"Фантастика 2023-126". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Туманова Марина Львовна - Страница 552

Михаил II взглянул на бывшую супругу равнодушно. При виде меня наша биологическая мать улыбнулась, а переведя взгляд на Игоря Михайловича, заговорила:

— Поздравляю, сынок, ты высоко поднялся, — сказала она, глядя на цесаревича. — Всегда приятно видеть, как твои дети добиваются успеха. Такие вы у меня замечательные.

Царь хмыкнул, а Игорь Михайлович ответил:

— Я, конечно, благодарен за похвалу, однако должен заметить, что мои успехи — моя заслуга, — без каких-либо эмоций в голосе произнес он. — Впредь прошу вас не делать двусмысленных намеков, как будто вы имеете право именоваться моей матушкой. Такое право есть лишь у Евгении Семеновны Стремневой.

Но Юлия Александровна не была бы собой, если бы не продолжила играть с огнем.

— Поэтому я и выбрала ее в качестве твоей суррогатной матери, Игорь, — с улыбкой объявила она.

— Хватит, — отрезал Михаил II, прерывая диалог. — Ты больше не царица, и ей не станешь. А цесаревич прав — ты официально погибла при пожаре Иоанно-Предтеченского монастыря. Так что не думай, что тебе удастся вернуться к жизни, будто ничего и не было. Ты пыталась меня убить там и ответишь за свои дела.

Но Юлия Александровна не растерялась. Лишь головой тряхнула, глядя на супруга с победной улыбкой.

— Ты был слабаком, который не решался сделать то, что было должно, — сообщила бывшая государыня. — Боялся показать своего настоящего сына, признать детей и раздать им должности, чтобы закрепить за своим родом Милославских всю власть в Русском царстве. А смотри-ка, стоило мне умереть, как ты тут же бросился делать ровно то, чего хотела я.

Царь вместо ответа кивнул мне.

— Начинай, Дмитрий.

И не успела Юлия Александровна повернуть голову в мою сторону, а я уже воспользовался своим даром. Сопротивления моя биологическая мать никакого не оказывала даже символически, вместо этого мне показалось, что она, наоборот, приглашает меня к действию.

Но я полностью контролировал ситуацию, так что никакого подвоха не заметил. Просто отметил автоматически, что этот допрос может вскрыть какие-то секреты, о существовании которых ни я, ни Игорь лучше бы не знали вовсе.

— Готово, — сообщил я, не глядя на царя с наследником. — Задавай вопросы, государь.

И допрос потек томительно. Я повторял вопросы Михаила II, но касались они в основном тех дел, что велись задолго до моего появления. Царь, пользуясь только своей памятью, уточнял даты и имена незнакомых мне людей, но чья судьба, очевидно, была для него важна.

Игорь Михайлович отошел в сторонку и присел на диван. Большего от него никто не требовал, а мы с государем продолжали слушать Юлию Александровну, пока государь, наконец, не закончил свою часть.

— Кого она считала своим фаворитом на место цесаревича? — спросил Михаил II.

Я переадресовал вопрос пленнице, и та ответила негромко, но мы все прекрасно ее услышали:

— Мой фаворит — Дмитрий Романов.

Я усмехнулся, ожидая такого ответа. А государь нахмурился, глядя на бывшую супругу, но нового вопроса не последовало. Сидящий же в сторонке цесаревич и вовсе оставил слова биологической матери без реакции.

— Как ты хотела посадить на трон Романова? — уточнил я.

— После смерти Михаила II Милославского объявила бы лично перед собранием князей, верных Русскому царству, — проговорила бывшая государыня. — Сказала бы, что это последняя воля моего почившего супруга.

— Как должен был умереть Михаил II Милославский? — уточнил я.

— В пожаре Иоанно-Предтеченского монастыря, — ответила Юлия Александровна.

Бросив взгляд в сторону напрягшегося при этом царя, я продолжил уточнять:

— Ключники помешали тебе убить царя в монастыре? Или они помогали тебе совершить убийство?

— Ключники ничего не делали с пожаром, — ответила она. — Меня выкрал Людвиг.

— Людвиг не имеет отношения к ключникам? — уточнил я.

