Память сердца (СИ) - Ветер Вольна - Страница 2

Тихий близкий хлопок, и к моей шее крепко прижался Яшка, нервно попискивая. Почуял, что хозяйка волнуется и примчался утешать. Потерся мордочкой о мою щеку, успокаивая, обнимая за шею, крыльями-лапами.

Черныш теперь накрепко обосновался в Трединстве. Что хорошо понятно и объяснимо — кому как не мудрому фамильяру приглядывать за молодой ведой и ее хозяйством, наставлять, да учить уму разуму? Такое ответственное дело теперь в ведении Маи.

А Яшка фамильяр подросток, расти и расти под моим присмотром. Даже говорить пока не научился, это у них с возрастом и мудростью приходит. Только люди неразумными балакать начинают да агукать.

— Выпей! — передо мной на столе появилась кружка с травяным настоем.

С появлением Яшки мне стало ощутимо спокойнее, не одна в творящемся хаосе. Придут сестры, и мы обязательно достанем Наришу из каменной толщи. Обязательно!

С укором посмотрела на мага, выделившего мне такое подношение. Выпить что-то из его рук, я не настолько потеряла разум! Фыркнула, выдержав его раздраженный взгляд.

— Успокоительное, не больше! — раздраженно отозвался он. — Ты же наверняка чувствуешь состав трав?

В том то и дело, что меня оглушило и чутье затихло. Оно было да, но нестабильное и размытое, все нацелено только на толщу скалы и Наришу, отрицая прочие обстоятельства.

«Не стану пить!», — сообщила этому наглецу упрямым взглядом.

Ситуацию разрешил любознательный, а может просто внимательный Яшка. Слез с моего плеча на стол, заглядывая в выставленную железную кружку с травяным варевом.

Внимательно понюхал, чихнул одобрительно, довольно пискнув что-то на своем языке, и снова полез мне на плечо — обнимать, греться и утешать. Он всегда такой, внимательный, трепетный и сочувствующий очаровашка летучий мышь.

Точно, эмпат! Как дорастет до разговоров, обязательно сам обо всем расскажет, а пока только пищит негромко, но много, очень разговорчивый.

Маг наблюдал познавательную вылазку фамильяра с нескрываемым любопытством. Что там говорить, фамильяры силу магов не признают, предпочитая водиться с нами, ведами. С ними знаться не желали, а попытки грубо подчинить до сих пор хранили видовой памятью.

— Сама видишь, он одобрил! — настойчиво сватал выданное варево наглый маг. И чего пристал, спрашивается?

— На тебе лица нет! — припечатал он.

Поругаться не вышло. Рядом материализовалась еще парочка его настырных соратников магов с донесением. Эти были мне не знакомы, но я не сильно зналась с их братией, разве, что с самыми шишками, когда решала важные вопросы.

— Порода нестабильна, залежи тактонита… — по-военному четко начал отчитываться один из них.

От этих слов мне стало как-то очень дурно, чтобы сделаться совсем плохо при продолжении. Хотя часть сказанного я все же пропустила, слыша только сверхгромкое биение собственного сердца.

— …опасность прорыва горных газов!..

«Риша!» — реальность дрогнула, Яшка запищал, меня отвлекая. Слез по руке, устраиваясь на моем запястье, обнимая крыльями лапками ладонь. И тихо пища заглядывал мне в глаза своими огромными, мерцающими золотым перламутром глазищами, что-то рассказывая.

Недовольный Нордвиг отогнал магов. А я потянулась за выставленной железной кружкой с еще теплым варевом, и сделала пару глотков, даже не знаю зачем.

Честно, очень хотелось заплакать. Но я сумела сдержать прорывающееся слезы, заглушив всхлип громким вздохом. Лучше так, плакать на глазах у магов я не буду. Не дождетесь!

Прибудут сестры, и мы что-нибудь придумаем, решим. Яшка со мной соглашался, пища в ответ что-то одобряющее, обнимая ладонь теплыми лапками, подросший и теперь довольно тяжелый.

— Мира! — позвал меня откуда-то сбоку надоедливый маг.

От неожиданности посмотрела в его сторону, встречаясь с встревоженным взглядом стоящего рядом Нордвига, слишком пытливым и пронзительным.

