Ни тоски, ни любви, ни жалости (СИ) - Ткаченко Екатерина - Страница 12

Он развязал ноги, оставив руки связанными и потащил за собой из комнаты за локоть. Мы вышли в коридор большого дома. Кабинет Натана располагался на первом этаже. Дорогой ремонт сразу бросился в глаза, светло-оливковые стены, белый паркет, все продуманно до мелочей, каждый аксессуар сочетался с общим интерьером. Такую чистоту сложно поддерживать, значит в доме есть обслуживающий персонал. В просторном холе располагалась широкая лестница из массива дуба, ведущая на второй этаж. Обогнув ее, мы вышли на более узкую лестницу, ведущую в цоколь.

- Куда ты меня ведешь?

- Заткнись!

Громкие мужские разговоры слышались в одной из комнат цокольного этажа и меня вели туда. Беспокойство усиливалось, разгоняя пульс. Я начала упираться, вырывая локоть из цепких рук мужчины.

- Тебя никто не тронет… К сожалению… - еще сильнее впившись пальцами, проговорил он.

Все стихли, с интересом наблюдая за нами. Я оказалась в просторном тренировочном центре, по середине которого размещалась клетка для проведения боев. Хорошо освещенное помещение разделялось на зоны для различного вида тренировок.

- Вот твои шмотки, переодевайся, - кинул в ноги мою спортивную сумку бородач. – Выходи на ринг.

Оценивая численное преимущество мужчин, сейчас дергаться бессмысленно. Переоденусь и сыграю по их правилам. Руки ощутили долгожданную свободу, горя в том месте, где располагалась веревка. Захватив сумку, я направилась в раздевалку, проходя мимо мужчин, жаждущих со мной поквитаться за встречу в парке. Запашок мужского пота сразу ударил в нос, стоило только переступить порог раздевалки. Но отметив чистоту помещения, я начала переодеваться. Местная уборщица хорошо справляется со своей работой. Натянула спортивные шорты и топик, закрепив африканские косички в высокую шишку. Пирсинг с лица на момент боя я снимаю, во избежание дополнительных травм. Надев перчатки на руки, капа во рту, я вышла в зал.

Мужчина стояли возле ринга, также переодевшись в шорты для спарринга. Все как на подбор, спортивные накаченные тела, указывающие на постоянный тренировочный процесс. Натан не присутствовал.

- Я первый… - заходя на ринг сказал бородач.

Я чувствовала себя мартышкой, которая должна развлекать гостей по ту сторону клетки. Отбросив лишние мысли, я рассудительно, как учил меня тренер, оценивала противника. Высокий соперник, хорошая стойка как у боксера, значит боксер, удары ногами, скорее всего, мало проработаны. Медленно двигаясь по кругу клетки, я не нападала, оставляя возможность бородачу начать первым. Приблизившись, мужчина нанес прямой удар правой рукой, перенеся вес тела на переднюю ногу. Блокировав атаку, в ответ я точным движением ноги пробила боковой по нижней линии в мышцы бедра. Мужчина попятился назад, немного прихрамывая, не привыкший получать удары по ногам. Теперь быстрота передвижения по рингу потеряна, надо действовать. Перейдя в наступление, я активно двигалась, заставляя мужчину облокачиваться на больную ногу, теряя равновесие.

- Леха, ты чего! Соберись! – говорили мужчины, еще больше желая отомстить мне.

Не давай расслабиться противнику, я сбила его с ног, повторно нанеся удар по бедру. Бой закончился применением болевого приема. Бородач, прихрамывая покинул ринг, пылая яростью.

- Воды дай, - отдышавшись сказала я.

Мне подали полотенце и бутылку воды.

- Скажешь, как будешь готова, - проговорил кто-то из толпы.

После увиденного боя, оставшиеся мужчины признали во мне достойного соперника. Осталось двое, третий с разбитым носом только наблюдал.

- Кто следующий?

На ринг зашел следующий боец. Соперник небольшого роста, имеющий шрам в области живота, похожий на след после проникающего ранения ножом, заживший несколько лет назад. Сделаем акцент на ударах по корпусу. Уверенная стойка, правильный блок, интересный соперник, прям как компьютерная игра, с каждым уровнем все сложнее и сложнее.

