Серебряный туман (ЛП) - Вильденштейн Оливия - Страница 65

— Катори, дорогая, — король поёрзал на своём троне, поправляя свою королевскую синюю тунику, — если ты выберешься невредимой, я устрою тебе самую роскошную вечеринку.

Я выдавила улыбку на своих губах.

— Ваша доброта не знает границ.

Круз издал тихий звук, который был чем-то средним между кашлем, рычанием и вздохом.

Предупреждение.

Но я ещё не закончила.

— Массин, прежде чем меня запрут в клетке, есть вопрос, который я хотела бы обсудить с вашим вариффом.

Вспыхнув интересом, Лайнус наклонился вперёд.

Чёрные ресницы Лио затрепетали над её изумрудными глазами.

— Если это касается Стеллы Сакар…

— Это не касается.

Я почувствовала, как Круз пристально смотрит на меня, удивление накатывало на него мягкими волнами.

Хорошо.

Его удивление убедило бы его мать в том, что мы с Крузом не были союзниками. У союзников не было секретов друг от друга.

Грегор прочистил горло.

— Это дело подождёт, пока…

— Это не может ждать. Из того, что я слышала, купола затуманивают разумы. Я бы не хотела забыть, что именно мне нужно было обсудить с вами. Кроме того, вы бы не хотели, чтобы я это забыла. Это займёт всего пять минут. Пять человеческих минут. К чему это здесь приравнивается? Одна минута? Не могли бы вы уделить мне минутку, чтобы выслушать меня?

Ну же. Давай уже, кусай.

Я перекинула свой высокий конский хвост через одно плечо.

Лайнус взмахнул рукой.

— Дай девушке её минутку, варифф.

Грегор кивнул Лайнусу, затем взлетел с помоста и приземлился в нескольких дюймах от меня.

Я высвободила руку из пальцев Круза и последовала за Грегором. Лусионага отделился от стены других, защищавших короля, и последовал за нами вокруг помоста, через внутренний двор, выложенный зеркальными плитами, которые сверкали, как огромные блёстки. Я заметила ручки на многих плитах — дверях.

Грегор указал на одну из дверей и открыл её, прежде чем одетая в зелёное фейри смогла ему помочь. Он прогнал молодую девушку и подождал, пока я войду внутрь.

Я остановилась на площадке.

— Скажи своему охраннику, чтобы подождал снаружи.

Грегор оценивающе посмотрел на меня, как будто пытаясь угадать мой следующий шаг.

— Свяжи ей руки.

Я нахмурилась, но не стала протестовать, когда лусионага сорвал лиану с ближайшей колонны и крепко обмотал её вокруг моих запястий. По правде говоря, я была немного польщена. Польщена тем, что Грегор считал меня опасной. Никто никогда не считал меня опасной.

После того, как лиана была завязана узлом, я вошла в комнату, и Грегор закрыл за нами дверь. Внутри было всё из резного дерева и полки, заполненные стеклянными банками с различными странными существами, челюстная кость с четырьмя рядами острых, как иглы, зубов, безволосые грызуны, змеи, покрытые острыми иглами, чёрные скорпионы размером с мою ладонь с круглыми глазами.

— Самые опасные существа в Неверре, — голос Грегора был так близко к моему уху, что волосы у меня на затылке встали дыбом.

— Ты слишком высоко ценишь их, а себя слишком мало.

Тишина. А потом раздался смех.

Его, не мой.

Я была серьёзна.

Как металлические монеты, падающие в игровой автомат, они звякали из его растянутых губ и заскрежетали по стеклянным банкам.

— Лайнус прав. Ты довольно очаровательна, — в том, как он произнёс этот комплимент, было что-то скользкое, как у угря, скользящего среди камней, вынюхивающего воду в поисках следующей добычи. Он обошёл вокруг, пока не оказался лицом ко мне, затем провёл одной рукой по моей руке до локтя. — Ты пришла просить у меня прощения или пощады? — его прогорклое дыхание обожгло кончик моего носа.

— Ни то, ни другое.

Грегор приподнял мой подбородок свободной рукой. Я дёрнула лицом в сторону, и мой подбородок соскользнул. Его глаза встретились с моими, затем скользнули вверх и вниз по моему телу так, что мне захотелось принять душ в Клороксе.

— Значит, гаджои?

— Я пришла шантажировать тебя.

