Охотники на героев - Сахно Никита - Страница 44

Эстебан помрачнел, глядя перед собой.

– В гневе она способна на все что угодно. Это мне и нужно. Пусть показывает всем свое настоящее лицо, пусть совершает ошибки одну за другой. Она приехала сюда заручиться поддержкой. Что ж, посмотрим, как у нее это получится, когда Доротея не сможет себя контролировать.

– И не важно, сколько служанок пострадает?

– Если это поможет спасти других? Да.

Рантар покачал головой.

– Оставь священные войны для фанатиков. У меня конкретная цель.

– Ты уже воевал однажды за меня, почему бы не продолжить? – прищурился Эстебан.

– Я воевал не за тебя, а против твоей матери. Всей вашей семье лучше просто исчезнуть.

– Вот как? А раньше ты говорил совсем по-другому. Что бы сказала Селина, узнав о том, кем ты стал?

– Не смей говорить о ней! – зарычал Рантар, чуть не позабыв, что говорит с миражом.

– А что в этом такого? Мы все кого-то потеряли, Антар. Мне ли не знать? Не надо на меня так смотреть. Что ты сделаешь, убьешь своего короля?

– У Истрии нет короля, только королева.

Лицо Эстебана дернулось. Он резко взмахнул своими кучерявыми волосами, и это только придало ему сходство с остальными членами королевской семейки. Какое-то время они молча смотрели друг на друга, потом бывший король повернулся к горизонту и вздохнул.

– Возможно, я это заслужил. Мы оба. Не беспокойся, я отвлеку ее. Выучил пару фокусов. Но надолго этого не хватит. Тебе стоит поторопиться.

Он повернулся, а дальше видение просто растаяло, будто Эстебан никогда здесь и не стоял. Рантар провел рукой по воздуху как дурак и хмыкнул. Дождь лил все сильнее, и вода постепенно стала стекать через проход в комнату. Эстебан всегда был самым лучшим членом своей семьи, но в его случае это вряд ли можно было считать комплиментом. Особенно теперь, когда он начал заигрывать с магией.

Рантар покосился на замотанный палец и решил, что в каждом доме стоит выбить надпись: «Держитесь от этой семейки подальше». Он покопался в сумке и достал пистоль с мешочком пороха. Взвесил их в руке, а потом закинул вглубь, туда, где им самое место.

«Я сделаю это сам».

Глава 15

У каждого своя клетка

Имву будто придавило деревом. Что бы он ни делал, о чем бы ни думал, выходило только хуже. Город его ошарашивал, вертел и давил. Над ним сомкнулись стены кривого дома, давили узкие улицы. Даже простой вдох тяжело было делать. В городе не было связи с землей. Не было ничего, кроме тоски. Даже воздух был отравлен. Видимо, наставники были не так уж и не правы, когда говорили о внешнем мире. А папа слишком плохо представлял себе людей и их жилища.

Весь день превратился в страшный сон. Сначала он узнал, что заснул на посту и девушка сбежала. За такое полагалось жить неделю на голых камнях. Но девушка вернулась.

Потом он увидел свое племя. Он был наполовину гоблином, но назвать тех своими вслух не решился бы, да и пока не чувствовал связи. Встреча была не первой и все же пугающей. Невысокие существа суетились вокруг, как надоедливая мошкара. Гоблины, как всегда, напялили на себя странные лоскутные тряпки с кучей карманов, одним Корням судьбы ведомо зачем. Эти существа не обращали внимания на остальных. Ну кроме той, с большими ушами в мастерской, но это совсем не важно… Возможно, им вообще ни до чего не было дела, кроме их странных приспособлений.

Их штуковины рычали, пищали и гудели. Выбрасывали горячий дым, от которого он чуть не задохнулся. Если они ведут себя так в городе, на что похожа их родина?

А потом стало гораздо хуже. Жуткая резня, отрава, проснувшаяся в девушке. Потоки магии, что пронзили все вокруг. Он пытался остановить Викторию, оттолкнуть. Но рядом с ней все становилось будто сильнее. Имва не смог создать нужную форму, потоки магии напоминали ураганный ветер, который собирался сбить с ног. Пришлось приложить вдвое больше усилий, но непослушная форма не удержалась, дом развалился. И Имва ощутил, что может разрушить куда больше. Даже сейчас по нему пробегала волнующая дрожь. Раньше он никогда не думал, что способен на такое.

