Серебряный туман (ЛП) - Вильденштейн Оливия - Страница 82

Рука всё ещё горела, он поднялся и повернулся к лусионага с конским хвостом — Сайласу — и положил руку на грудь мужчины, прямо над его сердцем. Нити света заиграли вокруг его пальцев и проникли сквозь чёрную ткань в мускулистую грудь.

Сайлас откинул голову назад, закрыл глаза и стиснул зубы. Когда Эйс убрал руку, Сайлас опустился на одно колено и низко поклонился. Произносил слова на фаэли. Вероятно, клятва верности новому государю. А затем он повернулся к Грегору и повторил те же слова.

Когда Эйс снова поднялся, я прошептала:

— Ты сделал Сайласа дракой?

— Помнишь, я говорил тебе, что у меня есть два друга в Неверре? — его голос был таким тихим, что его едва было слышно. — Первым был Пьетро. Второй — Сайлас.

— А как насчёт…а как насчёт Круза?

— Круз — больше, чем друг. Он мой брат, Кэт.

— Это не то, что я имела в виду. Почему ты не сделал его дракой?

— Потому что у меня нет таких амбиций, — ответил Круз.

В воздухе витал тошнотворный запах обугленной плоти. Хотя Лио стиснула свои человеческие зубы, она молча переносила боль железных цепей.

Эйс повернул лицо к маленькому мужчине, окруженному двумя Неблагими.

— Негонгва вернулся, Круз.

Негонгва.

Отец охотников.

Я окинула взглядом коричневое, с поперечными штрихами лицо и волосы цвета соли с перцем, собранные в хвост. Мой старейший из ныне живущих предков. Человек, которого создали, который затем создал племя могущественных существ.

— Катори… необыкновенная Катори. Нилва ноквад. Побеждающая туман, — его голос, его слова вызывали у меня дрожь. Он поднял обе ладони, затем медленно опустил их. — Благословенное дитя моё.

Мурашки побежали по моим рукам, по груди, внутри груди.

Вместе с Неблагими, чьи черепа низко склонились, Негонгва склонил голову в поклоне. Почему они кланялись мне? Это казалось неправильным. Я не заслуживала, чтобы мне кланялись.

— Пожалуйста… — я начала, но остановилась. Не смутит ли их просьба не кланяться? — Я никогда не думала, что мы будем иметь удовольствие встретиться, Негонгва.

Он улыбнулся, и от этой улыбки каждый кусочек плотной кожи покрылся морщинами.

— Никогда не стоит недооценивать стойкость Готтва, смешанного с Неблагим.

— Простите мою прямоту. Я всё ещё учусь.

— И поэтому ты никогда не остановишься. Мудрость приобретается до того дня, когда человек переходит в следующее царство.

Я прикусила губу, затем отпустила её. Мне действительно не хотелось зацикливаться на смерти, поэтому я спросила:

— Где Каджика?

— Он остался в Роуэне, — ответила Гвен, её глаза вспыхнули на Эйса. — Чтобы обеспечить безопасность Лили Вуд.

— Лили не смогла… Книга не помогла ей пройти через это?

Густые тени заслонили весь свет от лица Круза. Я знала, и без его слов, что это не сработало. И всё же он подтвердил это тихим голосом.

— Это не позволило ей пройти.

Глубокая дрожь охватила мои кости.

— Эй… всё будет хорошо, он коснулся моей руки.

Всё хорошо? Лили застряла за пределами Неверры. Как это всё было хорошо? Единственный способ вернуть её — это заставить его умереть. Как это всё было хорошо?

Я почувствовала, как гнев закипает у меня под кожей. Голубые искры потрескивали в моих пальцах. Два лусианаги отступили назад.

Напуганные.

Они боялись меня. Я бы рассмеялась, если бы не была так расстроена ситуацией с Лили.

— Дыши, — сказал Эйс.

И я так и сделала. И магия отступила.

— Теперь ты вернёшься в Роуэн? — спросила я Гвенельду.

Бумага зашуршала между узловатыми пальцами Негонгвы — страницы из книги Леи.

— Мы не можем.

— Страницы не открывают неверрианские порталы, отец? — спросила Гвен.

Он покачал своим обветренным лицом.

Я побледнела.

Негонгва положил руку с бумагой мне на предплечье.

— Но мы знали, что это возможно, Катори.

— А как насчёт печати портала? — предложила я.