Мужчина сразу перешел в наступление, предпочитая ближний бой. Периодически он пытался сделать захват, чтобы повалить меня и одержать победу посредством болевого приема. Видимо дзюдоист. Выберем тактику боя на дальней дистанции. Не давая приближаться к себе, я умело маневрировала, легко и быстро передвигаясь по рингу в различных направлениях. Первый мой удар не прошел, играем дальше. Несколько ударов прилетело мне в ноги. Больно, но многочисленные отработки на тренировках позволили не согнуться, а продолжить, разочаровав соперника. Немного измотав мужчину, я пробила джеб - прямой удар в корпус. Не давая сопернику прийти в себя, нанесла еще один в лицо, после которого он не устоял и повалился на пол.

- Не стыдно, слабаки, проигрывать девчонке? – сердито сказал Натан, несколькими минутами ранее подключившийся к просмотру.

От усталости я легла на пол клетки, приводя в порядок пульс и восстанавливая дыхание, этот соперник меня измотал.

На ринг зашел Натан, разъяренный тем, что его свиту отделала какая-то девчонка. Он встал на колени и наклонился к моему лицу, взяв широкой ладонью за шею. Я не сопротивлялась, мне было все равно.

- Пока не раскопаю правду, будешь куклой для моей дочери, только попробуй ей сделать больно! Из-под земли достану! – с этими словами он сжал горло сильнее.

Тяжело дышать… Его глаза залиты злостью, во мне он видит олицетворение всех своих бед. Больно… Больно от обиды несовершенных поступков, от жестокой подставы. Я не отвожу глаз от свирепого взгляда мужчины, впитывая и чувствуя его опустошенность. Слеза скатилась по виску. Натан отпустил. Хватая жадно воздух, я закашляла, перевернувшись на бок.

- Собирайся, тебя отведут в комнату, - в приказном тоне сказал он, выходя из клетки.

Все мужчины ушли в раздевалку, я осталась лежать на ринге, собираясь с мыслями. Такой разбитой я себя давно не чувствовала, всегда сама диктовала свои правила жизни, не под кого не подстраиваясь. Сейчас я на противоположной стороне, мне говорят, что делать, без права выбора, хуже того, я не знаю останусь ли я жива. Некоторое время спустя все покинули тренировочный центр, закрыв дверь, опасаясь, что я сбегу.

Я спокойно прошла в раздевалку. В раздевалке располагался кулер, небольшой шкафчик с чистыми полотенцами и даже одноразовые тапочки для душа. Раздевшись, я медленно проследовала в душевую. Вот чего мне не хватало, горячего душа, позволяющего смыть весь негатив и усталость. Наслаждаясь теплыми струйками воды, я запрокинула голову назад, пытаясь не замочить волосы, которые согласно правилам ухода, промывались раз в неделю. Мои глаза пробежали по потолку, невольно остановившись в углу душевой. Небольшой белый предмет с черной точкой висел под потолком. Это камера. Ну зачем? В душевой раздевалки? Напрашивались странные выводы. Хочет подсматривать, пожалуйста, это меня никак не напрягало. Подняв руку вверх в направлении камеры, я вытянула средний палец. Нисколько не смущаясь, продолжила стоять под душем, пока в дверь раздевалки не постучали.

- Ты еще долго? – послышался мужской голос.

- Выхожу.

***

Натан сидел в своем кабинете, наблюдая за Жанной через монитор ноутбука. Эта неординарная личность вызывала у него интерес. Еще и красивая фигура, дополненная эффектной татуировкой, бесспорно привлекала внимание. Расставить камеры во всех комнатах дома заставила жена, последнее время маниакально пытающаяся уличить мужа в измене, хотя Натан не давал ей и малейшего повода. Парни, конечно же знали о скрытой камере, но их это никак не смущало.

Почему дочь так доброжелательно встретила Жанну? Маргарита умела хорошо разбираться в людях на уровне интуиции, видя внутреннюю сущность человека, а не внешнюю оболочку. Дочь не раз выручала папу, перед сном обсуждая увиденного мужчину в папином кабинете. Натан заметил, что если Маргарите человек не понравился, то заключать с ним какие-либо деловые соглашения не стоит, начнутся либо проблемы с поставками, либо с оплатой, либо вообще сам человек проявит себя с мерзкой стороны. Неужели Жанна действительно не виновна? Натан с твердым намерением решил докопаться до истины, чего бы это не стоило, а пока тотальный контроль за предполагаемым убийцей.