Его пальцы оторвались от моей кожи, и он ухмыльнулся широкой, зловещей ухмылкой, так не вязавшейся с его суровыми чертами лица.

— Шантаж?

— Я знаю о твоей дочери.

— Моя дочь? — ухмылка поблекла, как чернила под солнечным светом. — У меня нет детей.

— Есть. Её зовут Фейт. Она управляет пекарней своей бабушки в Роуэне, и через несколько месяцев у неё должна родиться собственная дочь.

— Фейт — дочь Стеллы. Не моя.

— О, она твоя, всё в порядке. Вплоть до твоего неподражаемого обаяния.

Лицо Грегора налилось, покраснело, посуровело.

— Подобные последствия могут навредить невинным людям. Это может привести к гибели этой девушки.

— Для меня это не имеет значения, — к счастью, Грегор не был наделён способностью Лио красть мысли, иначе он бы понял, что мне не всё равно. — Но, конечно, это имеет значение для тебя?

Пожалуйста, пусть это имеет значение для тебя.

— Нет, — его тон был резким, но всё же дрогнул. — Ни в малейшей степени.

— Интересно, будет ли это иметь значение для твоей жены.

Неуверенность бурлила в карих глубинах его радужек.

— Я написала ей письмо и доверила его кому-то, кто доставит его, если мой срок не будет сокращен.

Его челюсть сжалась.

— Ты блефуешь.

— Неужели? Почему бы тебе не попросить Лио Вегу проверить, не блефую ли я?

Грегор схватил меня за челюсть одной рукой и сжал.

— Я мог бы убить тебя. Прямо сейчас. Я мог бы убить тебя.

— Но ты этого не сделаешь, потому что тогда Эйс убьёт тебя в отместку. Я принадлежу ему, чтобы убить, не так ли? Но допустим, он сохранит тебе жизнь. Лайнус наверняка понизил бы тебя в должности. Я интересная, блестящая новая игрушка, не так ли? Даже немного опасная. Как раз такие игрушки, с которыми тебе нравится играть.

Таким тихим голосом, что мне пришлось напрячься, чтобы расслышать его, он прошипел:

— Кто-нибудь ещё знает?

— Нет.

Ложь. Лили знала. Впервые за целую вечность я была рада, что её не было в Неверре.

Он освободил меня с такой силой, что я отскочила назад, чуть не споткнувшись о толстый ковёр.

— Я срежу пятнадцать минут.

Я приподняла бровь.

— Это не очень великодушно.

— Больше будет выглядеть подозрительно.

— Сократи моё время вдвое, или я позволю Лио прикоснуться к моему лбу и узнать, что мы здесь обсуждали.

Грубое дыхание обдувало его щеки.

— Хорошо.

Лиана, казалось, сжалась вокруг моей кожи.

— Но, Катори, если кто-нибудь узнает, я запру тебя на всю ночь в куполе.

— Понятно.

— Я сократил твой срок, потому что ты обслуживала меня.

— Конечно, — желчь подступила к моему горлу. — Кто бы этого не хотел?

— Осторожно, или, как только ты выйдешь замуж, я использую каптис, чтобы поиграть с новой блестящей игрушкой.

Я бы убила его сначала.

— Я нисколько не сомневаюсь, что ты можешь.

Он злобно посмотрел на меня, затем распахнул дверь и вытолкнул меня наружу.

ГЛАВА 48. НЕ ЗОЛУШКА

В ту секунду, когда мы вернулись в тронный зал, в ту секунду, когда Грегор объявил о моём смягченном приговоре, лицо Круза озарилось облегчением, пока Лио не спросила, что могло изменить мнение вариффа. Грегор намекнул, что мы пережили самый приятный момент. Шок — или это было отвращение? — охватил Круза. Тот факт, что он считал, что я буду унижаться, беспокоил меня. Неужели Эйс тоже подумает, что я прикасалась к Грегору интимным образом?

Повышенный голос Лио прервал мои невеселые размышления.

— Почему небеса дали тебе мозг, если ты им не пользуешься, выше моего понимания! — остальная часть её яростной обличительной речи была на фаэли.

Лайнус прислушался. Улыбнулся. Тогда она замолчала. Здесь она искала поддержки, а вместо этого получила развлечение. В облаке дыма она превратилась в свое чёрнокрылое альтер-эго и полетела прямо к дверям, которые пытались открыть одетые в зелёное фейри.