Серебряный туман (ЛП) - Вильденштейн Оливия - Страница 54

— Я не убивала его. Он использовал мою кровь, чтобы покончить с собой.

Сайлас фыркнул.

Я собиралась настоять на этом, но вместо этого спросила:

— Ты знал Борго, Сайлас?

Имя охранника слетело с моих губ, как удар плавника о палубу лодки.

— Кастрированный изгой? Да, я знал его.

Я бы зарычала на него, если бы была из тех, кто рычит. Вместо этого я повернулась к Доусону, расстегнула свои тяжелые серьги и надёжно спрятала их в складке брюк.

— В каком направлении мы движемся?

Доусон указал направо.

— Показывай дорогу.

Я побежала за ним в лес калимборов, топча губчатую землю, перепрыгивая через сучковатые корни. Пьянящая смесь адреналина и прохладного воздуха проникла в мои мышцы и сняла затянувшееся напряжение.

В какой-то момент Сайлас превратился в светлячка. Хотя он держался близко ко мне — слишком близко для комфорта — он был таким маленьким, что я почти могла притвориться, что его там не было, или, по крайней мере, притвориться, что он настоящий жук, а не оборотень.

Мы пробежали несколько миль по лесу гигантских деревьев. Пересеклись со стаей диких собак с мехом таким же белым, как плащ, который Доусон предложил нести после того, как я сняла его со своих вздымающихся плеч.

Повсюду вокруг меня кипела жизнь. В отличие от животных, которые были чистыми и яркими, обитатели болот были одеты в ту же зелёную одежду, что и грязный мох, запачкавший мой бирюзовый наряд, и носили свою настороженность, как маску.

Большинство калидумов остановились, чтобы посмотреть на странное зрелище: я бегу рядом с молниеносным жуком и летающим фейри. Я не остановилась, чтобы оглянуться, но огляделась. У основания почти каждого ствола были отверстия. Над некоторыми были вырезаны слова, на других был изображён символ.

— Куда они ведут? — спросила я Доусона.

Он развернулся в воздухе, чтобы посмотреть, на что я указываю.

— Это гостиницы или магазины. Постоялые дворы и магазины Калидума. Иногда небесные жители посещают их, но у них есть свои собственные места, где можно поесть и сделать покупки недалеко от вершины калимбора.

— Ты возьмёшь меня как-нибудь с собой?

— Я не могу, потому что мне запрещено входить в калигосупру…

— Я не имею в виду тех, что наверху, Доусон.

— Ты бы хотела пойти в один из наших?

— Они позволят мне войти?

— Мы никому не отказываем.

— Тогда я хотела бы пойти. Может быть, на обратном пути?

Доусон, должно быть, был на мгновение ошеломлён моей просьбой, потому что ему потребовалось мгновение, чтобы догнать меня.

— Хорошо.

Мы бежали в дружеском молчании ещё долгое время. Когда лес, наконец, уступил место новому ландшафту, я замедлилась. Впереди меня мерцала поляна. Колышущиеся зелёные стебли, высокие, как стебли пшеницы, были увенчаны чем-то похожим на свежие драгоценные камни. На самом деле это были лепестки. Стеклянные цветы. Так я прозвала цветок, в который превратился Борго. Прошлой ночью, просматривая книгу о местных неверрианских растениях, я узнала, что его истинное название — адаман. Ветерок перебирал полупрозрачные фиолетовые лепестки, которые звенели, как колокольчики моей матери.

Я подошла к полю, но чья-то рука удержала меня.

— Ты не можешь пройти сквозь адаманы, Катори, — тени укололи ясные глаза Доусона.

— Почему нет?

— Потому что там бродит много животных. Животные, которые очень разозлились бы, если бы на них наступили.

— Например, что?

— Такие как ядовитые дайлы и скользкие микосы. У них иглы острые, как иголки. Кроме того, Катори, если я позволю тебе пройти через это, Эй… — он закрыл рот, и его щеки залило жаром.

— Эй?

— Человек, — сказал он, так сильно настаивая на предлоге, что я приподняла бровь. — Скорее всего, многие превратят меня в кучу грязи. Пожалуйста, позволь мне или Сайласу перенести тебя через него.

Я оглядела мерцающую необъятность, которая уже не казалась такой прекрасной, как несколько мгновений назад.