И все это меркло на фоне жуткого мужика. Этот Рантар – или кто он там – пугал его сильнее, чем могильный холод. Там, на улице, у Имвы возникло такое впечатление, что Рантар убьет их на месте. Разве так поступают с тем, кто живет рядом? Кто помогает?

Имва глубоко вздохнул, поглаживая петуха.

– Ты чувствовал себя так же в той клетке, да?

Навнат слегка дернул головой. Похоже, даже у него не было настроения общаться. Возможно, он обиделся, что остался один. Или решил, что до него может добраться этот жуткий пушистый зверь.

Имва сжал кулон и с тоской посмотрел в окно. Мрачный день становился все темнее, будто в ответ на его настроение.

– Я уже ничего не понимаю, друг. Ничего.

Дверь отворилась, но на пороге появился не когтистый убийца с пушистым хвостом, а Виктория, с тяжестью рухнувшая на свою кровать.

– Ты пыталась разгадать рисунки?

– Это не рисунки, а самые настоящие каракули! Хотела бы я посмотреть на того, кто сделал такой чертеж…

Она спрятала лицо в ладонях и очень долго сидела так не шевелясь. Имва уже подумал, что она заснула, когда услышал тихий голос.

– Антар не будет мне помогать, да?

Имва открыл было рот, чтобы подбодрить, но слова так и застряли в горле. Врать совсем не хотелось. И у него всегда плохо получалось.

– Не знаю. Но я тебе помогу.

– Ты очень добр. Если все амеваны похожи на тебя – не понимаю, зачем с ними воевать.

Голос звучал слишком слабо, и Имва с трудом расслышал слова. Виктория выглядела раздавленной, выжатой. Сегодня ей досталось куда больше. Он встал, ощущая подергивание в хвосте, и подошел ближе. В тусклом свете свечей она была похожа на тяжелораненую. Не забывая об осторожности – он знал, на что она способна, – Имва приложил руку к ее лбу. Тот был горячее, чем следовало, а под черепом ощущалась затаившаюся угроза. Будто гниль расползалась среди корней.

– Папа говорил, что помогать другим – обычное дело.

Имва снова сжал зуб оргота на кулоне, мысленно возвращаясь к тем немногим светлым воспоминаниям, что у него были.

– Похоже, он был хороший человек. Я хотела сказать, амеван. Ох, что я говорю, кажется, мне пора отдохнуть. Сегодня был долгий день.

– Да, это правильно. Спи. Я пойду похожу. А Навнат присмотрит за тобой.

Петух покосился, но возражать не стал. Пристальным взглядом Имва наблюдал за Викторией. Даже замученная, с испариной на лбу, она казалась очень красивой. Черные волосы, как ночное небо, клубились на лице. Маленькая девочка, а не взрослая девушка. Имва вздохнул и на всякий случай оглядел окно, которое недавно частично заколотил Рантар. Люди защищались прозрачными барьерами, но Имва чувствовал холод, идущий снаружи. Он кивнул петуху, после чего вышел из комнаты.

Мрачного типа нигде не было видно, наверное, опять ушел куда-то наверх и тренировался, а Гуго сидел в кресле и что-то вышивал. Для Имвы не было в новинку, когда на тебя никто не обращает внимание. Сейчас его это даже устраивало. Он аккуратно прошел в другую комнату, не желая встречаться с пушистым хищником.

Эта комната давно волновала его. В ней царил такой же беспорядок, как и везде, вот только пара шкафов доверху была набита всевозможными книгами. Человеческие сочинения так и просили, чтобы Имва взял их в руки и прочел. Как знать, быть может, в них он найдет продолжение любимых историй? Или ответы на вопросы, которые так сильно волновали.

Но пыльные корешки не торопились выдавать свои секреты. Он с трудом разбирал, что на них написано. Пришлось брать наугад и открывать. От туч пыли он громко чихнул и выронил книгу. Сердце упало вместе с ней, и Имва поспешил ее поднять. Вот только на пороге уже стоял Гуго. Во взгляде что-то изменилось, он смотрел подозрительно или даже испугано. Хотя Имва сомневался, что способен кого-то напугать.

«Может, Рантар рассказал ему, что было сегодня?»