Одержимость Ростовщика (СИ) - Вульф Алина - Страница 4

Такие черта характера в людях, как целеустремленность, всегда вызывала во мне восхищение. Наверно потому что, я не была такой, но очень хотела. Старалась. Однако, когда намечала себе цель и сталкивалась с родительским запретом, приходилось отказываться от своих желаний в угоду старшим.

Однако сейчас целью этого хищника стала я. И восхищение быстро сменилось страхом.

Одна его ладонь легла мне на живот и уверенно поднялась вверх к груди, заставляя покрыться мурашками. На мне была лишь его рубашка. Слабое прикрытие. Лучше, чем ничего. Тело оно всё-таки закрывало, но горячие касания мужских пальцев ощущались так живо, будто я была абсолютно голой перед ним. Не было никаких преград. Только раскалённое тело.

— Нет. Хватит! — простые крики превратились в вопли и мольбы, когда он растегнул верхнии пуговицы и сжал мою обнажившуюся кожу. — Пожалуйста, не надо.

— У тебя охренительная грудь, — не слыша меня заявлял Рагнар и сжал руку.

Сминая грудь и играя с соском, он до боли засосал кожу на шее. При этом я одновременно испытывала два чувства. Мне было приятно, но и вместе с тем же противно. И не понятно, какое чувство испытывала острей.

Расцарапав ногти о стол, я издала странный звук, больше похожий на стон.

Кислорода вдруг стало не хватать. Начала жадно глотать воздух, но его всё равно мало. И становится меньше с каждой секундой.

Рагнар опускает руку вниз. Медленно, почти нежно гладит кожу. Ощупывает каждый миллиметр и заставляет вскрикнуть, когда горячая ладонь ударяет меня по попе.

Захлёбываясь от собственного отчаянием и унижения, я перестала сдерживать слёзы. Это словно кошмар. Один большой оживший кошмар.

— Хватит рыдать. Насиловать тебя никто не собирается. Сама отдашься мне. По собственной воле.

Из-за нахлынувшей истерики, я сначала даже не поняла, что мне больше никто не держат. Не поверила. Рагнар просто отпустил меня. Ноги совсем не держали, поэтому я рухнула на пол.

Достав из заднего кармана брюк пачку сигарет, он прикурил ещё одну и сел на спинку дивана.

Мужчина не переставал смотреть на меня беснующимся взглядом. И было видно, что всё его тело ещё напряжённо. Пугающе огромный бугор натягивал ткань мужских брюк.

— Так-такого никогда не будет. Я не… я не хочу вас, — всхлипывая и заикаясь, я начала быстро поправлять на себе одежду, плотнее пряча оголённую кожу от горящих глаз.

— Захочешь, — холодно констатировал он, делая очередную затяжку. — Тебе всё равно не сбежать отсюда. Так что в твоих же интересах поскорей раздвинуть передо мной ноги, пока я великодушен. Чем скорей мне наскучит твоя пизда, тем быстрей ты вернёшься домой.

Сжимая пальцы в кулаки, я была готова ударить этого… этого неотёсанного мужлана чем-то тяжёлым. Да, хотя бы например той статуэткой, которая стояла в шкафу за стеклянной дверцей. Она выглядела так соблазнительно тяжёлой. Уверена и бьёт больно.

Но нельзя злить зверя ещё больше. Иначе терпение лопнет и неизвестно, как поступит дальше. Вдруг сорвётся и решит завершить начатое. Надо искать способы с ним договориться.

Точно. И как я сразу не догадалась.

— Постойте, — ухватившись за идею, я преисполненная надеждой принялась делиться ею с Рагнаром. — Если… если от этого долга мне не отделаться, то может я тогда по-другому буду возвращать деньги? Займусь домашними делами? Я могу следить за хозяйством: стирать, убирать, готовить. Так от меня вам будет больше пользы.

— От тебя будет больше пользы, если скинешь с себя долбанную рубашку и отсосёшь мой хуй, а лучше встанешь раком и дашь себя трахнуть, — от такой наглой прямоты я покраснела. Как он может со спокойным выражением лица, говорить так? — Для всего того, что ты перечислила есть прислуга. Хотя, — он задумчиво почесал квадратный подбородок и окинул очередным изучающим взглядом, — костюм горничной тебе бы пошёл. Купим его как-нибудь.

— Но как вы можете? Я живой человек… — пыталась воспротивиться его отказу, однако потерпела проигрыш.

— Никаких "но" и компромиссов. Лишь секс. По-другому оплату от тебя не приму.

Видимо устав спорить со мной, Рагнар подошёл к шкафу. Достал из него прозрачную бутылку с красной жидкость и стакан.

Было видно, ему не приносит никакого удовольствия тратить время на пустые разговоры с какой-то девчонкой. Он бы скорее потратил их на что-то другое.