— Он за ними следит.

Это было интересно, а потому я продолжил расспросы.

Людвиг оказался убийцей, который приходил за членами общества, когда те нарушали Кодекс. Содержание самого Кодекса Юлии Александровне было неизвестно, но Людвиг не вмешивался в происходящее, пока ключники не пересекали некую черту.

От этого веяло бредом, с одной стороны, а с другой, если бы я основывал общество, практически управляющее миром, тоже не отказался бы от идеи добавить к нему надзирателя.

Впрочем, это была любопытная, но пока что бесполезная информация. О том, как ее использовать, я еще обязательно подумаю. Но один вопрос она порождала прямо сейчас. Людвиг приходит только за поклонниками Януса Двуликого. А значит...

— Когда ты начала работать на ключников? — спросил я.

— Сразу после убийства великого князя Новгородского, — проговорила Юлия Александровна.

Что ж, вот и ответ. Действительно, зачем размениваться на мелочь, когда можно получить целую царицу? И в этом свете предложение членства, сделанное Игорю Михайловичу, когда он еще был Игорем Павловичем, обретает иной смысл.

— Назови имена всех известных тебе членов общества ключников, — потребовал я.

И царица перечисляла. Стоящий рядом государь лишь хмыкал, а вот цесаревич сразу же заметил:

— Члены правящих родов Европы, — прокомментировал он.

Я кивнул, соглашаясь со своим биологическим братом. А царица продолжала говорить, называя имена и фамилии вторых-третьих сыновей. Ни одного наследника и непосредственного правителя.

И только в Русском царстве они попытались захватить власть, посадив на трон своего человека. Впрочем, что мне известно о внутренней политике наших соседей? Может быть, со временем члены общества и взойдут на свои престолы, избавившись от прочих конкурентов.

— К какому роду принадлежит Людвиг? — уточнил я, когда список имен закончился.

— Я не знаю этого, — ответила бывшая государыня.

И на месте самого Людвига я бы тоже придерживался такой идеи. Если бы мне нужно было следить за всеми ключниками, которые охватили всю Европу, тоже не стал бы никому представляться настоящим именем. Так что вполне вероятно, что и Людвиг — псевдоним, призванный запутать следы.

А царица совсем поникла. Если мы будем продолжать, это попросту убьет ее мозг. Впрочем, государь и сам все видел, так что, не скрывая недовольства, махнул рукой.

— Отпускай ее, больше все равно ничего не узнаем, — велел Михаил II, глядя на бывшую супругу без всякой жалости.

Я развеял технику и подхватил биологическую мать, чтобы та не рухнула на пол. А сидящий на диване Игорь Михайлович добавил:

— А мне кажется, мы узнали самое главное, государь, — произнес цесаревич. — Против нас весь западный мир. И от своих планов по захвату Русского царства они не откажутся. Никакой Людвиг, каким бы цепным псом Кодекса он ни был, не остановит будущих королей.

Михаил II кивнул в ответ на слова наследника и молча смотрел, как я сажаю Юлию Александровну в кресло.

— Полагаю, вам не нужно напоминать, что обо всем здесь услышанном следует молчать, — произнес царь. — Мне необходимо подумать, что теперь со всем этим делать. Ультиматум Германскому рейху может привести к войне, и я уже не уверен, что, начни мы войну против кайзера, против нас не восстанет вся Европа.

Я промолчал, никак не комментируя его выводы. Молчал и Игорь Михайлович. Решать подобные вопросы не в моей компетенции, однако мне хватало ума понять, что мировая война в мире магии — это самый настоящий апокалипсис.

Но меня новые сведения не пугали. Я и раньше-то не считал, что удастся прожить без войн. Теперь мы просто узнали имена противников, и от этого можно было сыграть.

В конце концов, ни в Поднебесной, ни в Османской империи ключников не было. А обе эти державы — уже наши союзники. Ко всему прочему русский князь даже взял в жены дочь китайского императора.

Пожалуй, стоит навестить Пермск. Я как раз хотел прикупить на Дальнем Востоке немного земли, чтобы разместить там сервера «Оракула».

Русско-германская граница, губерния Литовская .