"Фантастика 2023-122". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Емельянов Антон Дмитриевич - Страница 289

Так что Гай стирал потертый оранжевый комбинезон в умывальнике и с грустью глядел на прекрасные тяжелые ботинки и штаны с карманами, и кожаную куртку, которые лежали аккуратной стопочкой тут же, на табуреточке. Воздействие белого дерева и печальный опыт общения с предательским скафандром из сектора Чайниш.

Кто сказал, что во время поединка он вдруг не почувствует желание прилечь на песочке арены, или наоборот — не превратится в берсерка? Такие расклады парню не нравились, так что оставалось и дальше шерудить руками в мыльной воде. Хорошо бы вообще прокипятить одежду — но где взять открытый огонь и выварку в этом мире изящных мультиварок и экологически чистых электроплиток?

— Эй, енот-полоскун! Тут меньше часа осталось, а ты всё плещешься! — хохотнул дядя Миша. — Ты серьезно собираешься в этих обносках выступать?

Сам-то он был одет в роскошные шаровары, белую рубаху, дубленый тулуп и высокие сапоги. И на кой хрен ему нужен был тулуп? Разве что в качестве дополнительного слоя защиты? И откуда тулуп в эльфийском гардеробе? Стоило признать — смотрелся дядя Миша весьма фактурно — как богатый купец со старых картин.

Кормак сунул комбинезон с потертой белой тройкой на спине в сушилку, загудел поток горячего воздуха, выдувая из материи влагу.

— Что, и сандалии наденешь? — ухмылялся медвед.

Парень с сомнением посмотрел на ботинки: он отдраил их изнутри и снаружи, залил антисептиком и высушил — может быть, этого будет достаточно?

— Есть целлофановые пакеты? — спросил он.

— Это родина эльфов, откуда тут целлофан? Хочешь, я тебе свою майку на портянки распущу, она у меня свежая, из последней поставки в Разлом.

— А давайте! — не стал брезговать Гай.

Портянки — это был выход. Всё-таки каторжанские сандалии — это было полное дерьмо.

— Chto den' gryadushchij mne goto-о-о-оvit?.. — пропел дядя Миша густым басом, шагая по коридору.

Эльфийская стража пригласила их готовится, и теперь все выжившие после общения с белым древом шагали в полумраке подземелья по белым каменным плитам — туда, где слышалось многоголосье толпы. Они вошли в помещение, которое одновременно напоминало гримерную, спортивную раздевалку и арсенал — зеркала, шкафчики, скамейки, стойки с холодным оружием…

— Кондопога есть? — разнесся голос дяди Миши, а потом медвед оглядел хмурых стриженых эльфов, сидящих по углам, и пожал плечами. — Ну да, что это я?..

Один из эльфийских стражей сделал жест рукой, указывая на разнообразное оружие, имея в виду, что выбирать можно что угодно. Гай бегло осмотрел предложенные экземпляры и повернулся к эльфу:

— Джанавар катне, большой кукри с Сарасвати… Понимаешь о чем я?

Ему удалось пробиться сквозь стену безразличия — взгляд эльфа едва заметно изменился и он кивнул, развернулся на пятках и вышел.

— С кем хоть сражаться будем? — Думбийя взвешивал в руках топор, а на пояс прицепил ножны с кинжалом.

— Судя по всему — стрелять в нас не будут, и на том спасибо, — сказал Гай.

Он высмотрел неплохой нож — но червь сомнения пожирал его. Токсины, токсины — они теперь мерещились ему всюду! Выход был — он достал из кармана полоски ткани, на которые пустил кое-что из своих старых, еще разломовских вещей и принялся бинтовать руки. Да, подвижность пальцев будет уменьшена, но какая-никакая защита, да и зубодробительные апперкоты никто не отменял. Апперкоты — вещь страшная, в этом убеждались уже многие самонадянные противники: от киборгов до драконов.

— Завяжи? — протянул он руки Дум-Думу.

Тот понимающе хмыкнул и закрепил бинты. Он тоже имел возможность испытать на себе тяжелую руку монарха Ярра.

Наконец, нож отправился за голенище ботинка, а стражник доставил джанавар в ножнах. Не такой, как подарил Гаю Ллевелин: этот был гораздо более массивный, тяжелый, и, конечно, без атомарной заточки — но это был именно он, джанавар катне, с хищным изгибом лезвия и удобной рукояткой, которая сидела в ладони как влитая. Парень не удержался и крутанул клинок, с гулом рассекая воздух.

