Иллюзии (СИ) - Совушкина Наталья - Страница 73

Эти средства шли на содержание приютов и бесплатных начальные школ, в которых выявлялись и далее обучались одаренные человеческие дети и дети небогатых лердов. В свете текущих событий, это более чем удачное вложение. К тому же политика лояльности и терпимости ко всем магическим существам всегда провозглашаемая драконами давала свои результаты. Представители магических рас и люди, так или иначе обиженные на высокомерных эльфов или несдержанных демонов, или напуганные байками про вампиров, предпочитали перебираться под крылья драконов. Их империя довольно влиятельна и велика. Конечно, приятно, когда в случае чего можно положиться на демоническую родню со стороны матери — они всегда поддержат его, при условии что их интересы не пострадают. Вопрос с вампирами также решается довольно просто — с помощью денег, и Сариде, а эльфы… что ж либо ему придется жениться, либо можно предложить то от чего они не смогут отказаться. Везде все решают связи и друзья.

Император расправил плечи и твердой походкой вошел в зал совета. Предстоял еще один раунд с представителями доменов и собственными министрами. Он должен призвать их к действию, показать и доказать всем, что власть по-прежнему в его руках. Независимо от разрушенного артефакта. Ну и конечно в его распоряжении Академия, являющаяся лучшим учебным заведением империи.

***

Расчет на Канаркетанеля оказался верен. Он отбыл в Академию, не дожидаясь окончания собрания совета министров. Озадаченный разработкой ритуала, который позволит вытащить остальных магических созданий империи запертых в другом мире, ученый муж погрузился в вычисления еще во время заседания. Он что-то долго писал и вычислял, переправляя по несколько раз в своих записях, потом вдруг резко подскочил с места и бросился к выходу:

— Чем тратить свое время на выслушивание ваших голословных обвинений друг друга в некомпетентности, и фантазии на тему: кто виноват, я лучше отправлю призывы своим ученикам, а после — займусь решением насущных проблем, — заявил он во всеуслышание и демонстративно покинул заседание.

Это было удачно, несмотря на некий вызов, срывавшийся в его поступке. Во всяком случае, после выходки ректора магической академии, заседание покинул представитель домена эльфов с заявлением, что ему необходимо срочно отправить сообщение Светоносному. Он пообещал от имени эльфов бесплатно снабдить пострадавших всеми необходимыми препаратами, а также обеспечить прибытие нескольких специалистов высочайшей квалификации уже к завтрашнему вечеру. Н-н-да… этому можно не удивляться — эльфы всегда считались лучшими врачевателями, а так как среди пострадавших были представители и их расы, то снобизм ушастых расцвел пышным цветом, заставив предоставить лучшее своим сородичам. Эта помощь лишней не будет. Даже такую трагедию лучше использовать для упрочнения связей и объединения…

Далее засобирались представители вампиров и демонов. Каждый домен обязался также предоставить лучшее из имеющегося в его распоряжении. Там были и эксклюзивные накопители, и кристаллы для записей, и ценные ингредиенты. После выступления представителей доменов, балаганный шум министров сошел на нет, и все весьма скоро засобирались по делам, которые в связи со сложившимися обстоятельствами нашлись в каждом ведомстве.

Такое ощущение, что министры присутствовали на заседании только с одной целью — собрать больше сплетен о происшествии. А когда представление было окончено, зрители потянулись к выходу.

Когда Аллоневир покидал зал совета, сразу за дверью его ждали. Холл перед дверьми был заполнен. Первым к императору направился мрачный лорд Аранский, а вместе с ним еще несколько не менее влиятельных лордов, чьи отпрыски должны были сегодня возвратиться в лоно семьи.

Но ждали его не только родители тех, кто оказался в портальном зале в момент взрыва. Ждали родственники тех, кто застрял в чужом, скупом на магию мире. Лордов и лердов, людей и нелюдей. Его подданных. Там были и взволнованный глава оборотней, и гоблины, державшиеся рядом с представителем гномов с супругой, и даже главы кланов каменных и степных орков, с непроницаемыми лицами, что стояли, закрывая своими широкими спинами обзор представителям людского племени, и несколько молоденьких магов, и жалобно подвывающие уткнувшись в седую старшую горничную молоденькие девушки. Они — ждали его появления, в надежде услышать заверения, что император не оставит в беде своих подданных. От множества лиц, на которых отчаяние и ужас боролись с надеждой, волосы вставали дыбом.

