Жена императора-изгоя (СИ) - Бран Ева - Страница 35

- Нет. Эбби, этого делать ни в коем случае нельзя!

- Я понимаю, поэтому до сих пор молчу. Но ситуация зашла в тупик.

- Может быть, тебе стоит просто отдохнуть? Погуляй в горных лесах, подыши живительным воздухом, отвлекись. Возможно, всё само собой разрешится в скором времени.

- Ты, действительно, в это веришь?

- Эбби, я не знаю, чем тебе помочь, - Яр тяжело вздохнул. – И это безумно меня нервирует.

Снова на заднем плане послышались мужские голоса, и опять Ярхорн поспешно со мной распрощался, попросив связаться, если появятся сдвиги или в любой экстренной ситуации. Видимо, на обычный душевный разговор у него просто не было времени. Я чувствовала, что в империи драконов сейчас творится что-то неладное, но меня буквально изолировали, дав понять, чтобы не лезла в это.

Ярхорн

- Как ты не понимаешь, Яр, твоя жена опасна даже для самой себя! – Вейрох уже не контролировал свой гнев. – Она может убить тебя, и что после этого будет с империей? У нас и так неспокойная ситуация. Как народ воспримет королеву с магией земли, которая погубила супруга? Любовь любовью, но сердце не должно лезть в политику. А если у Эберми родится девочка? Трон перейдёт в руки другого клана. Ты этого хочешь?

- Предлагаешь выслать её?

- Так будет лучше для всех. Твоя жена научится владеть магией, мы обезопасим тебя и дождёмся появления на свет ребёнка.

- А если родится мальчик? – говорить удавалось ещё с большим трудом. Каждый вдох приносил ужасную боль, но я балансировал на грани забытья, потому что времени у нас мало. Саламандры снова вошли в нейтральные воды. И мне было страшно за жену. Я готов рисковать своей жизнью, но не её.

- Тогда надо будет думать.

- Предлагаешь отказаться от сына из-за грязной крови? Вей, ты понимаешь, что мне советуешь? Я и так чувствую себя предателем.

- У нас нет иного выхода. Замечу, что мы так и не нашли заговорщиков. Кто применил магию, направленную во вред императору? А что, если это семейство твоей обожаемой супруги? Граф Лабрюз всегда славился честолюбием. Он запросто мог подослать свою порченую дочурку, чтобы покончить с родом Дорвари и самому сесть на трон.

- Не смей так отзываться об Эберми! – прорычал и тут же чуть не потерял сознание из-за сильной боли в груди.

Вейрох умолк, видя моё состояние.

- Это мой долг – хранить твой клан и подозревать всех, кто имеет к тебе доступ. А Эбберми первая вызывает недоверие.

- Эта женщина – чистейшее создание. Ты многого не знаешь, Вей. Она непричастна к интригам против короны.

- Откуда такая уверенность, дружище? Чего ты мне не договариваешь?

- Я не хочу об этом говорить.

- И ты считаешь это нормальным? Как я могу отвечать за твою безопасность, находясь в полнейшем неведении?

- Просто поверь моему слову; Эбби непричастна. Точка.

- Ладно, - тяжело вздохнул Вейрох. – Но её всё равно нужно выслать из империи как можно скорее. Возможно, твоя любимая супруга не имеет прямого отношения к покушению, но чутьё говорит мне, что она играет во всём происходящем не последнюю роль.

- Хорошо. Как только смогу встать на ноги, объявлю ей об отъезде. А пока необходимо обговорить все детали с гномами. Они должны будут приютить Эбби до самых родов, а, возможно, и дольше.

Вейрох кивнул и покинул спальню, а я ощутил накатывающую тоску. Как мне удастся продержаться без своего солнышка настолько долго? Даже подумать страшно, что почти год не увижу её улыбку, не поцелую, не прижму к себе, ощущая цветочный аромат, исходящий от волос. Она будет вынашивать малыша, а я не смогу прикоснуться к животу, почувствовать первые толчки собственного ребёнка, не услышу его вскрик, оповещающий о рождении.

Но Эбби в большой опасности, если верить разведке, а потому я должен руководствоваться не сердцем, а разумом.

