"Фантастика 2023-129". Компиляция. Книши 1-20 (СИ) - Марченко Геннадий Борисович - Страница 614

– Позвольте, – поднялся с места Алесандро Б. Зетто, – а говоря о победителе, вы подразумеваете…

– Я подразумеваю – ПОБЕДИТЕЛЯ! – повысил голос Репф. – Которым, естественно, может стать только один из спортсменов. Все остальные окажутся проигравшими. А вам, молодой человек, не знаю вашего имени, в следующий раз, прежде чем вскакивать с места и перебивать своего начальника, очень рекомендую сперва спросить для этого разрешения! Вы не на рыночной площади, а в храме рыболовной науки. В моем храме!!!

В зале возникла пауза. Никто не знал, куда именно смотрит декан из-под своих черных очков, но каждому казалось, что взгляд Репфа обращен именно на него.

– Я не стану менять количественного состава спортсменов, – продолжил Репф. – В командах второкурсников и, хм, новобранцев их должно быть по семеро. Но при этом каждой командой должен руководить тренер, который сию минуту будет назначен лично мною. Тренером первокурсников будете вы, молодой человек! – Репф ткнул пальцем в Алесандро. И, не дав тому раскрыть рта, ткнул пальцем в другую сторону: – А вас, господин Асн-асн, я назначаю тренером второкурсников.

– Извините, уважаемый господин декан… – Асн-асн поднялся с места, держа поднятой правую руку, словно молодой студент. – Разрешите мне слово?

– Говорите, – нахмурился новоиспеченный декан.

– Прошу меня простить, но, возможно, вы еще не вошли в курс всех дел. Э-э-э… дело в том, что на факультете рыболовной магии существуют две кафедры спиннинга: кафедра некрупной рыбы и кафедра крупной рыбы. Первой руководит магистр Женуа фон дер Пропст, второй – уважаемый профессор Тычча. Я же, как всем известно, отвечаю только за зимнюю блесну.

– Хм, – ухмыльнулся Репф, – спасибо, что напомнили, господин Асн-асн. Но я как раз в курсе всех дел. Магистр Пропст исчез, и сомневаюсь, что впредь мы о нем хоть что-нибудь услышим. Ну а на профессора Тыччу можем полюбоваться сию секунду. Вон он, сидит в первом ряду на специально предназначенном для него месте, то есть сразу на двух стульях. Глядя на уважаемого профессора, становится понятно, почему он заведует кафедрой именно крупной рыбы, ха-ха-ха, – рассмеялся Репф собственной шутке. В зале тоже послышались сначала редкие смешки, вскоре перешедшие в настоящий гогот, который Репф оборвал резким поднятием руки.

– Мало того что господин Тычча, с его необъятными объемами, не сможет пройти по заснеженному берегу реки и пары десятков метров, так он еще и человек, так сказать, исключительно южного склада, и я не хочу, чтобы тренер второкурсников околел сразу после начала соревнований.

Вы же, господин Асн-асн, в моем представлении – напротив, человек северного склада, поэтому и заведуете зимней блесной. И могу вам заранее сказать вот что. Если на Кубке декана победит один из ваших подопечных, в чем я почти не сомневаюсь, то именно вы в дальнейшем возглавите созданную мной новую кафедру. Кафедру зимнего спиннинга. А это, сами знаете, дополнительная ставка, причем немаленькая…

– Гм, – сразу взбодрился Асн-асн, – в таком случае позвольте спросить, каким образом будет обеспечиваться безопасность участников соревнований на обледенелой реке? Ведь кому-то будет нужно следить не только за соблюдением Правил, но и отвечать за личную безопасность каждого, в том числе и за магическую безопасность…

– А когда на факультетских экзаменах полностью обеспечивались простая и магическая безопасность?! – в свою очередь задал вопрос Репф. – Вспомните-ка хотя бы недавно устроенный Кшиштовицким экзамен с названием «Угости рыбкой!», во время которого сгинул лекпин Гатауль! Или случай с Прорывом, когда пострадали не только абитуриенты, но и сами преподаватели факультета! Я уже не говорю про позавчерашнюю катастрофу!!! – Декан потряс кулаками в воздухе. – Так вот, настоящий рыболов, настоящий ученик факультета должен быть крепок здоровьем, а хлюпики нам здесь не нужны. Поэтому – если на финиш вернутся не все, так тому и быть! «Победит сильнейший!» – отныне этот лозунг приобретет новый смысл. Ну а чтобы соревнования прошли на высочайшем уровне, чтобы не было никаких нарушений Правил, я представляю преподавательскому составу главного судью предстоящих соревнований! Который, я надеюсь, в ближайшем будущем займет место трагически ушедшего от нас господина Меналы, то есть станет главой Коллегии контроля рыболовных соревнований.

