Красный волк (СИ) - Свидрицкая Наталья - Страница 21

– Что такое анна? – Спросил рядом тихий женский голос с раббианским акцентом.

– Не знаю. – Чуть слышно ответил он, но и это усилие всколыхнуло в голове такую боль, что он едва снова не потерял сознание.

– Ты меня слышишь, Волк, ты здесь? – встревожено спрашивала женщина, но ответить Ив уже не мог. Больше суток он лежал совершенно неподвижно, не открывая глаз и не реагируя на вопросы и прикосновения, и только к исходу этих суток начал приходить в себя.

– Мы уже боялись, что потеряли тебя! – Призналась Аэла. – Ты вдохнул слишком много даже для наркомана, а ведь ты мероканец!

– Я офт. – Возразил Ив.

– Это тебя и спасло. – Согласилась Аэла, и нежно провела ладонью по его влажному холодному лбу. – Что произошло, Волк? Что ты сделал?

– Ничего. – Ответил он. – Я вошёл… вдохнул дым… и начался сон.

– Я так и сказала Шену. Что доза была так велика, что наверняка свалила тебя с ног в первые же секунды. Я поклялась, что иначе не могло и быть.

– Зачем? – Ив с усилием разлепил веки и посмотрел на неё. – Какая в этом была нужда?

– Ты видел лорда Рэна?

– Я не успел его увидеть. Что с ним?

– Ничего. – Аэла внезапно переменила тон. – Лежи. Ты едва не умер. Ты весь избит, у тебя были синяки, кровоподтёки, кровь на спине и лице.

– Это… там, во сне. – Ответил Ив. – Л:вар бил меня… Он говорил, что всё по-настоящему.

– Как бы там ни было… – Аэла смотрела на него как-то странно. – Тебе сейчас нужно лежать. Ты был так плох, что уйдёт какое-то время на восстановление. Дня два. Не меньше. Я позабочусь о тебе.

Ив закрыл глаза. Самым ужасным было то, что он помнил всё, происходящее с ним в наркотическом бреду: и наслаждение, и убийство. И знал, что забыть не сможет. Жить с таким грузом он не хотел.

Он всё ещё был сильно болен, когда Арига состыковалась с маленьким терминалом Девять – два. Шен и полирам Нер вошли в приёмник терминала через три часа после Анны, и встретились с тем же кинтанианином. Шен отправил Нера к хозяину терминала, а сам заказал себе отдельное помещение и заказал связь с Въеррой. Ждать пришлось больше часа. К его неприятному удивлению, хозяин у Въерры был теперь другой. Молодой кинтанианин Средней Касты с искусственным глазом улыбнулся ему через слабые помехи экрана внешней связи:

– Не ждал? Какой приятный сюрприз для нас обоих!

– Где Вотт?

– Умер. Здесь была скоротечная эпидемия – воздух испортился. Очень многие пострадали. Теперь на Въерре всё не так, как прежде, но барона Ариги встретят, как подобает. У тебя дело ко мне?

– Дело срочное. – Вынужден был сказать Шен после минутного колебания. – Мне нужен навигатор, хороший навигатор. Мог бы поискать на Биафра, но туда в один присест не долетишь. Боюсь ошибки в расчётах. У тебя есть кто-нибудь?

– Найдём. И передай Кмолю, если этот негодяй ещё жив, что у меня есть парочка образчиков его любимого товарца.

– Конец связи. – Отрезал Шен. Он знал, что за товарец любил Кмоль, и его это бесило. Лезть в личные дела шхарианца он не имел права, но обсуждать их и знать подробности брезговал.

Закончив со всеми немногочисленными делами, которые могли быть у него на этом крохотном непопулярном терминале, он спустился на первый уровень – на терминалах уровни отсчитывались снизу, – и в обширном приёмнике, дожидаясь Нера, увидел высокую молодую мероканку с голубовато-пепельными волосами. Невольно засмотрелся, любуясь её статной осанкой, точёными плечами, профилем чётким и нежным, словно вырезанным из кости. Не было в Известной Вселенной женщин красивее, нежели красивые мероканки! Шен видел всяких, и готов был отстаивать свою правоту где угодно. Она шла в его сторону, и Шен не без приятности улыбнулся ей, чувствуя в то же время непонятную тревогу. Что-то было не так, что-то очень важное, чего он не имел права не знать.

