Огнеслава (СИ) - Гамаюн Марина - Страница 49

Что за мысли?! Нужно думать совсем о другом. Враг не повержен! Опасность не миновала! Но разум пока не был ясным, в тумане сознания снова и снова возникало её лицо. Прочь! Прогнать прочь ненужное наваждение! Она теперь княгиня, её место рядом с князем в Белом дворце! Так и должно быть, так правильно! Он сам так захотел, так решил… он сам сделал это с собой…

Кто-то заботливо укрыл покрывалом. Мягкая ткань скользнула по коже, и сон, сжалившись, снова лишил сознания.

Глава 23 Возвращение

Беляна стояла у окна. Её взгляд остановился на бьющейся в слюдяные стеклышки мухе. Насекомое отчаянно пыталось найти выход наружу. На самом деле окно уже плотно закрыто на зиму, единственное, что осталось мухе, принять свою судьбу и тихо зачахнуть на холодном подоконнике. Не проще ли прибить надоедливое насекомое. Но стоило Беляне замахнуться, как муха, избегая её руки, ударилась о стеклышко и полетела в противоположенную сторону, угодив прямиком в дверной проем. Маиса, входя, открыла дверь, выпуская пленницу на свободу.

— Молодая княгиня возвращается в город, — сообщила рабыня, склоняясь. — Князь в добром здравии, но пока остался на берегах Лёли в Старых горах.

— Знаю… — продолжая созерцать пустой подоконник, ответила Беляна.

— Мы исполнили всё, как вы велели. Царь-девица Мара продолжает искать сестер, князь пообещал помочь ей в награду за спасение змея.

— Ха! Ему стоило наградить меня, а не её. Что бы делала ведьма Идунн, если бы змееборцы успели прикончить Горана! — злобно произнесла Беляна. — Не ей нести на себе ответственность за убийство доброй сотни людей.

— Но и не вам, хозяйка! — подала голос Маиса.

— Что ты имеешь в виду?

— Мы убили их, исполняя проклятье, которое произнесла княгиня Огнеслава, — едва заметно улыбаясь, заявила рабыня.

— Она прокляла их? — брови Беляны взметнулись вверх.

— Да, хозяйка. Она сама призвала силы тьмы, мы лишь исполнили приказ.

— Хорошо! Это очень хорошо! — обрадовалась боярышня. — Теперь княгиня уязвима для моего колдовства. Если бы она умерла, то искупила бы свое проклятье перед богами, но раз она выжила, на ней вина! Хотя, если быть честной, то я бы предпочла, чтобы Аскольд остался вдовцом.

— Так и должно было быть. Не знаю, как ей удалось выжить. Воистину дочери Идунн искусны во врачевании.

Вдруг Беляна отчетливо ощутила присутствие колдовской силы в доме. Кто-то или что-то проникло в терем.

— Библиотека? — вскрикнула Беляна, содрогнувшись всем телом.

Она подобрала юбки и, бросилась в коридор. Беляна пробежала добрую половину деревянного дворца Всеволодовичей за несколько минут. Рабыня едва поспевала за ней. Оказавшись перед входом в библиотеку, увидели тела убитых слуг. Девица с силой толкнула двери, и те с грохотом распахнулись.

Возле стола с документами, в луже крови, медленно оседало тело боярина. Светомил, скорчившись, пытался удержать окровавленными руками меч, пронзивший его. Напротив стоял воин с татуировкой сокола на обнаженном теле. Обернувшись к девице, он взглянул на нее глазами, что светились безумием и болью. Быстрым движением Беляна выкинула руку вперед и сжала кулак. Убийца начал задыхаться. Выскочившая из-за её спины Маиса молниеносным движением метнула нож, который угодил в грудь непрошенного гостя. Змееборец опустился на колени. Беляна разжала руку и подошла ближе. Оскалившись улыбкой сумасшедшего, воин прошептал: «Месть свершилась! Покойтесь с миром, братья!»

Наклонившись к нему, Беляна вынула нож и зловеще ухмыльнулась.

— Твои братья никогда не упокоятся с миром, ибо ты убил не того! — не то проговорила, не то прошипела она. Лицо её из прекрасного вдруг стало абсолютно белым, зрачки разных по цвету глаз обернулись продолговатыми черными прорезями, как у змеи. — Узри лицо истинного врага своего и умри в муках! — сказав это, девица перерезала ему горло.

