"Фантастика 2023-130". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Демченко Антон - Страница 853

Что тут началось, в коридоре как будто разбросали клубок змей или выпустили кучку сумасшедших. Люди со страшными криками заметались в разные стороны. Матери хватали своих чад, коммерсанты хватались за ценные бумаги, рабочие за деньги, старые девы за собачек и драгоценности, молодые за себя… И все без исключения страшно вопили и куда-то бежали. Куда?

На корабле, запертые в металлической банке среди безвоздушного пространства, им просто некуда было деться. Козлорогому, равно как и козлоногому, Пану — отцу-основателю «паники», хоть наизнанку вывернись, никогда не добиться того, что сделало в данной ситуации всего лишь одно маленькое, малюсенькое, микроскопическое слово «пираты».

«Пираты» — слово страшное, слово почти забытое, а зря. С развитием межпланетных путешествий и разветвлением колоний и обитаемых миров, а следовательно, с процветанием торговли, звездных перелетов и приобщением к «цивилизации» отставших народов это старое слово, казалось, навсегда ушедшее в небытие, зазвучало по-новому, и как зазвучало.

Пираты: Что может быть страшнее для пассажирских и транспортных кораблей? От одного воспоминания о них бледнели самые закаленные, покрытые бронзовым загаром множества солнц космические волки.

Да, страшны были космические бури, страшны и течения, страшны метеоритные потоки и угасшие солнца — черные звезды, притягивающие к себе все, проплывающее мимо, но… то были неживые, неодушевленные, даже, если хотите, привычные опасности, работа космонавта с любом случае сопряжена с риском для жизни профессия требует, но… пираты — хитрые, жестокие и… одушевленные и оттого более опасные.

Не единожды удивлялись собеседники, завидев, как старые опытные капитаны скрещивали в старинном, отводящем сглаз, жесте пальцы при даже мимолетном упоминании в разговоре этого короткого слова.

Империя боролась с ними, и другие государства боролись, делались регулярные рейды, проводились операции, запускались корабли-приманки, но… Одних ловили, появлялись другие, третьи, десятые, они росли и множились, как грибы после дождя; иногда объединяясь в целые пиратские флотилии, правда (слава создателю), ненадолго. Но горе несчастному кораблю, оказавшемуся в досягаемости радаров этой армады, и горе людям, оказавшимся на нем. Особенно людям.

Бывало, что пиратские банды воевали друг с другом — так естественным путем сокращалась их численность, впрочем, затем увеличиваясь вновь.

В пираты в основном вербовались сбежавшие уголовники, за которыми гналась вся полиция Империи, или отставные, провинившиеся бывшие капитаны, озлобленные на насолившую и выбросившую их за борт систему и сейчас срывающие свою злобу на всех и вся.

Однако в большинстве своем корабли бандитов состояли из жителей отсталых заброшенных миров. У таких имелось два выбора. Либо оставаться на родине и продолжать влачить жалкое полуголодное существование фермера или охотника, старея и загнивая вместе со всей колонией на некогда высосанной, без полезных ископаемых и с ни к черту негодной экологией планете вдали от основных космических маршрутов. Либо идти искать счастья на бескрайних звездных просторах. Пусть не большая, но есть вероятность, что за несколько лет при удачной охоте и, если тебя не поймают имперские патрули или не пришибут в пьяной драке свои же дружки, ты сможешь, накопив достаточно деньжат, поселиться в каком-нибудь приличном месте, где не задают лишних вопросов, купить дом, обзавестись хозяйством, жениться — и жить до конца дней припеваючи, в окружении сначала кучи ребятишек, а потом и внуков, временами вспоминая события своей бурной и кровавой молодости.

Поговаривали, что у пиратов есть свои планеты, где они отдыхают после набегов и хранят награбленные сокровища.

Иногда даже находили старинные звездные карты с обозначением таких планет, и сорвиголовы отправлялись на поиски.

В большинстве своем они оказывались подделками. Ловушками для молодых или немолодых дураков, ищущих легкой наживы и охотящихся за легендарными кладами полумифического капитана Флинта или Генри Моргана. Говорят, некоторые находили, кто знает.