— Ты. Я позволю тебе нести меня.

Доусон сглотнул так сильно, что кадык застрял в его тощем горле.

— Сайлас может быть более…

— Ты.

— Хорошо, — он устало вздохнул. — Хорошо, — сказал он более решительно. — Хочешь залезть мне на спину?

Я не рассмеялась, как в первый раз, когда он сделал это предложение. Я кивнула, и когда он присел передо мной, я забралась ему на спину, обхватила обеими ногами его узкий торс и обхватила руками его шею.

— Готова?

— Да.

Доусон уронил мой плащ, затем подпрыгнул так головокружительно быстро, что я слегка взвизгнула и сдавила ему горло.

— Извини, — пробормотал он.

Поле адаманов пронеслось под нами, сияя, как пурпурный океан. Я прищурилась, чтобы разглядеть землю, граничащую с лугом. На севере голубые скалы возвышались над обширной полосой земли цвета заката — возможно, песка? А впереди сверкающие серебряные лужи покрывали землю мрамором, перемежаясь гигантскими листьями лилий и маленькими деревьями с зазубренными ветвями, которые напомнили мне алоэ вера, если бы алоэ вера было горчично-желтым. Когда мы приблизились, я поняла, что лилии на самом деле были гигантскими радужными плоскими раковинами, а деревья не были посажены ни в какую почву. Они плавали над серебристой водой, их корни тянулись вниз, как щупальца, погруженные только кончиками.

Доусон стремительно сманеврировал вокруг деревьев, прежде чем приземлился на одну из раковин. Она качнулась под нашим весом.

— Добро пожаловать в глэйды.

— Это волиторы?

Я указала на ближайшее к нам дерево, мой указательный палец оказался в опасной близости от освещённого огнем тела Сайласа. Я отдёрнула руку и прижала её к боку.

— Да! — сказал Доусон.

Странная, зазубренная желтая ветвь свернулась сама собой, как будто боялась нас.

— Они застенчивы, — добавил Доусон.

Моя бровь приподнялась.

— Ты имеешь в виду деревья?

Его лоб наморщился, как будто это был странный вопрос.

Я опустилась на колени на край раковины. Несмотря на то, что свет был приглушен, вода мерцала.

— Есть ли какая-нибудь рыба или другие смертоносные существа, о встрече с которыми мне следует беспокоиться?

— Там внизу не осталось ничего, кроме меди.

— Медь?

— Угу. Дно из цельного металла. Растения не растут на металле. По крайней мере, не в Неверре.

Я вгляделась в прозрачную воду.

— Итак, ты собираешься прыгнуть в воду? — спросил Доусон.

Я хотела, но что, если на моей коже образуются чешуйки? Убьёт ли Сайлас меня на месте?

— Я думаю об этом.

— Хочешь, чтобы я пошёл первым?

Прежде чем я успела ответить, он оттолкнулся от раковины и кувыркнулся в воду, забрызгав мои руки в процессе. Я отодвинула их от края раковины. С бьющимся сердцем я огляделась в поисках стража фейри и обнаружила, что он гудит позади меня.

— Давай же! — закричал Доусон.

Я повернулась обратно к поляне, бросив украдкой взгляд на свои руки. Единственное, что на них светилось, — это клеймо Эйса. Раковина снова закачалась. Поскольку ухватиться было не за что, я попятилась от края и наткнулась на ноги. Я предположила, что они принадлежали Сайласу, но когда я подняла лицо, глаза, смотревшие на меня сверху вниз, не были золотыми.

ГЛАВА 41. ЭЛЕКТРИЧЕСТВО

Оправившись от шока, вызванного встречей с Крузом, я медленно поднялась.

— Ты вернулся, — я старалась, чтобы мой голос звучал ровно, но от страха он дрогнул.

— Так и есть. И как раз вовремя, чтобы увидеть, как ты плаваешь в наших водах. Как захватывающе.

Я опустила подбородок к шее, которая вибрировала от моего бешеного пульса.

— Почему это должно быть захватывающим?

— Потому что глэйды особенные для нас, Благих. Это последняя завоёванная территория в королевстве.

Круз уставился поверх меня на Доусона, который топтался на месте.

Его лицо было таким красным, что казалось, будто его варят заживо.