"Фантастика 2023-130". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Демченко Антон - Страница 907

— Ну да, он часто приходил к нам, но что тут такого, он же твой начальник.

— А когда я вернулся из рабства, тогда генерал тоже приходил к нам?

— Я не знаю, — она пожала плечами, — мы поженились только через полгода, но после свадьбы вы уже были знакомы.

— А мои задания, о них ты — что-нибудь знаешь?

— Ты никогда не рассказывал мне, просто пропадал, затем возвращался, а почему ты спрашиваешь?

— Надя, — серьезно сказал Рип, — по-моему, нам угрожает опасность.

— Ты имеешь в виду тех, кто послал того робота?

— Нет, хотя… — Рип быстро вскочил с дивана.

— Ты куда, — испуганно ахнула жена, — тебе нельзя…

— Не время сейчас; — отмахнулся от нее Рип. Он побрел в свой кабинет к терминалу. Надя машинально последовала за ним. Усевшись за экран, Рип послал запрос в банк памяти.

— Альма, — удивилась Надя, — зачем тебе это?

— Сейчас узнаешь.

Появилось окошко ввода. Рип выбрал отдел «сведения о населении» и отпечатал имя: Сэмуэль Бруттаро. Экран запестрил данными на Сэма — дата рождения, адрес, ага, вот, состав семьи: Отец… Мать — Джессика Бруттаро в девичестве Гордон. Рип удовлетворенно откинулся на своем месте.

— Ничего не понимаю, — подала голос Надя, — к чему это?

— Девичья фамилия матери Сэма — Гордон.

— Ну.

— Она родная сестра генерала Гордона. Понимаешь? Сэм его племянник. Старый Дэнджилл еще не совсем выжил из ума. Когда я был на Альме, он сказал, что у Сэма в столице высокопоставленный родственник, а сегодня во время разговора генерал назвал его неблагодарным сосунком. Мне это показалось странным; во-первых, так называют только знакомых людей, а во-вторых, раз он неблагодарный, значит он должен быть почему-то благодарен…

— И что с того, что они дядя и племянник?

— А то, это Сэм подослал негомца и потом пытался убить меня.

— Сэм?! — Жена была искренне удивлена. — Почему он это сделал?

— Я не хотел говорить, но рано или поздно ты все равно узнаешь — из-за тебя.

— Не может быть, я тут ни при чем.

— Он это совершил из любви к тебе, он вбил себе в голову, что если уберет меня, то у него будет шанс.

— Сэм, — потрясение повторила Надя, — никогда бы не подумала, он всегда был такой…

— Рохля, — подсказал Рип.

— Ну да, бесхарактерный, слабый, и вдруг такое…

— Как бы то ни было, это сделал он, а учитывая родство с Гордоном…

— Дальше.

— Неужели ты не понимаешь. Они заодно. Я что-то знаю, и, пока не вспомнил это, оно скрыто в глубинах памяти. Что-то, чего генерал никак не хотел бы выносить наружу. Поэтому он выбрал удачную кандидатуру убийцы, и в случае чего всегда можно списать на ревность, тогда сам советник останется ни при чем.

— Рип, ты делаешь такие выводы только на основании того, что Сэм доводится племянником Гордону.

— Не только, — возразил Винклер, — ты еще не все знаешь. Генерал знал меня, знал задолго До того, как я появился на Адонисе.

— Откуда тебе это стало известно, ты что-то вспомнил?

— Нет, пока, к сожалению, нет, но по словам торговца, купившего меня на невольничьем рынке, он сделал это для человека высокого, широкоплечего, разговаривающего с акцентом Империй и самое главное — с V-образным шрамом на правом запястье. Сегодня я увидел точно такой шрам на руке у Гордона.

— Понятно, — Надя села, — как ты теперь намерен поступить?

— Пока не знаю. — Рип пожал плечами. — В любом случае нам здесь оставаться нельзя. В любую минуту может последовать новое нападение.

— Послушай, Рип, ты строишь все свои обвинения только на факте, что у генерала и у матери Сэма одинаковые фамилии и еще на словах какого-то полоумного старика. На Адонисе тысячи Гордонов, и сотни из них работают где-нибудь в правительстве. А шрам, имперский акцент, это, право, смешно. Мало ли чего мог наболтать тот купец. Может, он обманул, откуда такая уверенность? А насчет генерала, мне кажется, у него была масса куда более выгодных возможностей убить тебя, не прибегая к посторонней помощи, тем более такого человека, как Сэм.