— …я также прошу, — продолжал звучать Из репродуктора голос капитана, мужчин и всех, кто умеет держать в руках либо имеет при себе оружие, собраться в кают-компании. Экипажу понадобится ваша помощь.

Из вооружения у Рипа имелись разве что руки. Он лишь забежал в свою каюту, переоделся, взял деньги, паспорт — может, пригодятся; перед тем как закрыть дверь, окинул последним взглядом комнату — а больше и взять-то нечего. У него не было вещей, которые он сентиментально хранил бы в память о прошлом, у него не было прошлого и, более того, у него не было даже памяти об этом прошлом. Пять лет не такой уж и большой срок, но… словно бездна пролегла между ними Рипом двадцатилетним и Рипом теперешним, и чем больше он узнавал о себе, тем пропасть эта становилась все шире и шире.

В кают-компании набилось довольно много народу. Мужчины: высокие, низкие, худые, толстые, молодые и старые — все сидели, стояли здесь, готовые защищать свою жизнь и жизнь своих близких.

У кого в глазах светился испуг, у кого решимость, у кого непонимание, а у кого и неверие. Но они пришли, потому что знали — не прийти нельзя.

Капитан в сопровождении двух помощников в полном боевом облачении поднялся на небольшое возвышение в конце зала.

Рип обратил внимание, что этот человек, на которого в один: момент навалилась ответственность за жизни тысяч людей, находящихся под его началом, пассажиров, членов экипажа, в одну ночь состарился на много лет.

— Друзья, — начал военный, — нас постигло общее несчастье. Я обратился к вам, потому что больше не к кому. Как ни высокопарно это звучит, но собственные судьбы и судьбы родных сейчас в наших, в ваших руках. Независимо от сословия, положения, кошелька и расы, забудем на время различия и распри между нами, сейчас мы одно целое, перед лицом одной опасности.

Нет нужды объяснять, что ждет нас в случае поражения, проигрыша… Команда, со своей стороны, сделала все возможное, но уклониться от преследования не удалось. Примерно через час наши суда встретятся.

Мои помощники разобьют вас на группы и покажут, что делать. К сожалению, на борту мало оружия. Мы вооружили членов экипажа, а оставшегося хватит далеко не на всех, поэтому у кого что есть — берите, сейчас не до ограничений и запретов; вооружайтесь чем можете. Остальное добудете в бою, кто сумеет, и да поможет нам Бог, кто верит.

Рип вместе со своей пятеркой под командованием молодого безусого корабельного офицера занимал левую часть нижней палубы. Ближе к двигателю. Люди не разговаривали, все замерли в ожидании. Вот-вот все должно было начаться.

В иллюминатор просматривалось, как к их кораблю приближается громада пиратского крейсера с огромными, нарисованными на борту неизменными черепом со скрещенными костями. Вечная эмблема вечных джентльменов удачи.

Рип опытным глазом отметил, что вражеский корабль представлял собой переделанный транспортник, наверняка также захваченный когда-то бандой.

Подойдя на достаточное расстояние, от транспортника начало отделяться множество небольших юрких кораблей. Они пестрым роем ринулись в их сторону, постепенно окружая, — стандартная тактика нападения.

Откуда Рип знал это, он не помнил. Он представил себе, как сейчас сотни этих маленьких корабликов, приблизившись к пассажирскому звездолету, с помощью специальных приспособлений, словно клещи, присасываются к стальному телу.

Каждый такой кораблик нес на себе несколько человек абордажной команды и снаряжался шлюзом перехода и атомным резаком. Прицепив шлюз, они начинали с помощью сверхмощного резака плавить обшивку корабля, пробивая дыры, через которые пираты и проникали в захватываемый лайнер.

На всю их пятерку только у молодого командира имелся небольшой лазерный пистолет, остальные стояли кто с чем. Сам Рип сжимал в своей руке широкий нож, позаимствованный на кухне. За поясом торчали еще два, поменьше, — для метания; не ахти какое оружие против пушек захватчиков, но все же…