— Я достану ее, слышишь, достану! — попытался убедить меня он. — Вытащу ее из-под земли, даже если ты мне не веришь. Видеть тебя такой невыносимо, лучше бы ты на меня кричала! — решительно закончил он, и, развернувшись, ушел.

Мне до его слов, что до звезд на небе — все равно! А придумать, как достать Ришу, это важно. Но идеи поступать отказывались.

***

С появлением других вед ситуация стала еще более напряженной. Сестрам по ведовской силе присутствие на месте толпы магов конечно не понравилось.

Резкая и решительная Радоница сразу вступила в перепалку, ставя магов с их мнением на место. Любое, лишь бы подальше.

— И никакой вашей магии, окаянные! — припечатала она по итогу.

— Да мы и не собрались. У нас по протоколу в этом месте использование силы не положено, — с усмешкой отозвался на ее слова чернявый маг, заинтересовано поглядывая на нашу красавицу.

Куда там, Радоница магов терпеть не может, и разбирается с ними на раз. Пару хлестких фраз, и их игривое настроение испаряется, уступая место раздражению. Это она так со своим Северным князем и его окружением насобачилась ругаться в их затянувшемся противостоянии.

Не повезло князю однажды не всерьез сравнить нашу красавицу с гулящей девкой. С тех самых пор она его терпеть не может и на дух не выносит, по любому поводу конфликтуя. Хоть и извинялся князь не единожды, да все без толку.

Слово сказанное не воротить, так и станет ветром по просторам мира трепаться. А потому нет у мага и шанса, Радоница таких поклонников на раз отваживает. Не любит магов, как и все остальные веды. По правде сказать, есть у нас среди магов свои любимцы.

Не по силе судят по человеку, а по делам. Среди мужчин магов тоже нашлись достойные, только здесь их не наблюдалось. Подчас от рядовых неравнодушных магов толку больше, чем от всей их прогнившей, самодовольной верхушки.

Более опытные веды держались спокойнее и так открыто с магами цапаться не спешили. Жизненный опыт учит смирению и умению приноравливаться под разные обстоятельства, или менять обстоятельства под себя.

Весена отиралась у самой скалы, осматривая место происшествия, ее рыжая макушка то и дело мелькала между снующими магами. Со своим невысоким ростом, она напрочь терялась на их фоне, заставляя выискивать ее взглядом.

Наинель въедливо, неторопливо и наверняка занудно расспрашивала о случившемся попавшего в ее цепкие лапы мага, занимавшегося исследованием окружающего пространства. Она всегда такая, основательная и дотошная. Ее вообще не переспорить, и собирает информацию преотлично.

Славена расположилась на краю поляны, прислушиваясь к происходящему. Полезное занятие, ведь надо понять потоки силы и вибрации. Для меня пока невозможно, слишком переклинило из-за страха за дочь, силы вместе с сердцем стремились к ней, через толщу наваленных камней.

— Отцу надо сообщить? — спросила оставшаяся рядом со мной Заряна, имея в виду моего бывшего мужа, отца Нариши, с которым мы уже давно в разводе.

Всеблагая дарует нам, ведам, здоровье и долголетие, не сравнимое с жизнью обычного человека. А потому составить крепкую семью с обычным мужчиной дело непростое. Со временем меняются люди, их чаяния и настроения, и не всем удается сохранить отношения. Испытание временем самое сложное.

В нашем мире разводы не приняты, но для вед действует исключение. Разве удержишь рядом красавицу, умницу, одаренную Всеблагой жену, у которой впереди так много? Для магов такое исключение тоже действует.

Вот и мы с Нимиром расстались. Когда встретились, все казалось легким, а идти рука об руку проще простого. Но со временем наши дороги разошлись, сказалась разница интересов и жизненных ожиданий.

Трудно быть хорошей женой, поддерживая домашний очаг и обеспечивая мужу уют, когда у тебя хлопотное хозяйство в виде заповедного леса с Источником. Мужчине, прежде всего, нужна ласка да забота. Так мы и разбежались, каждый в свою сторону.

Расстались легко, без камней за пазухой. Нимир обзавелся новой семьей, обеспечив Наришу сводными братьями и сестрой. Выбрал себе в жены приятную женщину, сумевшую дать ему уютный дом и семейное счастье. А мне от наших отношений осталась Нариша, щедро обласканная дарами Всеблагой.