Возмездие Света (СИ) - Горбачев Андрей А. - Страница 29

— Мы тут скинулись с товарищами, решили вам подарить. За всё, и за уничтожение твари и помощь, что оказали нам. И для деток из приюта, они тоже помогали многим. А ещё, — сказал он и достал два больших свёртка, — это лично для вас и вашей напарницы. Просил передать один человек, но он не представился. Был одет в тёплую, белого цвета одежду, пришёл со стороны Ледяных пещер. Он долго выбирал подарок, по размеру и качеству, самое лучшее…

«Антон», — подумал я про товарища.

— Сказал, это вам пригодится. Просил извиниться за него и не искать.

Я развернул свёртки и увидел тёплую одежду моего размера, пошитую мехом вовнутрь и выделанную снаружи белой водонепроницаемой тканью, а также женскую тёплую короткую куртку белого цвета с меховой оторочкой, а также длинные, тонкие, но тёплые и мягкие на ощупь обтягивающие светлые штаны.

«Должны подойти по размеру», — обрадовался я. А ещё осознал, что Яна и Аланта очень близки по фигуре, подарок мог бы подойти им обеим.

Поблагодарив и распрощавшись, я направился дальше к приюту. Аланта встречала меня во дворе с огромной оравой детишек от мала до велика, что собрались подле неё, и я услышал часть её рассказа о мире, в котором когда-то жила Аланта. Для ребятишек это было сказкой, никто из них не мог даже представить себе бескрайнего солнечного неба, раскинувшегося над головой. Как и я. Бесшумно подобравшись поближе и усевшись на одной из мраморных скамеечек, я слушал её рассказ, как заворожённый:

«Давно, когда ещё у нас в нашем мире не было страшных монстров, мы жили в огромных городах на поверхности, утопающих в зелёных садах и цветах разных форм и оттенков. Многочисленные дома возносились вплоть до тёмных небес и блестели на солнце на фоне ярко-голубого неба и мерцающих звёзд золотистыми и белыми красками. Мы строили разные красивые машины, которые двигались сами, летали и плавали, а также устройства, которые мгновенно перемещали вошедшего туда, куда тому было угодно. И никто никогда не обижал другого, не было убийств или даже краж. Это было по истине райское счастье, оно длилось долго, пока однажды один из нас не прошёл сквозь повреждённое устройство перемещения и в итоге он был воссоздан неправильно. Сначала никто не замечал этого, а он становился угрюмым и злым.

А однажды ночью он убил ту, которую когда-то любил больше жизни, и мы не сразу поняли, почему это случилось. Он осознал свою ошибку, когда стало слишком поздно и оказалось, что страшное зло попало в него из другого пространства, просочившись в нашу вселенную из мира тьмы во время телепортации. Он убежал и спрятался ото всех, а потом начал убивать просто ради забавы. Погибшие от его рук становились созданиями тьмы. Они тоже нападали на нас и становились крупнее размером из года в год. Тех, кто стал достаточно большим и сильным, уже не брало никакое оружие, и мы начали проигрывать в этой войне. Наши города были разрушены и твари сравняли их с землёй, а мы стали перебираться жить в глубокие подземные убежища.

Со временем мы утратили многие знания и потеряли слишком многих из наших. Пока однажды один из архангелов не нашёл способ как использовать Зёрна тьмы против наших врагов, создав страшное оружие, подобное порождениям тьмы и готовое убивать кого угодно, лишь бы насытить свой голод. Тогда мы стали бороться с тварями тьмы и этой битве не было видно конца. Но шли века, и вскоре большая часть монстров была почти что повержена, и мы однажды обнаружили основное Зерно тьмы. Оказалось, что оно выросло из того, первого, кто был поражён тьмой. Но вместе с Зерном появился и его защитник, который поглотил это Зерно и сохранил его внутри своей утробы, а наши сияющие мечи не способны были нанести ему вред. Тогда мы окружили оставшиеся селения прочными поясами защиты, сотканными из чистого Света, и тьма не могла пробраться к нам. Мы прожили в этой осаде много веков. За это время мы обнаружили в древнейшей библиотеке легенду о том, что эта битва с тьмою происходит уже не в первый раз, и не раз наша цивилизация падала в пучину войны с этим злом. Также там говорилось, что если однажды мы сумеем её одолеть, то мы возродим Бога, который должен будет создать нас, и мы будем жить вечно и счастливо, как в сказке, которой так и не суждено было случиться, как видите.

