Подмена (СИ) - Романова Екатерина Ивановна - Страница 36

— Где-то на пятьдесят процентов.

— А остальные проценты?

— Статистическая погрешность, — отмахнулся он. — Всякое бывает. Мало ли что в голове у этих непонятных тварей. Воксы же…

Эриол держал мой беспомощный взгляд секунд пять, но потом расхохотался.

— Экшаахсатх![1] — заявил он на чистейшем акракадабрском языке, при этом прижав меня к себе. — Атке ррыкхар тург петтхалс! Аркхулг ынтраыж шкхарттг![2]

В ухе послышалось покашливание, а я, крепко прижатая к сердцу дракона, поняла, что умею ненавидеть. Это крылатое непарнокопытное знает язык воксов!!! Вайлок застыл с мраморным лицом — ему слова Эриола не понравились. Мне, собственно, тоже, хоть я и понятия не имела, что он сказал, а герцогиня переводить не спешила.

— Атург![3] Пошли, — последнее уже мне.

Мужчина легко поднялся и с улыбкой протянул мне ладонь.

Взяла, конечно, я же нормальная фея, а не полоумная. Лучше уж пойду с засранцем драконом, который меня в обиду не даст, чем останусь с засранцем драконом, который обидит.

Мы уже подошли к двери, когда за спиной раздалось:

— Хыршо.

Принц остановился и улыбнулся мне одними глазами.

— Вайлок никогда не говорит на языке Мирры! Джиа, это прорыв… — пояснила герцогиня.

— Хорошо что? — Эриол медленно повернулся и вскинул голову.

— Мы сглысны на выши услофя!

— Тогда по рукам.

Эриол ненадолго меня оставил, чтобы обсудить один на один детали соглашения. А я сверлила дракона взглядом и рассуждала. Если вон та симпатичненькая лиана случайно обовьется вокруг его ноги, дернет и больно ударит принца головой об пол… раза три… он ни о чем не догадается?

— О чем задумалась, красавица? — Эриол по-свойски обнял меня за талию и прижал к себе. — Если не хочешь стать залогом, сделай вид, что безумно влюблена!

— Я хочу тебя, Эриол! — заявила коварно, соблазнительно пробежавшись ладонью по мускулистой груди дракона. Тот замер, изменился в лице.

— Ты серьезно?

— Конечно, — прошептала томно, привстав на цыпочки. Мужчина тяжело дышал, обжигая горячим дыханием мои губы. Подалась вперед и прошептала: — я безумно хочу тебя… прибить! Ты знаешь язык воксов! Издевался что ли?

Пихнула раскатавшего губу дракона и нахмурилась.

— Знаю, конечно.

Надо отдать должное, Эриол быстро пришел в себя, сделав вид, что мое поведение ничуть его не взволновало! Но ведь взволновало! И эта мысль кокетливо щекочет мое чувство собственного достоинства.

— Ты что, проверял меня?

— Просто хотел отвлечь. Вижу, у меня получилось.

И хотела бы злиться, да не получалось. Пока Эриол снова отлучился к Вайлоку, бросавшему на меня сальные взгляды, я попрощалась с герцогиней и незаметно вытащила наушник. Сейчас все обошлось, но что, если в следующий раз Айсидории не окажется рядом?

Возможно, Ремальд прав. Стоит рассказать Эриолу правду. Возможно, он даже поймет и простит…

Я любовалась волевым профилем дракона, на лице которого играли блики горящих факелов. С Вайлоком он говорил жестко и лаконично. Ничего от полюбившегося мне озорного и улыбчивого дракона и близко не было.

Стоп! Полюбившегося мне дракона? Что за бред, Джиа?

Не успела додумать мысль, как мне под нос сунули какое-то необычное лакомство:

— Прошу вас, угощайтесь!

Улыбка на лице вокса — зрелище не для слабонервных. Клыки как у бульдога приветливо выглядывали из-под верхней губы охранника Вайлока. Кстати, говорил он не в пример лучше своего босса, почти без акцента.

— Нет, спасибо, не голодна…

Посмотрела на пирожное, а у самой слюнки потекли. Мягкий бисквит, взбитые сливки, прослойка из ароматного джема, кажется, черничного. А это что, лесные орехи?!

— Вы же знаете, отказ — признак неуважения. Вы не уважаете моего господина?

Мы что, выпиваем в баре? Порассуждаем, кто кого уважает и насколько сильно, а потом закончим мордобоем? Но традиции, чтоб их.

