"Фантастика 2023-126". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Туманова Марина Львовна - Страница 582

Патриарх Мефодий, лично приехавший благословить всех причастных на столь богоугодное дело, открыл параллельный сбор средств в фонд через церкви и приходы. О том, что подобное вмешательство в судьбу, ниспосланную свыше, греховно, он и не думал. После инцидента с бывшей царицей и великой княжной Измайловой Мефодий окончательно утратил самостоятельность и теперь выполнял указы государя.

— Ты хорошо выглядишь, Дима, — заметила Виктория, обнимая меня сзади и глядя через мое плечо в зеркало. — Мне кажется, с каждым новым днем ты становишься для меня все более привлекательным.

Я усмехнулся, кладя руки на ее ладони и чуть сжимая пальцы супруги.

— Для мужчины красота — не главное, — заметил я, после чего повернулся к ней и поцеловал в губы. — А вот ты точно с каждым днем хорошеешь. Беременность тебе к лицу.

Княгиня Романова мило покраснела, прямо как в те первые дни нашего знакомства в стенах Царского Государственного Университета. Затем отвела прядь волос за ухо и, опустив глаза, произнесла:

— Ты все так же любишь загнать меня в краску, — заметила она. — Я, кстати, говорила с Ириной Руслановной.

Я кивнул, готовясь выслушать, о чем был разговор. И отвел супругу к мягкому креслу, в которое усадил ее, а сам сел рядом, чтобы держать ее за руку.

— Она предложила мне тоже обзавестись каким-нибудь благотворительным фондом, — продолжила Виктория. — Сказала, что это будет полезно для личной репутации. И я подумала, что идея хорошая.

Я пожал плечами, поглаживая ее ладошку.

— Деньги у нас есть, так что не вижу препятствий. Только тебе наверняка потребуется толковый управляющий, — заметил я. — Опять же, придется отрывать время от своих обязанностей. А я бы не хотел, чтобы ты во время беременности взваливала на свои плечи дополнительную нагрузку. И без всяких фондов крутишься, как белка в колесе, а в твоем положении это может навредить вам обоим.

И в довершении речи я положил руку на округлившийся живот супруги. Как обычно, дар позволил мне прочувствовать сердцебиение малыша. И я непроизвольно улыбнулся, а Виктория погладила меня по щеке, глядя на меня с такой нежностью и любовью.

— С нами все будет хорошо, — заверила она. — И я не собираюсь заниматься всем сама. Пока посмотрю, что предложит твоя матушка, у нее какая-то невообразимая гора идей. И хотя Ксения говорит, чтобы я не слишком увлекалась этими замыслами Ирины Руслановны, княгиня Казанская ведь права.

Я кивнул.

— Ты можешь себе позволить любой фонд, какой пожелаешь, моя принцесса, — сказал я. — А если матушка не подберет тебе подходящий, ты вполне можешь организовать его сама. Инга Валентиновна наверняка не откажет в помощи, у нее хотя и мало времени сейчас, однако совет дать она всегда сможет.

Виктория мягко улыбнулась, делая глубокий вдох.

— На самом деле я бы хотела организовать грант имени бояр Морозовых, — призналась она. — На образование в медицине. Не обязательно же всем изучать науку, чтобы становиться учеными, можно быть и простыми докторами.

— Это вполне возможно, — подтвердил я. — Например, у нас в Иннополисе есть НИИ хирургии, можно при нем организовать и обучение. Кто-то из выпускников получит возможность уйти в науку, а кто-то станет востребованным специалистом, знакомым с последними мировыми новинками профессии. Консервативных докторов, которые не приемлют наших новаторских методов, и так хватает.

Княгиня кивнула.

— Пожалуй, так и поступлю, — приняла решение она, после чего улыбнулась: — А теперь беги, я же вижу, как тебе хочется заняться делами. А со мной еще успеешь посплетничать.

И я ушел на традиционный завтрак с главами боярских родов Красноярского княжества. Гости уже собрались у стола и ждали лишь моего появления.

— Доброе утро, господа, прошу всех за стол.

И пока мы все рассаживались, в столовой установилась тишина. Подходил к концу очередной квартал, необходимо было свериться с намеченными ранее планами, убедиться, что все идет как нужно и нигде никаких непредвиденных проблем не возникнет.