Терпкий запах алкоголя смешанного с запахом сигарет пронёсся по комнате, когда он отлил небольшое количество напитка в стакан.

За это время я успела кое-как собраться с силами и встать. Колени ещё подкашивались, но я старалась держаться подальше от него. Нельзя приближаться, потому что страшно. Очень страшно, что он сейчас напьётся и сорвётся. Как папа, когда он не рассчитав своих сил, пил до такой степени, что приходилось прятаться в комнате.

— Ну, так что? Сейчас начнёшь отдавать долг или дать тебе время до вечера?

Залпом осушив стакан, мужчина положил его на стол. И глядя мне в глаза ждал. Ждал, пока отвечу ему согласием. Он и не рассчитывал на другой ответ. Не сомневался, что отдамся ему и плевать, что я не хочу. Ведь так хочет он. Важны только его желания. Только его потребности. И это выводило на эмоции. Как можно быть таким эгоистом?

— Не понимаю. Как папа мог связаться с такими бандитами, как вы? — не выдержала. Сорвалась.

Сделала шаг назад, боясь, что точно сейчас накинется он. Накажет за вольность, но самообладанию Рагнара можно было только позавидовать. Он даже не кричал, а спокойно принялся объяснять.

— Мы не бандиты, а обычная финансовая компания по выдачи ссуды. Говоря простым языком даём деньги в долг под проценты. Чаще всего просят для открытия своего бизнеса, как в случае с твоим отцом. Но это редкость, когда их дело действительно стоет чего-то. В таком случае они прогорают, но нас это уже не касается. А как возвращают деньги наши клиенты уже не важно.

— Вы ворвались в наш дом, как бандиты. Похитили меня и говорили, что… — я тут же закрыла рот, опомнившись, что чуть не сболтнула лишнего. Нет, лучше не стоит признаваться, что слышала его разговор по телефону. Иначе неизвестно, как поступит со мной.

— Что я говорил?

— Не вы… а ваши охранники. Они сказали, что когда… когда вы наиграетесь со мной, то продадите кому-то.

Выражения лица мужчины никак не переменилось. Ростовщик оставался таким же безразличным.

— Я не продам, — внезапно серьёзно заговорил он. — Я никогда не делюсь тем, что принадлежит мне. Если не наскучишь, будешь вести себя, как хорошая девочка, то честно отпущу, когда будет списан долг. И даже накину сверху, если понравишься мне. Будешь выполнять все мои прихоти. Покорно садится на колени, когда прикажу. Раздвигать ноги не зависимо от того, где мы находимся: дома, на крыше, в машине, в лифте...

— Всё! Хватит! Не хочу. Это аморально. Вы заключали сделку с моим отцом, а не со мной.

Звонок его телефона спас меня.

— Слушаю… Что значит должник привязал себя к рельсам? Развяжи и отправь отрабатывать... Меня не волнуют, что вас переедет поезд. Работа не развлечение. Сдохни, но сделай. И это касается вас обоих. Мне нужны мои деньги... Пусть сначала всё вернёт до последнего процента и привязывай заново. Можешь даже рядом лечь... А теперь твоя очередь, — со злостью выдвинул он и прыжок с окна уже не казался мне такой уж плохой идеей. — Сейчас мне надо отъехать. Я даю тебе время до вечера. Либо ты по своей воли приходишь сегодня в мою спальню. Либо говоришь горничной и уходишь. Играть я больше не намерен.

— Вы отпускаете меня? — от счастья я не поверила услышанному.

Это правда?.. Меня действительно отпустят?

— Но… — однако порадоваться мне долго не дали. — Если уйдёшь, то ты и всё твоё семейство выметаетесь из квартиры, а твоя мать, которая выступила в роли попечителя отправится в бордель. Будет там отрабатывать остатки долга своим телом, принимая члены чужих мужиков. Она и раньше это делала, а сейчас хоть деньги начнёт за это получать. И не факт, что не заберёт тебя с сестрой вместе с собой. Чтобы ты понимала, мелкая, я не благодетель. Твой отец взял у меня крупную сумму денег. В качестве долга он отдал тебя и теперь решать, как за него расплачиваться будешь ты. Что выбираешь? Ляжешь под меня? Или под сотни других мужиков? Только другие не будут с тобой так добродушно обращаться, как я. Тебя будут трахать сутками в несколько членов. Станешь молить их остановиться, а они заткнут тебе рот. Затрахают так, что от одного слова "секс" начнёт мутить, а я буду с тобой нежен… в первый раз. — скалится Рагнар, будто издеваясь ласково гладит по щеке. — Буду брать твою невинность медленно и с удовольствием, а после заставлю войти во вкус. Сама с радостью будешь раздвигать передо мной ноги. Прыгать на меня и просить оттрахать тебя.