— Эй, эй, полегче! — выставил вперед ладони Дон, который ходил между рядами и выбирал себе оружие по руке.

— Эй! Эй! — вздернул клинок вверх Гай, салютуя как настоящий эсток.

— Чего ты? — удивился модификант. — Чего скалишься? Я тебя таким веселым еще ни разу не видел!

— Настоящий зеленый эсток, а тем более Подорожник или Чертополох идет в бой с улыбкой на лице — в память о вожде, которого звали Марч Длинный Меч! Он сражался с мехами с одним только мечом в руках, и сразил дюжину врагов в безнадежном бою! Он улыбался, когда скрестил клинки с ними, улыбался, снося железные головы и улыбался, когда умирал и кровь текла у него изо рта! — пояснил Гай и вогнал джанавар в ножны.

— А-а-а-а… Ну, это многое объясняет! — покрутил пальцем у виска Дон.

А дядя Миша похлопал парня по плечу:

— Познакомишь меня с этими твоими эстоками?

— Познакомлю, дядь Миша. Есть там один старикан — вы с ним точно общий язык найдете… Только они это, ну…

— Чего — ну?

— Каннибализм не одобряют.

Рашен только отмахнулся.

В этот момент раздались голоса труб, и стражи настойчиво попросили их пройти на арену. Снова белые плиты коридора и гулкие шаги в полумраке, потом — свет сквозь ажурную решетку — и они в центре огромного амфитеатра, полного зрителей!

Звучали какие-то слова на эльфийском, тревожная музыка. Гладиаторов под гомон толпы провели по кругу и вернули назад — в полумрак коридора и дальше — в раздевалку-арсенал.

— Показали товар лицом, теперь начнется… — мрачно проговорил Гай.

Самое паскудное было, что так ничего и не прояснилось — кто будет противником, какие правила поединка…

Оказалось — самое паскудное было вовсе не это. А то, что эльфы приберегли Гая напоследок. Один за одним его товарищи по несчастью выходили на арену — и не возвращались. Это вовсе ничего не значило — наверняка кто-то из них всё-таки добыл себе свободу и теперь залечивал раны и ожидал — но Кормаку от этого было не легче. Он успел прогнать разминочный комплекс с мечом, вспомнить все молитвы и ругательства, и даже вздремнуть на неудобной лавочке — когда, наконец, страж в голубых доспехах позвал его за собой.

Эти белые плиточки уже начинали бесить. Накручивая себя, он с улыбкой, больше похожей на звериный оскал, шагнул на песок арены. Что за черт? Прямо перед ним стояла княжна Кайнэ, в том самом воздушном наряде.

— Я буду переводить слова судей…

— Вы решили что можете судить меня? — повысил голос Гай.

Ему показалось, или в глазах эльфийки мелькнуло умоляющее выражение? Бог с ней, пусть переводит…

— Волей богов пустоты и Светлого Советы ты стоишь здесь, на арене Правосудия, оспаривая справедливость приговора и своего наказания. Две причины привели тебя на арену, и два поединка предстоят тебе. Если останешься жив — будешь свободен. Если умрешь — твой прах развеят в пустоте и имя твое будет стерто из памяти… — перевела княжна слова, которые разносились над ареной из динамиков.

— Ваша светлость, если я сейчас скажу — меня услышат?

— Услышат, — кивнула она.

— Переводите слово в слово!

Эльфийке ничего не оставалось как снова кивнуть.

— Нет бога кроме Бога, и только его волей я нахожусь здесь. Суда надо мной не было, приговор мне не выносили — мои враги похитили меня и с помощью ваших соплеменников заключили в Разломе. Но если мне суждено — я готов встретить здесь, на этом песке любого противника! А стереть память обо мне — не в ваших силах, потому что я — Гай Джедидайя Кормак, монарх Ярра и в освоенном космосе полно людей, для которых это имя кое-что значит!

Ну а как по-другому общаться с эльфами? Пафос, патетика, сурово выпяченная челюсть, нахмуренные брови и громовой голос — по крайней мере, Гай старался изо всех сил. И, кажется, у него получилось!

— …taur de Yarr! — прерывающимся голосом закончила переводить Кайнэ Аркуэнэ, и арена взорвалась возгласами.