А однажды этот носитель Зерна, когда тьма осознала, что почти проиграла, решил покинуть наш мир и напал на единственное место, на Гору Вознесения, место, на котором, согласно древней легенде, и возникнет наш Бог. Именно с этого места оно могло улизнуть от нас и спастись…».

— Аланта, хватит страшилки детям на ночь рассказывать, — крикнул ей я и позвал прогуляться. И мысленно добавил: «Им не нужно знать всей правды, без неё легче жить».

А потом вечером, когда все ушли спать, я подарил ей коньки, рассказав их историю и не утаивая ничего.

— Спасибо, Алан. Я понимаю, насколько они тебе дороги. Я буду беречь их, это самый лучший подарок, правда!

А после я развернул два свёртка с одеждой и вручил Аланте её комплект.

— Это друг детства сегодня оставил на память. Встретил его здесь, мы давно расстались и, видимо, больше не увидимся, он никогда не простит меня и будет прав… Но это ещё не всё — он помог мне сделать каток для тебя. Сходим с утра?

— Да, Алан.

Когда ночь, не отличающаяся ото дня в глубинах пещер, да и на поверхности нашего проклятого мира, сменилась утром и фонари вновь засветили в полную силу, мы наспех позавтракали и выскользнули спозаранку, направляясь к катку. Подаренные Антоном обновки мы заранее одели, и они сели точно, как будто сшитые для нас под заказ. В них было очень тепло и мы шли по улицам ещё спавшего города, оценивая результаты проделанной по ремонту работы, и разговаривая ни о чём.

Холодный ветер пещеры, несущий мельчайшие кружевные снежинки, нам казался уже не таким страшным и вскоре мы подошли к ледяному дворцу. Я включил цветную подсветку и провел Аланту в центр круглой ледяной арены, замёрзшей и гладкой настолько, что я дважды упал. Аланта же держалась молодцом, обувка коньков легла ей на ноги идеально, и я принялся ей помогать, как и Яне когда-то, сначала научиться держаться на коньках, а потом и скользить на них по льду. Не хватало лишь моих зарисовок из библиотеки, но Аланта всё схватывала на лету и вскоре меня удивила легким танцем на льду, порхая по поверхности как будто на крыльях.

— Здорово, ты молодец, Аланта! — похвалил я её, а она не удержалась и едва не упала на льду.

— Алан, скажи, у меня получается лучше, чем…

— Не буду сравнивать… У тебя великолепно получается кататься, Аланта!

— Я вижу, сегодня мой свет в тебе уже не уступает Яниному. Прости…

Она продолжила кататься, а вскоре подошла и предложила попробовать мне.

— Но я же совсем не умею, да и обувку я сделал не моего размера.

— По размеру должны пойти, а потом, если что, шнурками затянем. Давай, Алан, не одной же мне тут падать!

— Да ты почти и не падала! Ладно, давай уже, попробую.

Мы с трудом затянули ботинки, я попытался встать, но больно шлёпнулся коленкой о лёд. Хорошо, что рядом была Аланта и подлечила мне ногу. Следующие два часа моих мучений и радостного смеха Аланты меня окончательно убедили в моей полной неспособности кататься на льду. Тогда Аланта встала и подошла ко мне. Её белоснежные туфли, блестящие металлом на каблуках и подошве и сделанные из всё той же кольчужной белой ткани, что и всё её одеяние, к удивлению, совсем не скользили на льду. Мороз на арене немного ослаб и Аланта скинула свой тёплый наряд, оставшись в своем белоснежном платье.

— Алан, встань ровно. Вот так, я крепко держу тебя. Ты же мне веришь? А теперь закрой глаза, не бойся, я всегда буду направлять тебя. Доверься мне, я помогу тебе двигаться.

Пока я стоял с закрытыми глазами на месте, я и не думал падать. Потом ощутил её ладошки на своих лопатках и лёгкий толчок в спину направил меня вперёд.

— Вот так, а теперь представь, Алан, что ты летишь на крыльях и они не позволят тебе упасть никогда. Не думай о льде, ведь лёд — он неважен, он всегда будет ложится тебе прямо под ноги, — её голос словно гипнотизировал, — и ничто никогда не выведет тебя из состояния равновесия. Вот так, поворачивай вправо, только не открывай глаза, сейчас вперёд, а теперь влево. Не бойся, я буду держать тебя… всегда.