— Они не принимают кожу охотника, — рот Эйса сжался в мрачную линию. — Грегор пытался.

Тогда я подумала о Каджике. Он только что вернул свою семью, и теперь они снова бросили его. Мне нужно было быстро вернуться в Роуэн, чтобы я могла занять его место рядом с Лили, чтобы он мог свободно присоединиться к своему племени.

— Обрывы над Харени принадлежат вам, пока мы не найдём ключ, — сказал Эйс.

— Спасибо, Массин, — Негонгва склонил голову. — Вы очень великодушны.

Я вытянула шею, чтобы взглянуть на скалистые голубые утёсы, окруженные водой, под которыми раскинулся Харени. Был ли он всё ещё там, под жидким туманом?

— И они останутся твоими даже после того, как ключ будет обнаружен, — медленно произнёс Эйс. — Неверра принадлежит фейри, всем фейри. Благие, Неблагие и Дэниели.

Никто не добавил слово «охотники» в список, а это означало, что все они знали, кто они такие…что означало, что Каджика знал. Мне было интересно, как он отреагировал на это.

— Приживётся ли печать портала на моей коже? — спросила я.

— Ты Дэниели, — сказал Эйс, — так что должна.

— Мишипешу, — Гвен улыбнулась и покачала головой. — Невероятно. Просто невероятно.

Металл звякнул, когда Лио удалось сбросить одну из цепей с её тела. Прежде чем я успела моргнуть, Менава присела на корточки и привязала другие ремни, хотя слишком много железа пересекало её конечности, чтобы она могла убежать.

— Менава, сними цепи, — сказал Круз.

Я приподняла бровь.

— Я думал, ты собираешься убить её.

— Какая честь была бы в том, чтобы убить человека, который уже упал? — голова Круза была склонена к распростёртому телу его матери. — Я дам тебе фору в десять секунд.

Моё сердце бешено заколотилось. Он собирался бороться с ней. Что, если он промахнётся? Что, если Лио…

— Сайлас, превращайся, — приказал Эйс.

Крупный мужчина зарычал, когда чёрный дым окутал его человеческую форму, когда его паутина костей собралась заново, когда его мышцы набухли, а кожа почернела. Охотники, Неблагие и лусионага убрались с его пути. Он взревел и расправил свои волокнистые крылья. Они были шире, чем у Лио. Весь он был крупнее, чем она была.

— У тебя есть пять минут, Круз, — сказал Эйс. — И если ты не прикончишь её к тому времени, Сайлас полетит.

Круз кивнул как раз в тот момент, когда охотники разом сняли все цепи. Лио отползла назад, грязь хлюпала под её израненным телом, голова моталась влево и вправо.

— Десять… девять… — Круз начал считать.

— Вы думаете, что сделали мир лучше, не так ли? — прорычала она на нас. — Я приветствую смерть, потому что у меня нет желания жить в мире, где порядок и законы были изгнаны. Ваша система выйдет из строя.

— … восемь… семь… — Круз продолжил.

— Ты говоришь, что хочешь править по-другому, Эйс, но если ты устроишь шоу из моей смерти, как это отличит тебя от твоего отца?

— Я бы взлетел в небо, Лио, — голос Эйса был приятным, но острым, как шипы, покрытые шелком. — Если только ты не предпочитаешь умереть в куполе. Это тоже можно было бы устроить.

Я съёжилась от этого слова.

— … шесть… пять…

— Ты запятнал имя Вуда.

— Неужели я? — Эйс ухмыльнулся. — И всё же я последний мужчина, носящий это имя, не смешанное с грязью.

— … четыре… три…

Несмотря на то, что она больше не была драконом, она пыхтела и отталкивалась от земли, устремляясь к роще калимборов.

— …два…

На один Круз был в воздухе.

Моя шея хрустнула, когда я следила за его подъёмом.

Лио развернулась, когда её сын приблизился. Подождала. Пыль блестела в её руках.

— Ты не конфисковал ёе пыль! — я закричала на Грегора.

Он искоса взглянул на Эйса.

— Круз хотел честного боя.

Я снова обратила всё внимание на двух парящих фейри.

Тело выскользнуло из рук Лио. Голова склонилась под ужасным углом. Крик вырвался из меня, когда я оглядела толпу.

Кого она забрала?

Кого она убила?

Эйс провёл рукой по моей холодной щеке.

— Это иллюзия, Кэт.