Первым докладчиком выступил Островерхов.

Нестор Петрович отчитывался по своей части обстоятельно, с цифрами и деталями. При этом не читал, а по памяти, доказывая, что держит руку на пульсе. Для градоначальника это была отличная демонстрация, что он по-прежнему на своем месте.

— Благодарю, господа, — заговорил я, когда все закончили свои речи. — Как было здесь сказано, мелкие недочеты есть. Но мы их исправим, я не вижу никаких критичных проблем. Княжество Красноярское растет и богатеет, наши подданные крепко стоят на ногах и смотрят в будущее с уверенностью. Совсем не таким принял я эту землю из рук государя всего несколько месяцев назад. И я говорю вам спасибо, господа, ведь это вашими решительными действиями и смелыми решениями удалось так скоро не просто удержать княжество на грани банкротства и запустения, но и нагнать показатели самых тучных лет.

Я взял паузу, чтобы подняться на ноги, держа в руке бокал с вишневым соком, заменяющим мне вино. Старый трюк, которому меня в свое время научил Михаил Эдуардович Юсупов, пригождался и здесь. Впереди долгий трудовой день, и я не собирался начинать его с алкоголя, как было принято во многих других родах.

— Поэтому предлагаю тост за вас, господа! — объявил я, когда гости поднялись со своих мест и замерли, глядя на меня с улыбками на лицах.

Им было отчего радоваться. После моего княжения состояния оставшихся у власти боярских семей скакнули вверх. Пошла быстро растущая прибыль, да такая, что на бояр из многих других княжеств мои могли поглядывать с легким презрением, как на голь и нищету.

— За вас и за то славное будущее, которое ждет Красноярское княжество! — завершил я свой тост, поднимая бокал выше.

Островерхов Нестор Петрович поднял свой бокал и ответил первым:

— За князя и княгиню Романовых!

Дружный хор подхватил его слова. Я так же как и все присутствующие осушил свой фужер до дна.

У меня ушло не так много времени, чтобы собственные бояре перестали глядеть на меня затравленными зверьми и превратились в исполнительных и инициативных сотрудников. А наномашины, которыми мы с Викторией снабдили как самих глав родов, так и их семьи, и вовсе подняли наш авторитет на небывалый уровень.

И пускай любовью это было не назвать, но оттого, что нас уважали, я чувствовал удовлетворение. Была проделана огромная работа, привлечены казавшиеся невероятными ранее инвестиции, люди уже начинали бежать из других княжеств в Красноярск в поисках лучшей жизни. Это ли не повод гордиться своими заслугами?

Но, разумеется, это было только начало. Нужно двигаться дальше.

— Благодарю, господа, — сказал я, когда был поставлен на стол последний фужер. — Оставайтесь для продолжения завтрака, а я вынужден вас покинуть. Благополучие нашего княжества — дело вечное.

Бояре одобрительно кивали и провожали меня уважительными взглядами. Я же спустился в подвал особняка и только там ответил на мигающий в виртуальном окне вызов.

— Слушаю тебя, Людвиг.

Германский рейх, город Бисмарк, особняк правящего рода .

Его высочество Герберт фон Бисмарк сидел в библиотеке, свободно развалившись в кресле. Перед ним на журнальном столике была установлена шахматная доска, на которой почти не осталось белых фигур. Напротив разместился мужчина в дорогом костюме, на его пальце тускло блестело латунное кольцо члена общества Януса Двуликого.

Гость уверенно передвинул очередную черную фигуру, ставя принцу уже далеко не первый шах. Щелкнули часы, отмечая побежавшее на циферблате время.

— Ваш ход, ваше высочество, — с улыбкой произнес мужчина, прокручивая перстень на пальце.

Вместо ответа Герберт фон Бисмарк протянул руку к доске и положил белого короля на бок, признавая поражение. Гость улыбнулся шире, а принц Германского рейха тяжело вздохнул.

— Не стоит столь сильно расстраиваться, ваше высочество, — сказал ключник. — В конце концов, мы провели вам достаточно эффективную демонстрацию своих возможностей. Самолет куратора Царской Службы Безопасности — сбит. Царской делегации — сбит. А вы смогли представить дело так, что во всем виновны внутренние враги рейха. Устранили их и укрепили тем самым власть своего рода над благословенной Германией.