Дом теней (ЛП) - Линде К. А. - Страница 8

— Конечно, нет.

Щеки Керриган вспыхнули от намека, что им не нужны были разные покои. Почему еще полуфейри пошла по своей воле в эти залы?

— Пусть проходит, — процедил Фордхэм. — И скажи моему отцу, что я готов его увидеть.

— Конечно, ваше королевское высочество, — сказал Лангдан. Он оглянулся один раз и пропал в коридоре.

Фордхэм открыл дверь до конца.

— Заходи.

Керриган не спорила. Как она могла? Она ощущала себя тут не в своей тарелке. Она перешагнула порог его покоев. Они резко отличались от коридоров. Мягкие ковры, гобелены и картины на каменных стенах, красивый набор черно — серебряных кресел. Арка вела в спальню с письменным столом и камином. Только в лучших покоях горы Драко были камины, откуда выводился дым. И она видела по смежным комнатам, что его покои были самыми роскошными из всех, где она была. А это о многом говорило.

Фордхэм захлопнул дверь за ней.

— Это катастрофа.

— Еще ничего не случилось.

— Вот именно. Лангдан ждал нас у дверей. Он — главный шут моего отца, и он занимался нами. Я понял бы купание перед официальной встречей, но меня отправили в мои старые покои… — он покачал головой. — И ты…

— Я?

Он фыркнул.

— Он не дал тебе отдельную комнату.

— Я заметила. Почему это проблема? Кроме очевидного, — она бросила взгляд на кровать с пологом в соседней комнаты.

— Дело в приличиях, — сказал Фордхэм. Он расхаживал по гостиной, раздражение наполняло воздух, которым она дышала. — Он, наверное, посчитал тебя моей наложницей.

Керриган подавилась от слова.

— Тут… такое есть?

— Да. Ну, нет. Обычно это просто любовница, но я не женат. Это делает тебя шлюхой.

Керриган хотела оскорбиться, что ее приняли за такое, но она смогла только рассмеяться. Она согнулась от мысли, что она, Керриган Аргон — изначально принцесса Фелисити, Первая из Дома Круз, и теперь член Общества и всадник дракона — могла быть чем — то таким простым, как чья — то шлюха.

— Хватит смеяться, — сказал Фордхэм.

— Прости, — сказала она, пытаясь взять себя в руки. — Но это глупо.

— Там, откуда ты, возможно, но не тут, — он покачал головой. — Ты не понимаешь. К полуфейри не относятся как к равным.

— Это ясно.

— Лучшее, на что ты можешь надеяться, это место наложницы при коронованном принце. И я знал, что будет сложно убедить отца в том, что ты — член Общества и союзница, но теперь мы начинаем ниже нуля в мире, где восприятие — это все.

— Ладно. Ладно, — она вытерла ладонью лицо и отогнала остатки смеха. — Разве не лучше было обсудить это до того, как мы пришли сюда?

— Когда же, Керриган? — осведомился он. — Пока ты выпивала с друзьями, или когда ты страдала от похмелья в полете?

— Не знаю. Может, до или после того, как ты сказал мне, что ты изгнан, — парировала она.

Он застыл от слов.

— Я хотел тебе сказать.

— Не утруждайся, князек, — сказала она, вернув его прозвище, чтобы сдержаться.

— Как хочешь, полукровка.

Слово ранило чуть больше обычного.

— Что теперь? — спросила она после мига тишины.

— Будем ждать, пока отец примет нас.

Керриган недоверчиво посмотрела на него.

— Я плохо справляюсь с ожиданием своей очереди.

— Мы стараемся не погубить друг друга.

— Не могу ничего обещать.

Фордхэм решил проигнорировать ее слова и пошел в спальню, вытащил бумагу из письменного стола. Он сел за стол стал писать свою печальную и мрачную поэзию. Она делала то же, что и всегда, когда была заперта без дела — медленно сходила с ума.

6

ПРИНЦЕССА

Два дня прошли впустую.

Очень много времени наедине с Фордхэмом в его спальне. Что угодно могло произойти. Они могли использовать его большую красивую кровать, чтобы дать кому — то повод для сплетен. Хотя они никого не видели, кроме Бентон и Бейтон, приносящих еду три раза в день.

Но нет. Никакого веселья на кровати.