Рип подумал:

— Может, ты и права, пока мало фактов, но я их раздобуду, обязательно раздобуду, и тогда, если это генерал Гордон, пусть бережется…

Весь вечер Рип мучился. Надя, понимая состояние мужа, старалась его не трогать. На первый взгляд все выглядело так, как он сказал, но некоторые детали не состыковывались, и в конце концов он мог просто ошибаться. Обвинить человека только потому, что у него шрам на руке и фамилия Гордон. Нет, здесь такими вещами ничего не добьешься, необходимо найти кое-что посерьезнее.

Когда они легли спать, Рип долго ворочался, пока в голову не пришла одна мысль: «Марико и другие пленники, Гордон сказал, их отпустили». Но как раз это и было легко проверить.

Тихо, чтобы не разбудить жену, Рип поднялся с постели и, не одеваясь, пошел к видеофону. Вывел на экране Хонс. Из всех известных номеров больше всего хотелось набрать телефон принцессы. Было бы достаточно просто увидеть ее… Пальцы отщелкали другие цифры…

— Императорский дворец слушает, — зазвучал из динамика писклявый голос, и почти сразу на экране возникло изображение.

— Хонэн! — на радостях закричал старику Винклер.

— Кто это? — удивился слуга.

— Ты меня не узнаёшь, это я, Рип.

— Рип-сан, — наконец-го старик рассмотрел — вы живы, но как же…

— Подожди, Хонэн, скажи мне, как там принцесса, с ней все в порядке?

— Но Рип-сан, — старик был обескуражен таким поворотом разговора, Марико-сан и остальные, они же с вами. Вы две недели назад полетели освобождать нашего императора.

— И что, с тех пор ты их не видел?

— Нет. Все как сквозь землю провалились. Мы уже не знали, что думать, однако тут звоните вы. Скажите, Рип-сан, все в порядке? Вам удалось освободить его?

Генерал обвел его вокруг пальца, как мальчишку.

— Я тебе перезвоню, Хонэн, — бросил Винклер.

— Но Рип-сан, а принцесса… — успел крикнуть старик перед тем, как связь прервалась.

Теперь Рип знал, что делать. Принцесса, Эйсай, Ябу, Биордер и другие были в лапах Гордона, и они нуждались в его помощи.

— Ты не спишь? — послышался сзади голос жены.

Рип обернулся. Надя стояла в дверях, одетая в одну ночную рубашку, правая рука упирается в косяк, вторая за спиной.

— Нет, — Рип оторвался от видеофона, — я выяснил, что хотел. Генерал говорил неправду. Те люди, что прилетели со мной, они… он не отпустил их, они все еще в его руках.

— И что ты теперь думаешь делать?

— Понимаешь, Надя, я должен, я просто обязан помочь им. Я единственный, кто остался на свободе… пока.

— Ноты один не сможешь, как ты себе это представляешь?

— Еще не знаю, но сидеть сложа руки тоже не могу, там мои товарищи.

— А я?

— С тобой ничего не случится. Скажешь генералу, что, пока спала, я исчез. Он поверит тебе, это почти правда. Пойми, я должен выбраться из-под наблюдения генерала, со мной сейчас рядом находиться небезопасно.

— О Рип. — Жена кинулась к нему и повисла на шее. — Не оставляй меня, мне страшно, пожалуйста, возьми меня с собой.

Рип аккуратно, но настойчиво отстранил девушку.

— Я не могу, ты даже не представляешь, о чем просишь. Если есть сейчас самое опасное место, то оно рядом со мной.

Надя стояла на своем.

— Я тебе не буду мешать, наоборот, помогу, я и стрелять умею.

— Нет, — твердо сказал Рип, — для тебя лучше всего остаться на Адонисе. Здесь ты в безопасности, тебя никто не тронет. Ты ничего не знаешь. Если я и тебя потеряю, то никогда не прощу себе этого.

— Это твое окончательное решение? — Посерьезневшая девушка отстранилась от мужа.

— Так будет лучше для нас обоих, тебе…

— Ты никуда не поедешь, — неожиданно изменившимся голосом произнесла Надя.

— Нет, ты не понимаешь, — начал Рип и осекся… На него смотрело черное дуло бластера.

— Ты слишком упрям, — сказала сжимающая бластер девушка, — я просто вынуждена применить это. Я не могу выпустить тебя.