Она выпрямилась и тут заметила перепуганное лицо Светомила.

— Беляна! Ты не Беляна! Кто ты? — хрипел боярин.

— Прости, дядя, излишнее знание укорачивает жизнь, — прошептала боярышня, принимая свой прежний облик.

Обхватив рукоятку меча, она вынула его из тела Светомила, и тот испустил дух, упав ничком. Подумав несколько мгновений, девица бросила меч, закричав, что есть мочи. Когда прибежали слуги, она билась в истерике, рыдая. Маиса рассказывала, что хозяйка, случайно оказавшись поблизости, застала убийцу, но было уже слишком поздно, единственное, что удалось, это прирезать врага.

***

Погода стояла чудесная. Земля, прихваченная первыми заморозками, искрилась инеем и льдом. Ковер из желтых и бурых листьев сверкал и хрустел под копытами лошадей. Поднявшись на холм, Огнеслава увидела крыши Зеяжска, резные домики пригородов, терема знати, торговые палаты купцов и уже такие знакомые Белый и Черный дворец, что величественно возвышались по берегам реки.

Странно, но сейчас её чувства полностью отличались от тех, что она испытывала, когда прибыла в Зеяжск, как невеста. Это было похоже на возвращение домой, но с примесью потаенной грусти. Сначала она не понимала, почему Аскольд отправил её назад на лошадях, а не перенес с помощью магии, как тогда с ларцом. Но постепенно осознала его план.

Чтобы вернуться в Зеяжск, Огнеславе пришлось пересечь почти всю восточную часть государства. В первом же поселении ждали повозки, несколько знатных боярышень и внушительный отряд воинов. Её возвращение назад превратилось в парадную процессию. На всем пути следования, её встречали знатные семейства и простой народ. Аскольд сделал возвращение княгини в столицу триумфальным и показательным. Всюду ей выказывали должное почтение, принимали, как великую государыню.

Вот и сейчас, вдоль дороги собрались жители окрестных деревень, чтобы поглазеть на красавицу княгиню. Еще на подъездах, час назад, боярыня Добродея, что была специально прислана княгиней Вереей, попросила юную государыню покинуть повозку, пересев на дивно красивого рослого мерина светло-соловой масти. Одетая в меха и парчу, сидя на золотом коне, сияющем драгоценной упряжью, молодая княгиня под восхищенными взглядами народа возвращалась в свою столицу. Стоило ей начать спускаться с холма, как в небе над процессией показался стальной силуэт. Сам змей Зеяжска явился сопровождать жену князя.

Огнеслава взглянула в небеса. Легкая улыбка озарила её лицо. С тех пор, как покинула ущелье, она ничего не слышала о змее. Какое облегчение знать, что столь дорогое сердцу Аскольда существо полностью поправилось и вновь смогло подняться в воздух. Невысокие строения посада сменились резными теремами, въехали в город. Процессия двигалась по одной из главных улиц, что вела через площадь к воротам Белого дворца. Пестрая толпа горожан приветствовала вереницу всадников и повозок, но их глаза были устремлены только к Огнеславе.

«Какая красавица! Будто светится! — переговаривались люди. — Это про нее, что ли, говорили, будто, проклятая невеста? Не верю! — шептались другие. — Врут! То всё происки бояр, завидуют, что князь их дочек вниманием обделил! Однозначно завидуют! Смотрите! Смотрите! Змей Горан тоже здесь!» Горожане спешно стягивали шапки, кланяясь.

Добрались до дворца. Въехали на мощенный камнем двор. Стоя на высоком резном крыльце, процессию встречала княгиня - матушка Верея Богумиловна. Собрались все представители знати с семьями, поодаль стояли представители от купечества и служивых людей.

Огнеслава не ожидала настолько пышного приема. Ей хотелось быстрее попасть в свою светлицу, отдохнуть, расспросить, что слышно о князе. Но сейчас от нее ждут другого. По сути, Огнеслава впервые оказалась перед своим новым народом, как их княгиня. Собрав все свои силы, она выпрямила и так прямую спину, вздернула подбородок, окидывая княжий двор горделивым взглядом. Ей помогли спешиться. Оказавшись на земле, княгиня ожидала, пока сопровождавшие её девицы спешно занимали свои места позади. Спустя несколько мгновений, она величаво двинулась навстречу свекрови.