Взяла серебряную ложечку, отломила кусочек пирожного и положила в рот. Лакомство растаяло на языке, закружило голову упоительной сладостью. Непреодолимо захотелось еще. Дракон терпеливо держал поднос, пока я с остервенением алкоголика отколупывала кусок побольше. И ведь почти донесла до рта, когда Эриол яростной тенью метнулся ко мне и выбил ложку из рук.

[1] Забудьте!

[2] Это моя будущая жена! Убью любого, кто покусится на мою любимую.

[3] Мы уходим

[1] Не сдох, старый пень?

[2] Только после тебя, кошка!

[3] В нашу первую ночь на тебе будет только это

[4] Понравилось собирать выбитые зубы сломанными руками?

32. Решимость

А дальше что-то совсем невероятное. Я не успела моргнуть, как у подавшего пирожное дракона отлетела голова. У второго, который дернулся в сторону двери, сердце выскочило из груди. В прямом смысле. Только Вайлок, сжимая в ладони бокал с выпивкой, ехидно ухмылялся и не тронулся с места.

Эриол наполовину обернулся и выглядел устрашающе.

Я бы завизжала. Громко, надрывно. Но оторопела. Сознание поплыло, расцвечивая мир радужными разводами. Голову кружило и непреодолимо захотелось говорить. Да что б их пестикам тычинок не досталось! Они подсунули ядовитый молох!!!

Пошатнулась, но устояла.

— Кто? — грозно проревел Эриол, надвигаясь на Вайлока неизбежным концом света.

Если не увеличить дозу — я все выложу как на духу! Мне нужно больше яда, чтобы мгновенно уснуть.

Плюхнулась на колени.

— Я спросил — кто?!

Пусть драконы разбираются, мне важнее своя шкура. Поднос валялся на полу рядом с обезглавленным телом вокса. Хуже всего, там же лежало и пирожное. К горлу подкатила тошнота. Усилием воли взяла весь кусок и засунула в рот. Подействовало быстро. Я не успела дожевать, как теплые волны дурманящего сна унесли за собой. Теперь я точно ничего ему не расскажу.

Ох, что за сны мне явились, что за сны! Никогда не считала себя извращенкой, но… хо-хо! Я видела Ремальда. А еще — Эриола. И оба были не то, чтобы одеты. Да и я не особо-то обременяла себя бельем. Вряд ли прозрачный пеньюар можно назвать приличной одеждой в обществе двух красавцев. От первого отказывал разум, от второго внутри пылал огонь. Не в силах выбрать одного из них, я взяла обоих. Или они взяли меня. Не знаю, что тут еще добавить, но я проснулась в ужасе. Тело дрожало, щеки огнем пылали, сердце колотилось как сумасшедшее и до одури хотелось обратно в забытье. А хуже всего — рядом спал Эриол!

Аккуратно приподняла простынку и зажала рот ладонью.

Голый!

То есть вообще.

То есть без ничего!

Подняла простынку еще раз и зажмурилась.

Совсем же голый!

— Поднимешь еще раз, и займемся повторением пройденного материала, — промурлыкал Эриол, сгребая в охапку… совершенно голую меня!

— Ты что делаешь?! — возмутилась, но как-то не сразу, да и в целом довольно вяло.

— На что похоже?

Так, кажется, у меня дежавю и где-то такое уже было.

— Если ты не помнишь, у нас политический брак!

— А как, по-твоему, в политическом браке появляются дети?

Туше. Об этом я как-то не задумывалась. Впрочем, политический брак и его дети меня вообще не касаются.

— Стой! Подожди! Какие дети?! Что вообще произошло?

Эриол нехотя вздохнул и потянулся, позволяя мне выскользнуть из его объятий и накрыться одеялом.

— Между нами… что-то было? — спросила осторожно. Сама ничего такого не ощущала.

— А ты как думаешь? — дракон, закинув за голову руки, смотрел на меня с коварной улыбкой и щеголял мышцами на груди!

Даже если и было, сильно расстраиваться по этому поводу не стану. Отвела взгляд от груди и выдохнула.

— Тогда, почему ты голый?

— Я всегда так сплю.

— А я почему без одежды?

— Потому что сложно делать обтирания одетому пациенту.

Обернулась. На прикроватной тумбочке стоял таз с травяным настоем. От горячей воды шел ароматный пар.

— Ты что, сам это делал?

— А ты бы предпочла Рема? — с лица Эриола исчезла ухмылка.