Вблизи она показалась ещё красивее, чем была, благодаря выразительности лица и глаз. Настолько яркие и выразительные лица попадаются одно на сотню, Шен хорошо это знал. Возможно, именно то, что она была женщиной, и обольстительной женщиной, затмило ему рассудок, и он не понял выражения её глаз; а между тем она смотрела на него со страхом. В какой-то момент, приближаясь, она едва не поддалась панике, но сдержалась. Нервно улыбнулась ему, проходя мимо, и скрылась в шлюзе. И только вернувшись на Аригу, и продолжая думать о ней, Шен вдруг осознал то, что сразу встревожило его и напугало её: да они ведь были на одно лицо! Её женские прелести взволновали его, не знавшего женщины уже больше года, настолько, что он не увидел главного – а она увидела! Включив зеркало, Шен некоторое время изучал своё лицо, сравнивая с отпечатавшимся в памяти лицом мероканки. Они были не просто похожи, факт. Они были почти близнецами, её лицо было нежнее, тоньше, но черты были практически одинаковыми; а глаза, которые смотрели из зеркала на Шена, словно перекочевали в его зеркало с её лица: тот же цвет, разрез, выражение.

– Женщина! – Сказал он вслух. – Неужели?! Но никто никогда не думал, что двойник может быть… – Он не договорил, стало страшно.

Анна перевела дух, только очутившись в своём корабле, но продолжала нервничать до того момента, как он оказался в гиперпространстве. Ей даже думать не хотелось о том, кто был этот светловолосый мероканец, так похожий на Кейва, что она едва не бросилась к нему в первый момент. Хорошо, что у неё было отличное зрение, и она вовремя поняла, что ошибается! Она продолжала раздумывать об этом все дни, что прошли до следующего момента связи; сразу же рассказала обо всём Кейву.

– Это Шейнан, барон Ариги. – Ответил Кейв. – Только он. Он с Савалы – я рассказывал тебе о савалянских двойниках. Просто чудо, что он выжил; кипы никогда не нашли бы его, но он сам пришёл в Рюэль, когда ему было пятнадцать. Смелый был мальчишка, предприимчивый и изобретательный. Он с детства знал, что не савалянин, ему многие говорили, что он якобы сын пришельца; а матери своей он не знал. Кинтаниане забрали его, но что делать с ним, не знали. Он оказался не полноценным двойником, всего лишь генетическим родственником, как и я, но ведь родственником Лавайра, а как кинтаниане относятся к родству, ты уже знаешь. Использовать его было нельзя; убить – не гуманно. Кипы решили запрятать его на какой-нибудь терминал, но он оказался умнее, почувствовал неладное и сбежал с кем-то с Савалы. Только лет через десять стало известно, что он не сгинул, собрал собственную команду, с которой купил себе на Биафра киборг Аригу и стал вольным торговцем, их ещё называют Странниками Биафра. Кипы продолжают охотиться за ним, но очень осторожно, они не хотят оглашать истинную причину. Очень не многие знают, кто он на самом деле.

– Он наверняка понял, что я похожа на него. Если я поняла…

– Да, это проблема. – Согласился Кейв, но больше ничего сказать не успел – Грит оборвал связь.

Кейв прикусил губу, поняв, что больше ничего Анне сказать не может. Он не мог бы даже высказать сейчас, до чего боялся за неё. Такое с ним происходило впервые: он никогда не боялся ни за кого. Жизнь научила его быть жёстким, держать себя в узде и не тратить сочувствие и эмоции ни на себя, ни на других. Он любил свою кинтанианскую семью – по-своему, – но не считал её своей настоящей семьёй. До последнего времени он думал, что и Анну такой не считает, но теперешний страх подсказывал, что это не так. Что-то зацепилось за его сердце, и причиняло боль. Он впервые в жизни думал о том, что Анну могут не только убить или ранить, но и… обидеть. Это было странно и мучительно – знать, что он бессилен ей помочь, защитить, оградить от зла и обид.

– Я ненавижу космос. – Признался он Рокелу в тот же вечер. – Настоящую свободу человек может иметь только на планете, своей собственной планете, где он дома, где он волен есть и пить, купаться в море, загорать под солнцем; где он не зависит ни от механизмов, ни от лекарств. Как я хочу свободы, Рок! Я устал быть в плену. Знаешь, о чём я мечтаю? Прилететь на Корту, забраться на самую высокую гору, чтобы не видно было края земли. Лучше над морем. И дышать, и не видеть вокруг никаких стен, и не бояться, что кто-то увидит меня без линз!!!