"Фантастика 2023-129". Компиляция. Книши 1-20 (СИ) - Марченко Геннадий Борисович - Страница 1403

По итогу я потратил на ремонт зала и закупку инвентаря 1712 рублей. Борнис Янович просто сиял и не знал, как меня благодарить. Он явно не ожидал такой щедрости, в его глаза даже стояли слёзы, когда мы прощались – мне нужно было уезжать в Свердловск и через два дня ехать на сборы. Всё-таки сумел уложиться.

Тем же вечером я спросил у выглядевшей загадочной и какой-то взволнованной жены:

– Полин, ну-ка давай рассказывай, чего это ты такая… Какая-то не такая?

– Ой, даже не знаю…

Она села напротив, опустила глаза, закусив нижнюю губу, начала теребить подол халатика. Я терпеливо ждал. Наконец Поля глубоко вздохнула и посмотрела на меня исподлобья жалостливым взглядом, сделав брови домиком.

– Жень, я вроде как… В общем, в положении.

Вот честно сказать, что-то такое я и собирался услышать. То есть не «что-то такое», а именно и конкретно про беременность. Не то чтобы Полина в последнее время подсела на солёненькое, она и по жизни любила всякие маринованные огурчики, помидорчики, грибочки, сальце, желательно с мясными розовыми прожилками… Но, имея немалый опыт семейной жизни ещё в той реальности, я замечал что-то, что объединяло и Ирину во время беременности, и Полину, о беременности которой я только что узнал. Нынешняя жена тоже периодически вдруг замирала, словно бы прислушиваясь к себе, я это начал замечать незадолго до отъезда на чемпионат страны. Но значения тогда этому особо не придал, а как оказалось, наблюдательность меня не подвела.

– Полька, это же здорово!

Я вскочил, подхватил жену на руки и закружил по комнате.

– Женька, дурак, ты что, а ну поставь меня немедленно! – взвизгнула она. – А вдруг что-нибудь нашему ребёночку повредишь.

И точно, чего это я… Совсем от счастья ума лишился. Поставил жену на пол, впившись в её губы жарким поцелуем. Отстранившись, с умилением посмотрел в её сияющие счастьем глаза.

– Какой срок?

– Примерно месяц, может полтора.

– Это мы ведь как раз с тобой не предохранялись, – вспомнил я. – Интересно, мальчик будет или девочка… Собственно, какая разница, главное, что мы с тобой станем родителями. Жаль только, хм… о любовных утехах на какое-то время придётся забыть.

– Ну вообще-то врач сказала, что секс при беременности даже имеет определенную пользу, потому что он помогает избежать определенных осложнений, например, гестоза, в дальнейшем. Запрещён он только по индивидуальным показаниям, у меня же пока всё – тьфу-тьфу – хорошо. Так что осторожно, но можно. Я вот о чём волнуюсь… Как теперь работа, учёба? Ну ладно, я училище я возьму академический отпуск, всё равно на заочном, а «Свердловчанка» как без меня будет? И про Москву придётся забыть…

– Нашла из-за чего волноваться, – успокоил я её, снова целуя, уже в щёку. – У тебя вся жизнь впереди, никуда твоя сцена от тебя не денется. А уж я постараюсь обеспечить тебя достойными песнями. Поверь, никто даже не успеет сообразить, что певица Полина Круглова в декретном отпуске, как ты снова появишься на сцене.

– Ты думаешь?

– Я знаю! И теперь на сборы послезавтра улечу в прекрасном настроении.

– Жень, а ведь меня уже не раз путали с другой популярной певицей Вероникой Кругловой.

– Знаю такую, – кивнул я. – Жена Мулермана. Но только Лапин после прихода на телевидение периодически перекрывает её мужу кислород, и ей за компанию практически не дают эфира.

– Всё равно как-то…

– Понятно, – вздохнул я, глядя на нахохлившуюся жену. – Заставить Веронику Круглову сменить фамилию на Мулерман у нас вряд ли получится. Более реальным выглядит вариант со сменой твоей фамилии. Ты к этому вела?

– Нет, ну а что, – вскинулась она. – Покровская – здорово же звучит!

– Я не против, – примирительно выставил я перед собой ладони. – Даже буду горд, что популярная певица и выступает под фамилией мужа. Тем более для многих тайна твоего замужества – секрет Полишинеля.