Фордхэм спал на диване, а она получила огромную кровать с мягкой периной себе. Он несколько раз уходил говорить с кем — то, кто мог обеспечить им аудиенцию с его отцом. Но каждый раз возвращался еще более возмущенным. Она стала избегать его, когда он возвращался. Они то спорили, то говорили холодно, и у нее не было сил для этого. Теперь он ушел, его не было уже час. Она хотела выйти из комнаты так сильно, что даже вызвалась пойти с ним. Он чуть не рассмеялся над ней. Словно присутствие полуфейри могло что — то еще больше ухудшить.

— Мисс Керриган, — позвал голос после стука в дверь.

Керриган закатила глаза из — за «мисс», но поспешила ответить. Было еще рано для Бентон и Бейтон нести обед. Любая причина разговора того стоила.

Она открыла дверь.

— Да?

Бентон и Бейтон сделали реверансы.

— Пройдете за нами, мисс? — сказала Бентон.

— Куда?

Бейтон побелела.

Бентон тепло улыбнулась.

— Мы подготовим вас к ужину.

— Еще даже не обед.

Бейтон кивнула.

— Да, но у нас приказы.

— Мы, наконец, встретимся с королем?

— Этого я не знаю, — сказала Бентон.

— Точно. Приказы, — сказала Керриган. — Фордхэм знает? То есть, его королевское высочество.

— Мы не знаем, — сказала Бейтон с робкой улыбкой.

Они не знали ничего или отказывались ей говорить. Но это был ее шанс выйти из комнаты. Она пойдет с худшим врагом, лишь бы избежать еще дня в заточении.

— Я оставлю ему записку, — сказала Керриган. — Одну минутку.

Служанки протестовали, но Керриган уже побежала в спальню. Она нашла кусочек бумаги и написала пару слов, чтобы он знал, куда она ушла. Он, наверное, разозлится, когда вернётся и не увидит ее. Хуже, если он не будет знать, куда она ушла.

— Готово, — она вышла из комнаты и закрыла за собой дверь.

Близняшки повели ее по пустым коридорам с легкостью. Они были все еще пустыми. Это тревожило. Она ожидала, что завернет за угол, и коридор будет полон фейри. Было сложно воспринимать это после ее дома.

— Тут никто не живет? — невольно спросила она у близняшек.

Бентон и Бейтон переглянулись. Бентон ответила:

— Его королевское высочество не сообщил вам о функциях двора? — она сглотнула от вопроса, словно уже ошиблась, задав его.

— Принц Фордхэм известен упрямством и сдержанностью, — сказала Керриган.

Бейтон подавила хихиканье.

— Это точно, мисс.

— Можете звать меня Керриган.

Бентон покачала головой.

— Мы не можем.

— Уверяю вас, я не обижусь.

Они переглянулись, видимо, потому что Керриган вела себя странно. Но потом легко улыбнулись, словно им нравилась ее странность.

— Мы не должны обсуждать внутреннюю работу двора, — прошептала Бейтон.

— Но ей не повредит знать немного о том, где она оказалась, — сказала Бентон. Бейтон моргнула, глядя на сестру, но Бентон продолжила, пока они поднимались по лестнице. — Весь двор созвали сюда недавно.

Керриган склонила голову. В этом был смысл. В Брионике тоже не все придворные были постоянно на местах. У них были свои дома и жизни. Их вызывали, когда того хотел правитель. Но у них не было места для поместий, только гора.

— Где они обычно живут?

— Равиния — самая большая из трех гор, но туннели этой горы ведут в две другие — Валерию и Тесеру. Три семьи Дома Теней разделены между горами. Королевичи Оливье — в Равинии. Два других маленьких двора мы зовем домами Лорен и Бланшар.

Фордхэм как — то говорил о трех семьях, но они были не такими, как она привыкла. Это были фракции, всегда борющиеся за власть. Народ мог двигаться между фракциями, в зависимости от их верности. Они воевали постоянно между собой, пытались свергнуть его отца, а потом война начиналась заново, пока он не возвращал трон. Звучало кошмарно. И многое объясняло о Фордхэме.

— Лорен и Бланшар прибыли ко двору из — за…

— Возвращения принца, — прошептала Бейтон. Она огляделась, словно их могли поймать.

— Хорошо или плохо, что он вернулся? — спросила Керриган. Из — за его изгнания был возможен любой вариант.