— Те, кто был в зале, сейчас находятся под наблюдением медиков, волноваться нет причин. А что касается остальных — мы сделаем все, чтобы вернуть их. Академия обещает разработать необходимый ритуал, работы уже ведутся, — заявил император, подкрепив свои слова, магией внушения, передавая слушателям уверенность и спокойствие. Жители империи не должны сомневаться в своем императоре.

Уже поздно вечером Аллоневиру удалось добраться до кабинета и рухнуть наконец-то в любимое кресло, вытянув гудящие ноги. К сожалению, от гула в голове так же просто избавиться невозможно. Напряжение дня не отпускало. Перед глазами, словно в калейдоскопе, мелькали картинки увиденного, и ни как не желали складываться в целое. Он принял бокал вина от молчаливого Шааркхана и тяжело вздохнул и прикрыл глаза. На часах — полночь. Влада наверно уже спит. А ему еще нужно побеседовать с Фарисадриалем. В кабинет осторожно заглянул взъерошенный Териан:

— Все послания отправлены, Ваше Величество.

Еще одно дело сделано. Объявление о происшествии составленное Терианом и одобренное им лично разослано в газеты. Лучше официальная версия, чем невероятные слухи. Он кивнул секретарю, замершему в дверях кабинета:

— Благодарю.

Эйль Сегрард покачнулся и потер глаза. Повинуясь взгляду повелителя, Шааркхан протянул Териану вина, и тот залпом осушил предложенный бокал.

— Иди, отдыхай Терион, — отпустил его Аллоневир. — И… спасибо… ты очень выручил меня.

Парень задумчиво покрутил пустой бокал и взглянул на императора, словно хотел что-то спросить, но не решался. В дверях возник Фарисадриаль. Эльф выглядел в общем довольным, хотя и слегка уставшим. Он ловко прихватил бутылку, налил себе и, обогнув секретаря, приземлился в кресло напротив императора.

— Рассказывай. Есть какие-нибудь версии? Как не ужасна сложившаяся ситуация, но когда понимаешь причины и находишь виновных, становится легче, — усмехнувшись, признался Аллоневир. — Никак не могу отделаться от мысли, что мы вовремя не заметили признаков разрушения, и тем самым я подвел всех, не справился с ролью хранителя. Хотя… как не крути, я все равно не справился — Арка разрушена…

— Да ладно, Аллоневир. Магистры постараются, эвакуируем всех, а дальше пусть разбираются с уцелевшими обломками. В конце концов, разве они не доставали тебя просьбами изучить этот артефакт? Теперь могут изучать его остатки сколько угодно… Даже если не удастся воспроизвести арку, то по меньшей мере избавимся от этой зависимости, — несколько зло отозвался эльф. — А версий у меня много, сам понимаешь — фантазия богатая. Но не хочу торопиться и спешить с выводами, — объявил Кариталь, сделав очередной хороший глоток из бокала и рассматривая одинокую каплю на дне. — Вот вам, например, странность. Удивил меня младший Аранский. Аранские, конечно, необычайно одарены магически и к тому же обладают весьма впечатляющим магическим резервом, недаром Ваши родственники… — эльф сделал театральную паузу, отсалютовав императору пустым фужером.

— Прекрати тянуть кота за хвост, к чему ты? — не выдержал тот. А секретарь, все это время топтавшийся у выхода, передумал уходить, внимательно следя за рассказчиком.

— А, я не тяну, — эльф ловко перехватил из рук Шааркхана бутылку и снова наполнил свой бокал, — просто Аранский-младший, в отличие от всех в зале, успел полностью трансформироваться и заключить в кокон из крыльев своих спутниц…

Шааркхан закашлялся и выдавил:

— Но… как же магическое истощение? Насколько я смог выяснить у лекарей, все кто был в портальном зале магически пусты, портал выпил их до капли! Он бы не смог…