– Спасибо, я тебя люблю!

Она прыгнула ко мне на колени и впилась в губы сочным поцелуем. А потом мы всё сделали это. И пусть врач сказал Полине, что на этом сроке можно заниматься сексом, я всё же старался соблюдать меры предосторожности.

Час спустя, лёжа в постели и прислушиваясь к сопению жены, думал о том, что уже послезавтра улетаю в Москву. Сборы будут проходить на динамовской базе в Новогорске. Говорили, что те, кто отберутся, безо всяких побывок домой сразу полетят в Германию, где 27 августа стартует турнир боксёров. На следующий же день после открытия Олимпийских Игр. Тех самых, что больше запомнились не спортивными итогами, а терактом. Случиться это должно 5 сентября, когда восемь террористов палестинской организации «Чёрный сентябрь» на рассвете проникнут в один из павильонов олимпийской деревни, где захватят в качестве заложников 11 членов делегации Израиля. А в ответ на запоздалые и непродуманные действия баварской полиции откроют огонь и убьют всех заложников, в числе которых будут тренеры, спортсмены и судьи.

Я в одном из своих писем упоминал про данный эпизод. Написал всё, что помнил. Надеюсь, информацию восприняли всерьёз и предпримут какие-то меры.

Эту ночь я почти не спал. Даже завидовал жене, которая через пять минут, как мы оказались в постели, уже безмятежно посапывала. Я смотрел на неё и думал… Думал о том, как мне повезло, что у меня есть Полина. Спасибо тебе, Господи (или кто там всё это подстроил) за то, что дал мне второй шанс прожить свою жизнь и встретить на своём пути эту девушку.

Следующий день был посвящён предотъездным хлопотам. Учёба меня не тяготила, летнюю сессию я сдал экстерном ещё перед отъездом на чемпионат страны. Три курса позади, ещё два года – и я свободен, как птица… Хотя, конечно, распределение ещё никто не отменял, но как член Союза композиторов я имею законное право заниматься чисто музыкальной деятельностью.

– Жень, хлеба дома совсем нет. Не сбегаешь в булочную? Возьми чёрного и батон… Нет, два батона, я тебе в дорогу бутербродов наделаю.

– Желание супруги, да ещё беременной – закон! Может, чего ещё взять? Вкусненького?

– Ну и провокатор ты, Женька! Нет уж, отказываюсь от сладкого и мучного, а то стану толстой, и ты меня любить не будешь.

– Буду.

– Не ври, толстые девушки парням не нравятся.

В общем, сунул авоську в карман и пешочком, не спеша, направился в булочную. Не на машине же ехать, тут идти пару кварталов. Взял, что просили, на обратном пути купил свежий номер «Советского спорта», и на набережной присел на лавочку в тени липы его почитать. Только раскрыл, как рядом кто-то присел.

– Не помешаю?

– Да нет, бога ради, – ответил я, не отводя взгляда от газетной полосы, где журналист рассуждал о перспективах советских спортсменов на Олимпийских Играх.

С полминуты прошли в молчании, затем сосед произнёс:

– Евгений, хочу поздравить вас с золотой медалью! Третья уже, если не ошибаюсь?

Ну вот, и тут фанаты достали, не дадут газету почитать спокойно. Я обернулся к незнакомцу и мгновение спустя признал в нём того самого немолодого болельщика с орденскими планками, которые и сейчас присутствовали на том же месте. Он что же, специально из столицы прилетел, чтобы поздравить с победой? Или по своим делам тут оказался, и меня случайно встретил?

– Спасибо! А я вас видел на трибуне во время финала…

– Завидую вашей наблюдательности, – чуть улыбнулся тот, приподняв левую бровь. – Что ж, позвольте представиться… Павел Анатольевич Судоплатов.

Глава 27

– Приятно познакомиться, Павел Анатольевич!

Мы обменялись крепким рукопожатием, а я ещё раз внимательно оглядел своего собеседника. Судоплатов… Как его ещё называли в своё время – «личный диверсант Сталина». Живая легенда! И с орденской планкой, хотя, если мне память не изменяет, до его реабилитации ещё лет двадцать должно пройти. Понятно… Что ж, рано или поздно такой момент мог наступить. Вот он и наступил. Будем общаться, а там… А там посмотрим по ходу дела.