Но как же сложно было говорить Эберми о своём решении, а после прощаться, видя отчаяние и тоску в её глазах. Под взглядом слуг и Вейроха не решился на бурные проявления любви. Из-за этого прощание получилось сухим и довольно прохладным. Я пытался сказать жене о своих чувствах, но, казалось, она больше не доверяет словам. Помимо прочего, я не могу раскрыть всех мотивов её отъезда. Не хочу, чтобы Эбби переживала. Она и так находится в постоянном нервном напряжении, что негативно сказывается на здоровье. Не хватало, чтобы жена ещё и обо мне беспокоилась.

Карета взмыла в грозовое небо, унося от меня любимую, а я ещё долго стоял и смотрел ей вслед, ощущая, как тоска сдавливает грудь каменными тисками. Сейчас я хотел дать себе минуту слабости, потому что вскоре эмоции станут для меня роскошью. Я это предчувствовал всем естеством. На империю надвигалось нечто тёмное. Это уже ощущалось в колебаниях магического купола.

Мне предстояло продержаться до прилёта военачальника. Мы уже предприняли определённые шаги: созвали всех боевых драконов, которые когда-либо несли службу во имя короны, поставили дополнительную защиту на острова, но я чувствовал, что предпринятых мер может быть недостаточно. Самое поганое – это полная неизвестность. Саламандры так и не выдвинули требования. Они действовали молча, и это наводило на нехорошие мысли. Император-слабак против сильнейшего народа в этом мире.

Вейрох настоял на том, чтобы я разослал письма в дружественные земли с просьбой о поддержке, но меня терзали сомнения. Подобный поступок только утвердит драконов в мысли о недостойном императоре, а союзники, скорее всего, не появятся. Возможно, поддержку окажут лишь гномы. А вот эльфы и тем более горвулы, которые всегда жили максимально обособленно… Им не будет дела до противостояния драконов и саламандр до того момента, пока война не постучится в их двери.

Глава 25

Эберми

Прошло три недели с момента, как я прилетела к гномам. Подвижек в магии так и не случилось. Кажется, Горин уже махнул на меня рукой и приходил на занятия только потому, что обещал Ярхорну со мной работать.

- Давай-ка ещё раз, - устало говорил гном, глядя куда-то вдаль. – Сядь на землю, закрой глаза и призови энергию стихии, пусть она просочится сквозь пальцы и наполнит каждую твою клеточку магией.

Я и сама была не рада нашим занятиям. Чувствовала себя обузой. Но раз за разом пыталась добросовестно выполнить все указания. Так и в этот раз. Прикрыв глаза, не ожидала что случатся сдвиги, но тщательно следовала инструкциям. Сначала я даже не поняла, что происходит нечто странное, а когда осознала, было уже поздно что-либо предпринимать.

Земляной столб взметнулся вверх, чуть не снеся Горина с ног. Песчинки закрутились в воздушном вихре, создавая мощный смерч, вырывающий с корнем растительность и швыряя булыжники величиной с дыню в разные стороны.

- Прекрати это! – закричал ошалевший гном, прячась в скале. Он просто слился с камнем, демонстрируя, что является истинным представителем земляной стихии.

- Не могу! – прокричала, совершая беспорядочные пассы руками. Я, действительно, не представляла, как создала подобного монстра и каким образом теперь его укротить.

Смерч помчался вглубь леса, выдирая вековые деревья и распугивая местных обитателей. Растревоженные птицы взметнулись в небо, и некоторым из них посчастливилось спастись от жадного, ревущего чудовища, пожирающего всё на своём пути.

- Эберми! – вскричал гном, буквально выпадая из горы. – Отзови магию!

- Я не понимаю, как это сделать! – взвизгнула, заламывая руки.

Со своей площадки с ужасом наблюдала за изменением траектории смерча. Он совершил странный зигзаг и двинулся в сторону тракта, по которому сейчас ехал обоз с почётным гномьим семейством. От ужаса открыла рот, понимая, что ещё несколько секунд, и трагедии не миновать. И в это мгновение, ноги мои подкосились, на тело навалилась невыносимая слабость, глаза сами собой закрылись, и я упала в мягкие объятия темноты.

Очнулась с ощущением ломоты во всём теле. Ужасно болела голова и хотелось пить. Попыталась открыть глаза, но веки оказались настолько тяжёлыми, что с первой попытки у меня ничего не получилось. Застонала и тут же услышала, как к моей кровати кто-то подбежал.