этот Дарен… Опасный он! Остерегайся его! — женщина говорила вполголоса, как будто боялась, что он может услышать.

— Опасный? Дарен-то? — усмехнулась княжна. — Я с ним почти два дня неразлучно провела. Жива-здорова.

Старушка приблизилась к Ярославе и зачем-то понюхала.

— Ты вся провоняла навьим запахом.

— Правда? — девушка оттянула ворот и принюхалась. Она не мылась от самой болотной. Или же такой запах источала рана на ее ноге, оставленная болотницей? Стоило подумать о ней и та снова начала неприятно болеть.

— У меня нога болит. Несколько дней назад меня поранила болотница. — Пожаловалась девушка.

— Где ты нашла болотницу-то? Показывай свою ногу.

— О, не только болотницу, еще и с мертвяками сражалась — вся в их крови вымазалась.

Ярослава сняла сапог и убрала повязку. Пять неровных длинных царапин теперь украшали ее голень. Знахарка наклонилась, осмотрела и ощупала повреждения. Затем ушла в противоположный угол хижины, порылась в темноте, и принесла небольшой глиняный горшок. Только старушка открыла его, как помещение наполнил сильный неприятный запах.

— Рана загноилась немного, нужно вытянуть всю гадость. — Пояснила знахарка.

Женщина подцепила пальцами черную, дурно пахнущую, густую жижу и нанесла на ногу. Ярослава морщилась, но героически терпела вонь. Удивительно, но от мази было совсем не больно. Примерно через пол лучины старушка аккуратно стерла черную жижу, нанесла светло-зеленое снадобье. На этот раз оно приятно пахло цветами. Старушка перевязала ногу княжны чистой тканью и помогла надеть порванный сапог.

— Ну вот, до свадьбы заживет. — Женщина мягко улыбнулась и погладила Ярославу по голове. — Твой наставник, судя по разговорам, решил изловить мамуну сегодня ночью. Он хочет, чтобы ты стала приманкой.

— Да, я уже догадалась. — Ярослава грустно улыбнулась.

— Что ж, удачи тебе в этом страшном деле, юная девица.

— Спасибо. Может, вы все-таки осмотрите Дарена? В него ударила молния.

Старушка после недолгого размышления кивнула и вышла на улицу, прихватив несколько глиняных горшков. Сумерки медленно опускались на чащу. Дарен нашелся недалеко от дома. Юноша непринужденно лежал на траве и пожевывал длинную травинку.

— Показывай свои раны. — Вполне дружелюбно сказала женщина.

Дарен открыл глаза и лениво перекатился на бок.

— Вы же меня за нечисть приняли, а теперь лечить решили?

— Я учуяла навий запах и подумала, что от тебя несет. — Пояснила женщина.

Старушка присела рядом с юношей и осмотрела его руку. Княжна подметила, что женщина едва заметно принюхивалась к Дарену, на что тот бросал недовольные взгляды. На поврежденную руку она нанесла какое-то снадобье.

— Скоро заживет, а теперь уходите.

Старушка поспешно ушла в дом и захлопнула дверь. Странные перемены в ее настроении Ярослава списала на возраст. Ярослава и Дарен переглянулись.

— Куда нам нужно идти? — Спросил юноша.

— Если Игорь отправился прочесывать лес, а деревенские готовят ловушку в деревне, значит там и будут отлавливать тварь. Только вот я даже не представляю, в какой стороне деревня.

— Давай пойдем в сторону, где встретили деревенских мужиков.

На том и порешили. Смеркалось. Небо медленно темнело. Казалось, сумерки сгущались с каждым шагом. Приходилось прикладывать все больше усилий, чтобы разобрать дорогу под ногами и не споткнуться о подвернувшийся сук. Путники уже по привычке обменивались колкостями.

— Постой! — Ярослава подняла руку, призывая остановиться и прислушалась. — Мне кажется или…

— Нет, не кажется. Я тоже слышу плач двух детей.

Они, не сговариваясь, двинулись на звук. Поначалу он был едва различимый, но с каждым шагом становился все отчетливее и громче. Путники сошли с тропы, приходилось двигаться медленно, прощупывая дорогу. Ярославе показалось, что лес стал гуще, деревья стояли плотнее друг к другу, отчего стало еще темнее.

Теперь можно было с уверенностью сказать, что плачут два ребенка. Ярослава в любой момент готова была ринуться в атаку, хоть и не без страха. Дарен же в любое мгновение готов был сорваться с места и бежать так, чтобы пятки сверкали. По крайней мере, он так выглядел. Звук становился все громче, младенцы кричали почти в унисон. Неужто мамуна украла еще одного ребенка, пока они бродили по лесу? Ярослава ступала осторожно, стараясь не шуметь. Дарен, как ни странно, тоже. Кусты несколько расступились и впереди предстала весьма жуткая картина. Мамуна! Полусгорбленное пузатое существо с тонкими длинными непропорциональными конечностями, редкими длинными грязными волосами и серой кожей, на корточках сидело перед небольшой лужей и ковырялась в ней. Ярослава и Дарен одновременно присели у раскидистого куста, скрывающего их от навьей твари.

Девушка аккуратно выглянула. Присмотревшись, Ярослава заметила, что мамуна купала и постоянно ощупывала крохотное несуразное тельце. Подменыш. Рядом, наполовину погруженным в лужу, лежал тот самый сверток с малышом, которого Святослава вынесла из дома старосты. Младенец рыдал и визжал, а подменыш вторил ему, будто копируя.

— Может вернемся в деревню и расскажем об увиденном? — прошептал юноша на ухо княжне.

— Пока мы с тобой будем добираться до деревни, она сожрет младенца. — Вторила ему Ярослава.

— Эти младенцы каждый день рождаются. Не стоит это наших жизней!

— Любая жизнь стоит того, чтобы за нее бороться! — недовольно проговорила девушка, чуть повысив голос, а затем уже тише продолжила. — Разве что, кроме твоей.