Репф обернулся к слуге-гоблину, что-то ему шепнул, тот подскочил на месте и выскочил из зала. Дверь за ним еще не успела закрыться, как слуга вернулся вместе с еще одним гоблином. Узнав в нем молодого редактора «Факультетского вестника» Сака-Каневска и не придав появлению журналиста значения, профессора продолжали оглядываться на дверь, но она и не думала открываться. И даже после того, как Сака-Каневск встал рядом с деканом, никто не догадался, что именно его и имел в виду господин Репф, говоря о новом главном судье.

– Поаплодируем же, господа, так сказать, моей «правой руке»! – воскликнул Репф и, воздев руки, три раза хлопнул в ладоши.

Присутствующим в зале ничего не оставалось делать, как поддержать декана аплодисментами. Не ожидавший такого внимания к своей особе, Сака-Каневск засмущался, не зная, куда девать глаза и руки. Как и все остальные, за исключением господина Репфа, молодой журналист никак не ожидал, что ему уготовано столь почетное место. Еще недавно в его жизни все было спокойно, он привычно занимался мелкими поручениями главного редактора «Вестника» господина Алимка, надеясь постепенно выслужиться и рисуя свою будущую жизнь в лучшем свете. И вдруг его словно за шиворот выдернули из привычного мирка и назвали главным над многими.

– Облеките его в мантию! – зычным голосом велел Репф. – Да поживей, лентяи, еле шевелитесь, словно всю жизнь только карася на удочку ловили.

Слуга, приведший Сака-Каневска, и еще один такой же гоблин, словно его брат-близнец, встряхнули в воздухе мантией странного ярко-зеленого цвета и набросили ее на плечи ссутулившегося журналиста.

– Нарекаю тебя главным следящим за спортивной справедливостью во время Кубка декана! – объявил Репф и вновь захлопал в ладоши, моментально вызвав поддержку зала.

– Но почему? – вдруг перекрыл шум аплодисментов выкрик из зала, – Почему вы назначаете на столь уважаемую должность малоизвестного журналиста? Который ничегошеньки не знает о факультете рыболовной магии?!

Кричал Алесандро Б. Зетто. Он вновь не попросил у декана предоставить ему слово, и на него в притихшем зале теперь были обращены все взоры. В том числе и самого декана.

– Что ж, господин тренер команды первокурсников, кстати, до сих пор не знаю вашего имени, – наконец произнес тот с вопросительной интонацией в голосе.

– Мое имя – Алесандро Б. Зетто, – представился самый молодой за всю историю факультета преподаватель, слегка покраснев. – Зачислен в преподавательский состав с первого сентября.

– Значит, всего три дня назад, – усмехнулся декан. – Так вот, господин, хм, Зетто, как раз то, что Сака-Каневск малоизвестный журналист, почти ничего не знающий о факультете, и есть главный его плюс. У него нет на факультете любимчиков и врагов, а значит, в своем судействе он будет беспристрастен. Как уже проявил свою беспристрастность, разоблачив непристойную связь профессора Малача с первокурсницей. Или, быть может, вы предложите назначить главным судьей этого самого Малача? Который, ко всему прочему, обвинен в убийстве!

– Он не обвинен, – возразил Алесандро, – он всего лишь под подоз…

– Молчать! – рявкнул декан. – Не советую вам, господин Зетто, начинать свою преподавательскую карьеру спорами с деканом! И всем остальным тоже не советую со мной пререкаться!

Репф хлопнул сверху по плечу низкорослого Саку-Каневска, и тот вздрогнул, почувствовав помимо удара еще и болезненный укол.

– Раз уж его величество герптшцог Ули-Клун назначил меня руководить здешним сборищем магов-интеллигентов, то я наведу здесь порядок. Нас всех ждут великие перемены!

Журналист, только что назначенный главным судьей предстоящих соревнований, прикусил губу, чтобы сдержать готовый вырваться стон. Рука декана все сильней сжимала его плечо, при этом пальцы попеременно впивались в кожу, словно стараясь ее проткнуть, боль от укола начала расползаться во все стороны. Меж тем Репф продолжал говорить: